Ожерелье - Мэтт Уиттен

— Алло?

Сьюзен чуть не задохнулась:

— Здравствуйте, это агент Паппас?

— Да, а кто это?

Последовала короткая пауза, затем агент Паппас сказал:

— Мисс Лентиго. Где вы находитесь?

— Я в Ходж-Хилс. А вы?

— Я тоже здесь. Хотите встретиться?

Сомнений у нее не было.

Глава тридцать третья. Пятница, 3 декабря, наши дни

Сьюзен зашла в уборную на заправке «Саноко», сняла футболку, еще раз попыталась расчесать спутанные волосы. Она бы сняла пальто, свитер и рубашку, вымыла подмышки, но не хотела опаздывать на встречу с агентом Паппасом.

Выйдя с заправки, она направилась в мотель, расположенный в пяти кварталах отсюда, где остановился агент Паппас. На самом деле, это заведение называлось… «Отель Эконо Лодж». Она никогда не понимала разницы между отелями и мотелями.

«Эконо Лодж» оказался довольно уродливым зданием в пять этажей из коричневого бетона с крошечными окнами. Но в этом городе было не так уж много других мест, где люди могли бы остановиться на ночлег.

Сьюзен катила чемодан по подъездной дорожке и вдруг увидела, как открылась входная дверь и навстречу ей вышел мужчина. Это был агент Паппас. Он помахал ей рукой в приветствии и быстрым шагом направился в ее сторону.

Его волосы поседели, стали реже, а когда он подошел поближе, она увидела, как он постарел. Как и Сьюзен, он теперь носил очки. Но у него сохранилась прежняя выправка, а глаза остались такими же добрыми, как раньше. Глядя на него, она почти почувствовала его объятия в зале суда двадцать лет назад.

Но тогда они были на одной стороне. Как он отнесется к ней сейчас, когда фактически она собирается обвинить его в том, что он облажался, как выразилась Кира?

— Привет, Сьюзен, рад вас видеть, — поздоровался он.

— Я тоже рада вас видеть, агент Паппас.

Они посмотрели друг на друга. Сьюзен чувствовала себя так, словно они были старыми солдатами, сражавшимися бок о бок на давно прошедшей войне. Она не знала, пожать ли ей ему руку или обнять, и, похоже, он тоже был в смущении. Через мгновение они пожали друг другу руки. Может быть, Сьюзен чувствовала себя неловко, зная, что их ждет впереди.

— Теперь я просто Роберт. Вышел на пенсию год назад.

Она решила пока не говорить о том, что уже знала о его пенсии, и о том, что думала о нем последние два дня.

— Поздравляю.

Он улыбнулся:

— У меня всегда смешанные чувства от этих поздравлений. А не выпить ли нам кофе в отеле?

— Конечно.

Несмотря на то, о чем она не переставая думала, Сьюзен надеялась, что в отеле ее ждет что-то большее, чем кофе. Гамбургер и кока-кола пришлись бы сейчас как никогда кстати.

Агент Паппас — Роберт — взял ее чемодан и сказал:

— Позвольте мне вам помочь.

Он понес багаж прямо в руках. Ему за шестьдесят, но он все еще в отличной форме, подумала она. Это хорошо, именно то, что надо.

— Где вы остановились? — спросил он.

— Я решу это позже, — ответила Сьюзен, не желая говорить ему о том, что она на мели.

Лицо Роберта помрачнело.

— Я хочу, чтобы вы знали, я никогда не забывал о вашей дочери. Я думаю о ней больше, чем о ком-либо другом, для меня было делом чести добиться справедливости.

Она ненавидела себя за то, о чем ей придется сказать ему чуть позже. Сьюзен чувствовала себя такой неблагодарной.

— Я действительно ценю это.

Он придержал дверь, и они вошли внутрь. На другом конце вестибюля располагалось кафе, она даже чувствовала запах готовящихся гамбургеров.

— Сейчас я живу недалеко от своей дочери и внуков. Моя жена умерла пару лет назад.

— Примите мои соболезнования.

Он кивнул.

— Они живут за городом, недалеко от границы с Вермонтом. Это всего в нескольких километрах вверх по реке от того места, где нашли Эми.

Внезапно Сьюзен увидела за стойкой женщину с вьющимися волосами — Лизу. Что, если она обернется и увидит меня с агентом ФБР, который арестовал ее брата? Она поймет, кто я такая!

— О боже, — воскликнула Сьюзен.

Роберт то ли не понял, то ли не расслышал ее, поскольку продолжал:

— Поэтому каждый раз, когда я приезжаю туда…

— Мы должны уйти отсюда.

Сьюзен повернулась и поспешила обратно к двери. Роберт в замешательстве последовал за ней, неся ее чемодан.

Оказавшись на улице, она быстро зашагала прочь. Только метров через сто Сьюзен притормозила и позволила Роберту догнать себя.

— Что происходит? — спросил он.

— Мы не можем оставаться там.

Он сморщил лоб, пытаясь понять, что происходит, затем его лицо прояснилось:

— Вы беспокоитесь о журналистах? В этом отеле действительно остановилось много представителей СМИ.

— Дело не в этом, — сказала Сьюзен, продолжая движение. — Женщина за стойкой, я встретила ее в автобусе. Это сестра Курта Янсена.

— Вот дерьмо, — сказал он. — Простите за выражение. Должно быть, это было неприятно. Как она повела себя?

— Я не сказала ей, кто я такая.

Она была смущена своей трусостью, но Роберт кивнул, как будто она поступила правильно.

— Хорошая идея. Я помню ее. Она полностью отрицала тот факт, что ее брат оказался убийцей. Довольно стандартная реакция для членов семьи обвиняемого.

Сьюзен глубоко вздохнула.

— Агент Па… Роберт, нам нужно поговорить.

— Конечно, как насчет того, чтобы прямо сейчас зайти вот в эту пиццерию?

О гамбургерах лучше позабыть. Сейчас совсем не время придираться.

— Конечно, звучит заманчиво.

Они вошли и заказали по два куска пиццы с пеперони на каждого у дружелюбного молодого человека лет двадцати с небольшим. Роберт предложил заплатить, Сьюзен не возражала.

— Вы приехали на казнь? — спросил молодой человек.

— Да, — ответил Роберт.

— Что ж, желаю приятно провести время.

— Спасибо.

Сьюзен и Роберт отнесли свою пиццу и диетическую колу за столик в дальнем углу заведения. По обе стороны от них за столиками сидели парочки.

Как только они приземлились на свои места, Роберт спросил:

— Так о чем вы хотели поговорить?

С чего бы начать? Она посмотрела в его карие глаза и спросила:

— Почему убийство Эми не выходило у вас из головы все эти годы? Вы когда-нибудь думали о том, что, возможно, мы ошиблись?

Он озадаченно нахмурился.

— В смысле? В чем ошиблись? В том, кто убил вашу дочь?

— Да.

— Нет, конечно не думал. У меня дочери были в то время примерно того же возраста, что и Эми… Я видел вас каждый день в зале суда…

Сьюзен прикусила губу. Вот и понеслась.

— Я все думаю о том, а правда ли, что Курт Янсен на самом деле виновен.