Ожерелье - Мэтт Уиттен

Она замерла, не в силах вымолвить ни слова. Он поднял руки и сделал такое движение, будто собирался схватить ее и встряхнуть.

— Ответь мне, Сьюзен!

Ближайшим к ним человеком была женщина в форме почтальона с сумкой на плече. Она шагала в квартале от них и направлялась в другую сторону. Сьюзен сделала еще один шаг назад и почувствовала, как каблук ее ботинка висит над проезжей частью. Ее ноги дрожали от страха.

Но потом она подумала: Эми хотела бы, чтобы я была сильной. Она взяла себя в руки и посмотрела прямо в лицо Дэнни:

— Где ты взял это ожерелье?

Он пристально посмотрел на нее, сделал вдох, чтобы успокоиться, и опустил руки:

— Я сделал его.

Теперь настала очередь Сьюзен недоверчиво посмотреть на бывшего мужа:

— Ты сам сделал его?

— Да, — огрызнулся Дэнни. — Это не так сложно, ты просто соединяешь бусины на нитке.

— Но где ты нашел бусы? Точь-в-точь такие же, как у Эми.

— Как ты вообще можешь задавать мне такие вопросы? Ради бога, посмотри на меня! — Он поднял руки, как будто перед обыском. — Я Дэнни. Твоя юношеская любовь. Обычный парень. Ты знаешь меня большую часть своей жизни!

Он мне не отвечает. Она приняла решительный вид, ее руки сжались в кулаки.

— Признайся, это как-то странно. Ты нашел такие же бусы двадцать лет спустя?

— Да, ну, знаешь, есть такая штука, которая называется интернет? Ты забиваешь в поиске «бусинка дельфин», и тебе выдается десять тысяч вариантов. Если тебя не устраивает результат, то ты идешь на «иБэй» и «Этси».

А может быть, он прав. Однажды она искала «заварочный чайник в виде утки» и была поражена разнообразием выбора. Но…

— Но зачем ты это сделал?

Дэнни снова покачал головой:

— Зачем?

— Я имею в виду, ты хотел забыть Эми. Зачем тебе…

— Я никогда не забывал Эми, — сказал Дэнни. — Как я мог? Ты же знаешь, как сильно я любил нашу дочь.

Он замолчал и сглотнул, как будто пытаясь взять себя в руки.

— Я назвал свою дочь Эмили, потому что это имя похоже на имя нашей дочери. А сейчас ей почти семь, и она так сильно напоминает мне Эми… Как раз перед тем как она умерла. Каждый раз, когда я смотрю на Эмили… — Его голос дрогнул. — Я хотел каким-то образом почтить память Эми. Поэтому достал ту старую фотографию, на которой она в ожерелье, и потратил два месяца на поиски аналогичных бусин. А потом я подарил ожерелье Эмили.

Сьюзен подумала: какую же чушь он несет.

Но потом она посмотрела на Дэнни, увидела боль в его глазах, немую мольбу в печальных опущенных уголках губ, и к ней пришла другая мысль: может быть, мужчина, за которого я вышла замуж, отец моего ребенка, в конце концов, не насильник и не убийца.

Она почувствовала внезапный прилив тепла.

Может быть, мне не нужно чувствовать себя такой виноватой.

Но как бы ей ни хотелось ему верить…

— Эмили сказала, что ты нашел ожерелье…

— Да, я так объяснил, потому что не хотел, чтобы она знала, что у нее была единокровная сестра, которую убили. Тебе не кажется, что это слишком страшная история для маленького ребенка?

Сьюзен представила себе, что у нее были бы такие же чувства, если бы она была мамой Эмили.

— Но почему ты сказал ей, что нашел ожерелье? Почему бы просто не сказать, что ты сделал это для нее в подарок?

— Потому что я не хотел отвечать на миллион вопросов, почему я выбрал именно эти бусинки. — Он плотнее запахнул свое темное кожаное пальто, защищаясь от ветра. — Послушай, Сьюзен, я отвечу на любые твои вопросы, но, честно говоря…

Он широко открыл рот, затем закрыл, потом снова открыл и только потом заговорил, как будто изо всех сил пытаясь подобрать слова:

— Как ты можешь думать, что я… сделал все эти ужасные вещи с нашей дочерью? Это безумие.

Он прав, внезапно подумала Сьюзен. Я сошла с ума.

Я же просто сумасшедшая. Все это просто…

Ей нужно было извиниться перед Дэнни за то, что она была такой идиоткой. Она должна прямо сейчас достать из кармана ожерелье и отдать ему.

— Дэнни…

Он раздраженно покачал головой. До него еще не дошло, что она вот-вот сдастся, он выдвинул челюсть вперед, глаза налились гневом:

— Что?

Сьюзен посмотрела на его сердитое лицо и подумала: а что, если я вовсе не сошла с ума?

— Мне нужно идти, — сказала она, схватила свой чемодан и пошла по тротуару.

Он последовал за ней.

— Что ты собираешься делать с ожерельем?

Его голос стал холодным и жестким. Время обеда подошло к концу, поэтому на всей улице от начала до конца никого не было. Сьюзен накрыло очередной волной страха, ее дыхание участилось, стало поверхностным.

— Прости, мне действительно нужно идти.

Он встал прямо перед ней.

— Ты же не собираешься отдать его полиции, не так ли?

Может быть, она испугалась не напрасно?

— Пожалуйста, перестань преследовать меня.

— А ты перестань разыгрывать тут драму.

Она ускорила шаг.

— Я не шучу. Тебе лучше уйти прямо сейчас, или я закричу.

Но услышит ли ее кто-нибудь? На дальнем углу находился банк. Она могла бросить чемодан и побежать туда…

Дэнни поднял руки.

— Эй, я просто не хочу, чтобы ты выставила себя дурой. Вот почему я приехал за тобой.

Вот тут Сьюзен внезапно завелась. Он что, думает, что я идиотка, если несет такую откровенную чушь? Она замедлила шаг и посмотрела ему прямо в глаза.

— Да это чушь собачья.

— В смысле?

— Тебе наплевать на то, как я буду выглядеть. Я представления не имею, зачем ты притащился за мной, но дело не в этом.

Дэнни моргнул и широко раскрыл глаза.

— Сьюзен… неужели ты не понимаешь? — Его губы задрожали. — Я никогда не переставал любить тебя.

Ее накрыло волной давно забытых эмоций. Она попыталась остановить это чувство, но он продолжал говорить таким же нежным голосом.

— После всего, через что мы прошли вместе, как я мог не любить тебя? — Он коснулся своей груди. — Мои чувства к тебе до сих пор здесь.

Сьюзен открыла рот. Его глаза, его рот, морщины на лице — он выглядел