Цветочек. История о заигравшемся лицедее. Том 1 - Екатерина Гичко

Дейна плохо знала столицу и её нравы, а знакомство с городом начала с борделя. Нет, первым она увидела дворец, но дворец — это не город вовсе, а отдельное поселение. А уж потом они с Шерром направились к знакомой дяди, к которой тот советовался обратиться за помощью. Помощь не требовалась, но дядюшка через Инан передавал им письма. От Инан же Дейна многое узнала о теневой стороне столицы. Порой женщины болтали целую ночь, пока Дейна ждала брата, дорвавшегося до красивых и безотказных женщин. Инан рассказывала о своей жизни, в прошлом проходившей в давриданской армии — она служила в кавалерии, — делилась не слишком приличными, но забавными случаями, происходившими в борделе, а так же рассказывала, с кем в городе лучше никогда не связываться. Дейна при желании могла припомнить добрую половину вожаков вольных, но вот про портных она не знала. И похоже зря. Рясы-то жрецов Богини-Матери они достали у портного.

Может, и сейчас они направляются к какому-то такому портному, который не совсем законный портной?

— Чего? — наагалей приподнял бровь. — Так смотришь на меня…

— Ничего, господин, — хранителю не положен задавать слишком уж много вопросов.

— Устала? — вопрос был задан с нежданным сочувствием.

— Нисколько, я выносливая. А вам бы стоило поспать, у вас тени под глазами появились. И кожа на лице свежесть потеряла. В вашем возрасте нужно бережнее относиться к своему телу.

— Нахалка, — лениво возмутился Ссадаши. — По меркам нагов я ещё довольно молод, даже треть жизни не прожил.

— С вашим характером хотя бы половину прожить…

— Эй, у кого-то явно смелость проснулась! И от кого я это слышу? От госпожи, пасущей неприятности и пожирающей их на ужин вместо ягнятины.

Хранительница и господин уставились друг на друга.

— Ладно, давай дружить, — Ссадаши улыбнулся и, обвив кончиком хвоста руку Дейны, потряс её в рукопожатии. — Я оценил твоё упрямство и ответственное отношение к приказу императора. Да и невеста из тебя вышла очень удобная.

Дейна едва не содрогнулась. Она ненавидела, когда её называли удобной.

— А с вами нескучно, — вернула она любезность.

— Объединимся? Я не буду скрывать от тебя свои планы, а ты не будешь мешать мне.

Большого ума не требовалось, чтобы понимать: один из участников сделки уж точно не собирался выполнять озвученные им же условия. Но знать хотя бы что-то уже неплохо, и Дейна энергично встряхнула кончик хвоста.

— Договорились.

— Тогда поговорим о тебе? Расскажи о своём отце.

На миг Дейна замерла. В лице ничего не изменилось, оно просто перестало что-то выражать, а в глазах мерцали отблески светляка.

Женщина терялась в догадках, почему наагалея так неожиданно заинтересовал её отец. Подумала даже, что батюшка уже успел явиться с визитом в тайне от неё.

— Мы договорились, что я просто не буду вам мешать.

— Мне просто любопытно, — Ссадаши игриво вильнул хвостиком, — в кого ты такая красотка. На папу или на маму похожа?

— На обоих.

— А на кого больше?

Нет, наверное, отец всё же не приходил. Дейна представила, как они случайно сталкиваются с отцом на улице, и спокойно соврала:

— Окружающие говорят, что я один в один папа. Только ростом немного ниже и фигурой поуже.

— Папа тебя очень любит?

— Нет, мы с ним в ссоре.

— А кнутом тебя кто так ловко научил управляться?

Врать смысла не было.

— Он же.

— Ага, — глубокомысленно и загадочно изрёк наагалей.

Паланкин покачнулся и опустился. Ссадаши хвостом отодвинул полог в сторону и известил:

— Прибыли.

Прибыли они на небольшой дворик, с трёх сторон огороженный высокой каменной стеной, увитой шипастыми розами, а с одной — ладным двухэтажным домом. Дейна первая выскочила из паланкина и почтительно придержала полог для господина.

Очень уединённое место. С улицы дворик не просматривался, привратник уже закрывал ворота, через которые заехали гости. Окна на первом этаже сплошь заросли плющом и вьюном, и не понятно, есть ли кто внутри.

С невысокого крылечка скатился сухонький мужчина лет пятидесяти и, радостно улыбнувшись наагалею, простёр навстречу руки.

— Кого я вижу? Мой самый ужасный покупатель, напрочь лишённый вкуса!

— Это я-то?! — изумился наагалей и отпихнул бросившегося с объятиями портного в сторону. Впрочем, отпихнул деликатно, с последней встречи тот сильно постарел. — Да моему изысканному гардеробу позавидует и мужчина, и женщина.

— Если увидит! — возмущённо округлил брови портной. — В прошлый приезд, мой уважаемый господин, вы не соблаговолили одеть хотя бы один из тех шедевров, над которыми я трудился ночами. Вы являлись народу исключительно в розово-красной пошлости, которую я пошил под давлением обстоятельств и огромных денег, принятых от вас под властью пагубного соблазна.

— Я готов соблазнить тебя ещё раз, — хмыкнул наагалей и посуровел в ответ на ехидную улыбку портного. — Деньгами. Очень большими деньгами.

— Вот пользуетесь чужими слабостями, низводите чужой талант на потребу низменной пошлости, — алчно потёр ладошки мужчина. — Ну, заползайте, заползайте. У меня вы всегда найдёте самое большое разнообразие тканей во всём Дардане. Вот только ночью завезли партию закарийских шелков, весь склад ими забил, а завтра уже должен прибыть нежнейший хлопок от песчаных волков. Освящённый самим паттером! Надеюсь, без жёлтых пятен освящения как в прошлый раз…

Ссадаши, Дейна и ещё один наг последовали за хозяином. Миновали полутёмные комнаты, заставленные стеллажами с рулонами тканей, и оказались в просторном и светлом помещении магазина. На резных брусьях, ниспадая друг на друга, покоились отрезы разнообразных тканей всевозможных расцветок и узоров, перед окнами стояли обтянутые шёлком ширмы, за стеклом на бархатных подушках лежали драгоценные пуговицы, броши, застёжки, россыпями переливался жемчуг и бесценный бисер, привезённый от самого моря. В коробах попроще можно было на вес набрать костяных, деревянных, медных