Смотритель маяка - Роман Конев

– Красиво поёт. – Он присел, смахнул пыль со спортивной кофты, загнул штанину, оценивая укусы. Окровавленная нога доставляла на удивление мало хлопот. Впрочем, как и в прошлый раз.

– Что? – Вика налила воды в ладонь и умыла лицо.

– Дрозд поёт.

Она прислушалась к звучащему в отдалении мелодичному свисту.

– Ты разбираешься в пении птиц?

– Только в пении дрозда. Поможешь мне подняться? Моя нога малость повреждена.

С перекинутой через Викино плечо рукой они дошли до самокатов. Артём припадал на истерзанную ногу, терпя боль, чтобы не переходить на прыжки.

– Куда поедем дальше? – спросил он, убирая подножку.

– Артём, ты уверен?

– Вика, я перед тобой в долгу. Испортил второе свидание подряд! Поверь, они не вернутся. Сегодня сюрпризов больше не будет. Даже коварству Прокажённого есть предел. Раны скоро затянутся, к утру останутся сумбурные воспоминания. Я хочу просто побыть с тобой.

– Я думала устроить пикник на территории санатория «Тенториум». В огороженной зоне удобные скамейки. Доедем за пять минут.

Он подъехал к тому месту, куда предположительно забросил телефон. Благодаря белому корпусу телефон нашёлся в траве после недолгих поисков.

– Нас туда впустят?

– В прошлом году запрета не было. Главное, вести себя прилично, и никто слова не скажет.

– Что ж, любовь моя, сегодня тот редкий случай, когда ты мне указываешь путь. Смелей, я постараюсь не отставать.

2

Раньше он ни разу не пробовал арахисовую пасту без сахара. В сочетании с тостовым хлебом бутерброды приобретали солоноватый ореховый вкус. Холодный чай успел нагреться и всё равно отменно дополнял трапезу. Вика грызла яблоко, подставив лицо под уходящее на запад солнце. Грядущий вечер обещал быть погожим.

– Я чувствую, как ты на меня смотришь, – с закрытыми глазами сказала она.

– На тебя невозможно не смотреть, – сообщил он с набитым ртом. – Каждый раз любуюсь тобой, как впервые.

– Ну вот, мне стало неловко.

– Это хорошо. – Он поцеловал её в щёку и откинулся на скамейку. Высокая спинка позволяла положить на неё голову. В центре овального цветника, разбитого перед входом в санаторий, готовилась к взлёту металлическая пчела величиной с грузовик. Компания «Тенториум» продавала мёд и всё, что с ним связано. Изваяние являлось данью уважения трудолюбивому насекомому. За чугунным забором шумела трасса, ведущая к аэропорту. Силуэты автомобилей мелькали за рядами высаженных перед санаторием деревьев.

– Молодые люди, – раздавшийся за спинами голос вырвал их из мягких объятий покоя. – Это частная территория. Посторонним сюда вход запрещён.

Охранник упёр руки в бока, в зеркальных очках отражалась частичка неба. Сказать, что Артём испугался внезапного окрика – значит не сказать ничего. Он надеялся, что Вика не заметила, как сильно он вздрогнул.

– Дайте нам три минуты, пожалуйста, – попросил он, показывая бутерброд. – На ходу есть неудобно.

Мужчина оценивающе посмотрел на Вику, за что мысленно был послан Артёмом в неприличное место.

– Три минуты, – прозвучал компромиссный вердикт. – Сорвёте цветы – спущу на вас собак.

Он ушёл, безотчётно подражая походке Чарли Чаплина. Только у Маленького бродяги это получалось смешно, а у охранника, скорее гротескно.

– Серьёзный дядька, – резюмировал Артём ему вслед. – Зарплата небольшая, зато есть кусочек власти. А она едва ли не ценнее денег.

Вика подтянула резинку в волосах и надела кепку.

– Он это всерьёз?

– Да нет тут никаких собак. Скучно ему, вот и выдумывает. – Артём согнал с плеча Вики муху. – Нарываться на конфликт, конечно, не стоит. Ему не поздоровится, если руководство нас увидит. Я бы тоже не хотел обнаружить под окном оплаченного немалыми деньгами номера проходной двор.

– Непростая работа.

– Назови хотя бы одну простую, – попросил он.

– Это вопрос с подвохом?

– Нет лёгких работ, – сам же ответил он. – По крайней мере, мне такие профессии не знакомы. Если и есть, то им предшествует подготовительная работа предыдущих десяти, а то и двадцати лет. Хочешь удивиться?

– Что может быть удивительнее твоих призраков?

– Это не мои призраки, Вика. С удовольствием передал бы их в добрые руки. – Он засунул в рот последний кусочек хлеба, прожевал, вытерев рот тыльной стороной ладони. – Я работаю ночным охранником в пятьдесят пятой школе. Две, порой три смены в неделю.

– Как?! – воскликнула она. – Как ты справляешься?

– Ко всему можно привыкнуть. Занимался бы я этим, если мои родители меня полностью обеспечивали? Положа руку на сердце скажу – нет. Это вынужденная подработка на время учёбы.

Она угостила его жевательным драже со вкусом манго и, прежде чем он положил конфеты в рот, подвинулась ближе: