Лунное пробуждение - Люси Монро

Он вылетел за дверь так стремительно, что Кэт даже не успела ответить на выпад. Да она и не знала, что именно должна сказать в подобной ситуации. Просто очень хотела повидать Эмили. Отчаянно хотела!

Но вот Друстан ушел, и Кэт наконец получила возможность перевести дух. Немного успокоилась и постаралась дать себе отчет в том, что наговорила в пылу обиды и возбуждения. Да, недоверие мужа действительно ранило. Но в то же время собственное тайное желание вернуться в постель – почти такое же непреодолимое, как и желание убедиться в безопасности подруги, – приводило в ужас.

Нет, она никак не готова любить человека, который женился лишь для того, чтобы отомстить неприятелю, а сам ни во что не ставит чувства супруги.

А Эмили тем временем раздумывала, не испытать ли пределы собственной свободы. Самый простой способ для этого – выйти из комнаты, тем более что тяжелый засов не был задвинут. Однако окончательного решения она так и не успела принять: в дверь постучали. Эмили поспешно открыла и увидела Кэт. Та стояла в одиночестве – в темном пледе Балморалов и с выражением глубокой озабоченности на лице. Схватив подругу за руку, Эмили втащила ее в комнату.

– С тобой все в порядке? Чем ты так расстроена? Что случилось?

– Ничего не случилось.

– Вот и прекрасно. – Эмили усадила Кэт на кровать и устроилась рядом. – Лахлан сказал, что сегодня не удастся тебя увидеть. Как хорошо, что он ошибся! Уверял, что раз вы с Друстаном молодожены, то выйдете из спальни не раньше чем через пару дней. Он вообще считает, что знает все на свете. Ты это заметила? Не удивлюсь, если и твой муж окажется таким же. Ведь они оба горцы.

Кэт кивнула. Выражение тревоги на лице сменилось интересом, даже любопытством.

– Но ведь и он способен ошибаться, правда? Я говорю о Лахлане.

Последнее замечание Эмили произнесла с откровенным энтузиазмом и доверительно придвинулась поближе к подруге. Она действительно была очень рада встрече, причем не только потому, что полное одиночество в крохотной комнатке на вершине башни утомляло.

Кэт внимательно посмотрела на Эмили бархатными карими глазами.

– Я очень волновалась за тебя.

– А я – за тебя. – Эмили ответила таким же пристальным взглядом, опасаясь увидеть следы переживаний, а может быть, чего-то худшего. Однако ничего подобного заметить не удалось.

– Скажи правду, не скрывай. Это было ужасно? Как ты себя чувствуешь?

– «Это»? – переспросила Кэт с едва заметной улыбкой.

– Ну, брачная ночь, – пояснила Эмили и выразительно закатила глаза. Можно подумать, подруга не поняла, о чем речь.

Кэт осмотрелась, словно искала ответ в каменных стенах круглой комнатки. Взгляд наткнулся на неплотно прикрытую дверь. Она проворно вскочила, захлопнула дверь и снова уселась на кровать.

– Ну так что же? – нетерпеливо подсказала Эмили. Молчание явно затягивалось.

– Прошедшая ночь стала самой удивительной, самой восхитительной в моей жизни. – В голосе Кэт явственно звучали печальные нотки – они никак не гармонировали со словами.

– Можно подумать, что тебя это вовсе не радует. – И все равно Эмили почувствовала, как с сердца упал тяжелый камень.

– Совсем не радует. Потому что для него все оказалось иначе – уж в этом-то я уверена.

– Он тебе сам сказал? – возмутилась Эмили. Неужели мужчина, пусть даже суровый воин, способен на такое бесчувствие?

– Нет. Но он мне не доверяет. Не верит, что Сусанна сказала, будто бы ей разрешили охотиться на земле Синклеров.

– Почему женщина вообще пошла на охоту в одиночестве? Разве добыча не главная обязанность мужчин?

В этих краях все было иначе. Кэт печально покачала головой:

– Ничего странного. Ей действительно разрешили. Потому она и отправилась охотиться в одиночестве. Ну а потом спари… встретила Магнуса, и все закончилось свадьбой. Беда лишь в том, что Друстан считает, будто Магнус сам явился на остров и захватил Сусанну против воли.

– Просто смешно! Разве воин может переплыть море, появиться здесь и украсть женщину – так чтобы никто его даже не заметил? Если бы Сусанна оставалась за крепостными стенами, ее вообще никто бы не смог схватить. Может, они думают, что она пошла прогуляться по берегу и попалась?

– Нет. О, все так запутанно, так сложно!

– Что запутанно? Что сложно?

– Запутанно похищение. А сложно объяснить, что к чему.

– Прости. И все же постарайся. Я не буду перебивать.

– Да нет, дело вовсе не в этом. Просто, видишь ли… ты не все знаешь.

– А ты не можешь рассказать?! – воскликнула Эмили. Как обидно, что подруга не доверяет в полной мере – настолько, чтобы раскрыть секреты клана.

– Если бы могла! Непременно бы все рассказала!

– Ну так и не переживай. Скажи лишь то, что можно.

– Так вот. Ты знаешь, что меня увезли в отместку за похищение Сусанны. По законам гор Талорк или Магнус должны были обратиться к Лахлану или Друстану за разрешением оставить Сусанну в клане Синклеров.

– Но они этого не сделали.

– Нет. Не сделали потому, что решили, будто Балморалы пренебрегли священной обязанностью охранять свою женщину. А значит, недостойны уважения и чести.

– Понятно. В Хайленде живут очень гордые люди, так ведь?

– Конечно. А крикты особенно самолюбивы.

– Крикты? Я слышала, как Лахлан называл себя этим словом. Что оно означает? У нас в Англии его никто не знает.

Кэт взглянула с искренним удивлением:

– Лахлан произнес это слово… в твоем присутствии?

– Да. А что здесь странного?

– Ничего. Я просто удивилась. Впрочем, думаю, рассказ о нашем прошлом тебе не повредит. Еще примерно сто лет назад в Хайленде жил народ, который называл себя крик-тами. А римляне звали нас пиктами.

– «Нас»?

– Я тоже отношусь к криктам.

– О, понятно! О пиктах мне кое-что известно. Они носили татуировки… наверное, такие же, как на руке и спине Лахлана. – Эмили начала сопоставлять факты. – А что, у Талорка тоже татуировка на руке?

– Да. Но только рисунок совсем не такой, как у Балморалов.

– А у пиктов был свой король? Прежде чем Макалпин объединил Хайленд и Лоуленд и объявил себя шотландским монархом?

– Был. После того как он провозгласил объединение и обманом истребил членов королевского рода криктов, наш народ оказался разоренным и обездоленным. После долгих размышлений и споров совет старейшин решил присоединиться к кельтским кланам. Печальная история произошла больше сотни лет назад, и все же крикты до сих пор не смогли забыть предательство вероломного Макалпина.

– Понятно. Потому-то они не хотят признавать власть нынешнего короля Шотландии. Даже несмотря на то что его никак нельзя обвинить в измене.