Смертельный пасьянс - Алла Герц

Ее жилище, такое же неуютное, дикое, лишенное комфорта больших городов, которые он так любил, стояло в уединенном месте. На жалком пятачке, отвоеванном у деревьев-великанов и их густого подлеска. Кому-то это понравится: небольшая хижина, сложенная из веток, крыша из пальмовых листьев. Дань цивилизации лишь одна – москитная сетка, закрывающая проем двери и окна. И легкий дым над костром. Во дворе…

Ладно, надолго он тут не задержится.

– Клэр! – позвал он, выходя к домику.

Она появилась из-за угла своего жалкого пристанища танцующей знакомой походкой. Ей было за пятьдесят, но у женщины оставалась та же гибкая складная фигурка, легкость и грация, какими она обладала в юности. Он вообще не помнил ее другой.

– Ты? – издали узнала она гостя. И лучезарно улыбнулась.

У нее всегда была для него эта милая, ласковая улыбка, полная почти материнской радости.

– Какой приятный сюрприз, дорогой. – Бубновая Дама была уже рядом с ним и привычно нежно обняла за шею. Не как любовница, а снова – как мать, чуть покровительственно. Обычно его это радовало, но сейчас ее манера раздражала. Или он сам сознательно убеждал себя в этом.

У Клэр появились новые морщинки на загорелом почти дочерна лице, в ее рыжих волосах светились серебряные пряди. Сейчас, когда женщина безжалостно забрала свои локоны в строгую косу, этот контраст яркого и седого казался особенно нарочитым и неряшливым, жалким.

– Не помешал? – с легкой усмешкой заметил он. – Ты тут наверняка с кем-то развлекалась в своем гнездышке?

Она снова весело улыбнулась с чисто женской хитринкой.

– Пока нет, – отозвалась Бубновая Дама. – Но если бы приехал к вечеру… Мог бы и помешать.

– Значит, у меня еще есть шанс прямо сейчас!

Она приняла это за флирт, даже не подозревая, насколько честными были эти слова и каков их истинный смысл.

– Пойдем, я чем-нибудь тебя угощу, – предложила она. – Ты такого еще не пробовал.

– Даже не знаю… – он шутливо поморщился. – Это безопасно?

Она лишь подмигнула и направилась к хижине.

А он просчитывал. Можно ударить прямо сейчас. Со спины! Ведь он не собирается затягивать все это. У него просто нет на это времени. Но все же он промедлил.

– Садись сюда, – Клэр показала на один из стульев. Колченогий, сплетенный из веток. Такой, на который гостю совершенно не хотелось садиться. – Тут все скромно, зато натурально.

Для нее это было важно. Она наслаждалась всем этим. Природой, тишиной, одиночеством. Натуральностью. Это было ее религией.

– Сама сделала? – Он все же уселся и указал на стол.

– Удивлен? – Все то же ласковое веселье. – Сама. И, представляешь, без капли магии. Вот этими руками!

Она протянула ладони. Почему-то этот простой и открытый жест стал для него спусковым крючком. Последней каплей. Такой простой, открытый, невинный…

– Прости, – пробормотал гость.

– За что? – удивилась Бубновая Дама.

– Да так… – он нервно усмехнулся и ударил ее.

Волна его магии должна была отбросить Клэр на землю, сломать, оглушить. Но женщина все-таки была Бубновой Дамой. Ее быстрота реакций поражала. На пути потока его силы, черного с яркими, как огонь, всполохами бордового и оранжевого, встала стена ее магии. Привычно рыжая с золотистым. Как цвет ее волос.

Клэр перестала улыбаться. Прищурила глаза, как рассерженная кошка. На лице появилось холодное и неприязненное выражение.

– Это было глупо, – предупредила она.

В следующий миг в ее противника с бешеной скоростью полетели мириады тонких игл магии. Сразу и со всех сторон. Но для него это было сейчас слишком слабой атакой. Он буквально отмахнулся от ее оружия. И снова ударил сам. Будто плетью хлестнул. Все таким же переливчатым черно-огненным потоком.

На этот раз Клэр отклонилась, плавно, грациозно, и снова успела поставить защиту.

– Ты… – она анализировала увиденное. – Это большее, чем смена масти! Ты решился на такое? Но… Как? Почему?

В ее голосе было столько горечи, что на миг он чуть не сдался. Все то же материнское разочарование и даже обида. Боль, бьющая не хуже магии.

Он не стал тратить слова, объяснять. Иначе он не сможет убить. А убить он хотел. Теперь уже не по необходимости – просто потому, что мог. Ее разочарование породило злость. И он дал себе возможность утонуть в ней. Один удар за другим, наращивая силу, не давая передышки. Клэр еще держалась, отбивая его атаки каким-то чудом, но отступая и теряя силы. Ее противник все больше входил во вкус. Он наслаждался своими силами, властью. Теперь он хотел только одного: сломать Бубновую Даму, увидеть в ее глазах страх и поражение.

Но она так просто не сдавалась. Теряя скорость реакций, выкладываясь полностью, женщина, привыкшая за годы к поединкам, верила больше не в свою силу, а в разум. Она кружила по поляне, где давно уже превратилась в хлам сделанная ею хрупкая мебель и погас костер. Она ждала. И в тот момент, когда ее противник в очередной раз атаковал, снова превратив поток своей новой магии в плеть, Клэр метнула ему в грудь крохотный шарик огня.

Он шарахнулся в сторону. Успел в последний момент. И тут же, пока Клэр не успела перестроиться, ударил снова. Снизу вверх, на этот раз выплеснув из себя все по максимуму. Поток черного пламени с отблесками рубиново-алого накрыл Бубновую Даму. От такого даже она не успела бы сбежать. Слишком велика скорость, слишком яростный удар.

Еще на миг она застыла, а потом медленно, непривычно неуклюже начала оседать на землю. Он стоял пока на том же месте, тяжело дыша, хватая ртом этот противный вонючий воздух. Он еще опасался подходить ближе. Все-таки это поединок с Дамой Бубен, которая раньше была намного сильнее его. Опытнее, хитрее.

Была. Он наконец-то пришел в себя. Остудил свои мысли, погасил ярость. Клэр была… Эта мысль одновременно пугала, печалила, но и несла радость победы и облегчение. Он сумел победить ту, что выше его по рангу. Теперь смог!

Он все же подошел к неподвижно лежащей женщине, нагнулся, проверил пульс. Слабое дыхание, чуть слышные удары сердца. Он очень надеялся, что рассчитал все верно. Клэр слишком сильна. И магия еще дает ей жизнь. Пока…

Он вытащил из-за пояса брюк нож, заранее приготовленный для ритуала. Силой мысли снова разжег костер. Идти за посудой не было ни времени, ни желания. Он просто наберет ее кровь в ладони. Этого будет достаточно. Древняя магия не нуждается в декорациях и