Тринадцатая редакция. Найти и исполнить - Ольга Лукас

– Я… нет, я не верю в рекламу. Может, Анна верит?

– А что это она так в неё верит? Может, это в самом деле работает? – задумчиво сказал Ёжик, откупоривая бутылку. – Вдруг ты и прав насчёт турагентств… Тоже можно, наверное, подтянуть. Ты вот какое с ходу вспоминаешь?

Шурик с ходу вспомнил то, в котором работала Амнезина. Ёжик деловито кивнул и сказал, что вспомнил его же, следовательно, с этим тоже всё понятно, опрокинул в себя виски и быстро-быстро зашелестел клавиатурой ноутбука.

Оставив Мишу в самом приподнятом и воинственном настроении, Шурик медленно побрёл к метро. Снег продолжал красиво возникать где-то в паре метров от земли и исчезать, не долетая до асфальта; будущее Амнезины вырисовывалось и оформлялось вполне отчётливо. Главное, на что Шурик искренне надеялся – так это на то, что бывшая однокурсница Анна, заместитель главного редактора в журнале, конкурирующем с «Невскими перспективами», никогда не узнает о том, какую интригу он провернул с этим «дневником путешественника», а если узнает – то простит его. Ведь на самом-то деле он никаких тайн не выдавал, наоборот, придумал, чего нет, – ну так что делать, если по-другому с Ёжиком не договориться? И с интервью Бржижковского хорошо получилось – вот уж об этом Шурик даже и не думал, оно само. Честно. Надо будет сказать Лёве, чтобы прекращал воображать, будто сможет повлиять на Мишу Ёжика своими привычными силовыми методами. Тут нужен совсем другой подход.

Пока его друзья-шемоборы отвергали квартиры одну за другой, шушукались, ссорились и мирились, Джордж окончательно понял, что волевое решение придётся принимать ему. Дело непривычное, но увлекательное.

Чтобы не смущать обитателей отеля, он предложил своему небольшому неорганизованному отряду временно разойтись по номерам и отдохнуть, сам же взял в руки телефон и, вспомнив старые связи, начал подыскивать жильё, отвечающее всем требованиям Димки и Анны-Лизы. И к тому моменту, как изнеженные шемоборы выспались, приняли душ и поужинали, он уже готов был познакомить их с новым обиталищем.

Для окончательного выбора будущего жилья собрались в номере Анны-Лизы – к величайшему неудовольствию последней. Она полагала, что одноместный номер, даже если это двухкомнатный люкс с застеклённым балконом и видом на Неву, – это такой номер, в котором места хватает только на одного человека. Джордж был с ней полностью согласен, да и Дмитрий Олегович особо не спорил – но не в лобби-бар же было снова идти? Джордж специально спустился туда на разведку и свободных мест почти не увидел.

– Я думала, что в прошлый раз я плохо приехала, – заявила Анна-Лиза, возвращаясь с балкона и усаживаясь в широкое уютное кресло. – Что была неудачная неделя и в городе случились беспорядки. А они тут всегда!

– Беспорядки? Подумаешь, один погром, один пожар, тем более что я сам напросился, – философски заметил Джордж.

– Это-то? Лёгкий шухер, – согласилась Анна-Лиза. – Я одна, если мне как следует нарушить настроение, могу причинить гораздо больше разрухи!

– Мы будем хорошими мальчиками! – тут же сказал Дмитрий Олегович и нацедил себе в рюмку немного коньяка. – Эй, камрады, надеюсь, всё включено в стоимость и здешний мини-бар не нужно будет оплачивать отдельно?

– Надейся, надейся, – неопределённо покрутил пальцами слегка уязвленный Джордж и повернулся к Анне-Лизе: – Тебя, значит, не впечатлили масштабы разрушений в моём бывшем ресторане?

– Не-а. Гораздо больше отвращения причиняют мне разрушения, которые лежат на улицах. У нас, в Финляндии, к такому не имеют никакого терпения! Никогда! С бандитами бороться сложно – они бывают чертовски умные. Но разве есть мозг у беспорядков, чтобы убежать от дворника и его верной метлы? Беспорядки с улиц нужно убирать! Я безоблачно излагаю?

– Безоблачно, но предвзято, – вступился за родную страну патриотичный Джордж. – Вот смотри, у тебя есть, например, большая квартира…

– Было бы очень по случаю. Я задыхаюсь в этом цыплячьем курятнике!

– …а есть маленькая, – спокойно продолжал Джордж. – Какую будет легче содержать в чистоте, ну-ка угадай!

– Какую легче – такую я и сниму! Но, конечно, лучше большую.

– Отлично. Я как раз нашел для нас просторное жильё в самом центре. Кстати, Дим, там, кажется, тоже имеется мини-бар.

– Насколько мини? – заинтересованно произнёс Дмитрий Олегович.

– Примерно от балкона и до ванной комнаты. Словом, тебе понравится, – загадочно посулил Джордж.

Обиталище, которое Джордж умудрился найти за столь короткое время, вовсе не было жильём в привычном смысле этого слова. То есть, говоря начистоту, прежде там никто не жил. Ещё совсем недавно здесь было вполне уютное кафе. Но как только выяснилось, что всё здание в ближайшее – хотя и вполне неопределённое – время отправится под снос, хозяин (шапочный знакомый Джорджа по прежним временам), махнув рукой на арендную плату, внесённую на полгода вперёд, принял решение переехать в другое место, тем более что место это как-то удивительно быстро нашлось. Словом, за сущие копейки Джорджу удалось снять нечто совершенно невообразимое – владелец кафе даже сам привёз три новеньких раскладных дивана, укомплектованных постельным бельём, лишь бы только этот сумасшедший Соколов не передумал и не отправился на поиски какого-нибудь более жилого помещения.

Кафе состояло из четырёх небольших зальчиков, так что каждому досталась отдельная комната, а самый крупный зал, находившийся в центре, немедленно был переименован в гостиную.

– Это что же, я буду жить в квартире с барной стойкой? – восхищённо протянул Дмитрий Олегович. – Это успех, я считаю. Кровать к окну поставьте, ага. Нет, ребята, правда, все эти бутылки остались тут, потому что хозяину они больше не нужны? Прекрасные новости! А что, у вас тут раньше был WiFi и вы его тоже оставляете? Дивно!

– Вы что, мухоморами сыты, вы оба? – рассвирепела Анна-Лиза. – Вы думаете, что я смогу здесь жить, да? Люстры, обои, лепные потолки – это богатство. Но из люстры нельзя принять душ! Обоями не сушат голову! И на лепном потолке не зажаришь бифштекс! Я требую благоустройства!

– С благоустройством проблем не будет, – заявил бывший хозяин, – тут раньше часто готовили, как вы догадываетесь, так что кухня к вашим услугам. И душ имеется. Не такой шикарный, как туалетные комнаты, но исправный и удобный.

– Ты, кажется, очень любишь жить в центре и в роскоши, – вмешался Дмитрий Олегович. – Бери себе вип-зал – более пошлого ампира я в жизни своей не видел, тебе должно там очень понравиться. На кровать бросишь какую-нибудь там парчу, а потом войдёшь во вкус и впредь станешь жить только в заброшенных кафе.

– Оно не заброшенное, – грустно сказал хозяин. – Последние вещички только сегодня вывезли. Кто же знал, что весь дом под снос пойдёт? И да, во дворе можно смело оставлять автомобиль – чужие там не ходят. А скоро вообще никто ходить не будет.

И тут Анна-Лиза посмотрела на ситуацию шире: в конце концов, какая разница, чем это помещение было раньше, главное – что оно действительно огромное, в меру роскошное и – никуда не денешься – располагается в самом центре, как она и хотела.

Дмитрий Олегович, привыкший поселяться где попало и проводить большую часть времени в кофейнях и ресторанах, очень быстро освоился на новом месте. И получаса не прошло, а он уже сидел, вооружившись ноутбуком, за барной стойкой в «гостиной» и что-то сосредоточенно высчитывал.

– Заранее хочу предложить тебе разделить город на сферы влияния, – не оборачиваясь, произнёс он, услышав за спиной тихие шаги.

– А чем ты почуял, что это я, а не Йоран? – подозрительно спросила Анна-Лиза.

– Почуял я носом, – пояснил Дмитрий Олегович, поворачиваясь на барном табурете лицом к собеседнице. – Душа моя, он не пользуется такими приторными духами, а если бы и пользовался, то не выливал бы на себя половину флакона за раз. К твоему сведению, наш милый Джордж, или, как ты его называешь, Йоран, довольно сдержанный человек, и это проявляется во всём. А город мы всё же поделим. Вот начиная от… ну, скажем, этого псевдокамина, и далее полевую сторону – моя территория. Направо – твоя. Кто нарушит конвенцию – будет наказан в соответствии с классикой. Впрочем, да, вряд ли ты это читала. Но тем не менее с завтрашнего утра наши пути расходятся. И не сойдутся они до тех пор, пока кто-нибудь из нас не поймёт, какого черта в этом городе объявилось так много носителей. Я чувствую их избыточное присутствие почти так же хорошо, как твои чудовищные духи – прости, ничего личного, – но мне, кажется, надо принять что-нибудь от мигрени. С этими словами Дмитрий Олегович вновь повернулся к барной стойке, добыл бутылку с коньяком, открутил ей голову и сделал щедрый, добротный глоток.

Анна-Лиза многозначительно хмыкнула и присела рядом с ним.