Перекресток прошлого: Холод войны - Даниил Витальевич Протасов

– Это все из-за того что Марк и его люди застали нас врасплох и отняли оружие. Нас спасло только то, что появились немецкие самолеты и отвлекли их внимание, дав нам время освободиться – с виноватым видом, объяснял Бурмистров.

– Я знаю, я ведь там тоже был – сказал ему я, но тот все равно продолжал.

– К сожалению, у меня не было времени, чтобы успеть скоординировать точный план действий. Да еще это предательство Королева спутало наши карты. Эх, как я мог это не предусмотреть, Гаршин же нас всех предупреждал – корил себя он.

– Все хватит! – грубо прервал его я.

Мое спокойствие повергло Бурмистрова в шок.

– Но как же так можно, это же были наши люди,…они погибли из-за нас!

– Совсем недавно услышал одну очень хорошую фразу: « На войне жертв никогда не избежать, чтобы ты не делал, как бы не старался, все равно кто-то умирает». И посыпая голову пеплом, ты этим ничего не изменишь

– Но что же нам теперь делать? – с недоумевающим взглядом, поинтересовался Бурмистров.

– Собери всех, кто уцелел, скажи, чтобы забирали отсюда все, что смогут унести и грузили в машины. Немцы, скорее всего, уже вошли в город, а значит, скоро доберутся и сюда. Так что нам не стоит тут задерживаться – командным тоном, приказал я.

– Хорошо, я сделаю все, как скажете – смиренно сказал он, и уже готовился было повернуть назад, как вдруг он остановился и снова повернулся ко мне – Только можно сперва, задать вам один вопрос

Я задумчиво взглянул на него:

– Задавай – с неохотой согласился я.

– Скажите, как вам это удается, с таким равнодушием относиться к смертям других людей, особенно тех с кем вы столько времени общались. Ведь Кирилл, Мефодий, Иван, Гаршин и даже Королев были нашими товарищами. Мы столько времени провели вместе, бок о бок, в какой-то момент, я даже подумал что мы как настоящая семья – беспокойно спросил он.

Я снисходительно посмотрел на него:

– Святая наивность, мы никогда не были семьей, и никогда не были друзьями. У нас изначально были разные цели, просто так вышло, что путь к ней шел по общей дороге – хотел сказать я, но ответил ему совершенно другое – Знаешь, я за свою недолгую жизнь потерял очень много дорогих мне людей. Так что просто привык к этому.

– И как вы справились с этой болью?

– Не знаю – ответил я, но подумав немного добавил – Когда-то очень давно, я прочел в одной книге очень интересную фразу, в ней говорилось: «Смерть к нам достаточно близка, чтобы можно было не страшиться жизни». Тогда она мне показалась весьма зловещей, ведь я не понял смысла ее слов. А теперь ее смысл, движет всей моей жизнью.

Я… не понимаю вас – говорил, немного растерянный Бурмистров.

Я устало вздохнул:

– Просто найди себе цель в жизни и стремись к ней. А теперь иди, у нас мало времени – кратко сказал я, после чего отвернулся от него.

– Хорошо, я вас понял – благодарно сказал он, а затем молча развернулся и побежал к остальным.

– Так вот значит что, вы все это время были там! – воскликнул Исход, так как будто для него это стало большим озарением – Вы убили Кирилла и Мефодия, вы украли тот пропуск, вы сидели в том грузовике?! Вы все это время вставляли мне палки в колеса, а я этого даже не замечал!

– Ну, может если бы ты не был таким высокомерным идиотом, то ты бы нас и заметил! – гневно парировала Валерия.

– Я бы попросил не выражаться в этом зале – строгим тоном произнес Мийлтерн.

– Простите, но после того что он сделал с тем стариком, мне еще несколько недель снились кошмары – объяснила Валерия.

Но эти слова вызвали у Исхода лишь громкую усмешку:

– У Марка был шанс выжить. Но он его потратил на свои жалкие козни, и то, что я с ним сделал, было заслуженно, целиком и полностью.

– Должен сказать, что я с ним согласен. Такого червяка я бы тоже казнил не задумываясь – одобрительно произнес Горнах.

– Я начинаю замечать, что вы питаете симпатию к взглядам и методам Исхода – с ироничной улыбкой подметил Лейстерен.

Горнах надменно фыркнул:

– Я питаю к нему симпатий не больше, чем к эрганному жуку. Просто я говорю, что с данным мерзавцем я бы поступил куда хуже.

Но Валерия, все еще продолжала спорить с Исходом:

– Я согласна, с тем, что этот Марк, был подонком. Но ведь ты сам только что рассказал нам, что к остальным ты относился не лучше.

– Разумеется, они все были мерзкими, убогими созданиями: Обманщиками, ворами и убийцами. Ты ведь своими глазами видела, какую бойню они устроили, ради еды, консервов и медикаментов. Неужели ты станешь это отрицать?

– Может быть, и нет. Но разве ты был лучше? Ты также наживался на всем этом, ты ведь, по сути, ограбил этого Марка, потакал воровству своих людей, и также убивал тех, кто тебе не угоден»

– Я тебе уже когда-то говорил: Для достижения своих целей, порой приходиться жертвовать моралью и своими принципами. Это всегда неприятно, но приходиться это делать, не обращая внимания ни на какие жертвы. Я не горжусь своими поступками, но по крайне мере тогда я считал, что другого выбора не было.

–И как ты добился своего? – с подколкой спросила Валерия. От чего Исход, сразу же погрустнел. И в один миг, его голос и интонация, стали куда менее решительными.

– Я…я знаю, что ты думаешь. Поверь, я этого не хотел, я был уверен, что так будет лучше для всех – начал оправдываться он.

– Ну хватит вам, это мы еще успеем обсудить позже – прервал нас Мийлтерн – А сейчас мы бы хотели услышать, что же с вами произошло дальше. Ведь вы рассказали нам только начало вашей историй.

Валерия расскажите вам, как вы и ваши друзья отнеслись к тому, что вы потерпели поражения. Ключ по несчастливой случайности достался Исходу. А все ваши старания обернулись прахом. Должно быть, это сильно ударило по вам?

– Верно, это было совсем непросто – сказала Валерия – Осознавать, что мы упустили ключ прямо у нас под носом, когда он был почти у нас в кармане. Даже я к тому времени уже успела, влиться в этот кружок сумасшедших кладоискателей