Магия вычитания лишнего. Как упростить себе жизнь, убрав из нее ненужную информацию, привычки и обязательства - Лейди Клотц

Именно битва Кали с клонами легла в основу истории возникновения культа головорезов, которые считали себя детьми Кали, сотворенными из ее пота. Еще в начале XIX века головорезы бесчинствовали на территории Индии, Бенгалии и Тибета, убивая и грабя путешественников. Типичных жертв головореза, которых могло насчитываться до двух миллионов, душили и уродовали в честь богини разрушения.

Не спешите избавляться от своей футболки с губами и языком. Потому что Кали – это еще и символ материнской любви. Она творческая, заботливая, любящая и доброжелательная.

Что?!

Двуликость Кали вызывает у меня чувство дискомфорта. Обычно я ориентируюсь на множество с четкими категориями добра или зла, выигрыша или проигрыша и, до относительно недавнего времени, сложения или вычитания. Если одна идея противоречит другой, то одна из них должна быть неправильной. Если A истинно, то не-A должно быть ложным.

Кали – одно большое противоречие. Она улыбается нам, даже когда убивает. Отрубленные головы и руки, украшающие ее тело, показывают, что она воплотила в жизнь свою ярость, а также символизируют творческую силу и разрыв с человеческим эго. Ее знаменитый язык сигнализирует о похоти, бунте и жажде крови. По мнению тех, кто изучает подобные вещи, он также символизирует скромность и стыд.

Вместо того чтобы вписываться в удобное повествование о борьбе добра и зла, Кали выходит за рамки и того и другого. Она и Каин, и Авель, и Бог – все в одном лице.

Разрешение противоречий не такое уж плохое дело. Это помогает в рассуждении, по крайней мере со времен Аристотеля, который считал, что если одна идея противоречит другой, то одна из них должна быть отвергнута. Мы благодарны этой логике за всевозможные научные прорывы – от единой воспроизводимой биологической системы классификации до математической логики, которая привела к появлению современных компьютеров, и до Элинор Остром, вычитающей трагедию общих ресурсов.

Проблема возникает, когда мы пытаемся разрешить противоречие между идеями, которые на самом деле не противоречат друг другу. Как мы видели, например, вопрос не в том, биологические или культурные силы объясняют стремление добавлять. И те, и другие играют сходную роль в нашей неспособности вычитать. Споры о том, кто из них истинный виновник, только отнимают время и отвлекают нас от размышлений над тем, как нам лучше поступить.

Попытка разрешить ложное противоречие – одна из причин, по которой, несмотря на все усилия Хейзел Роуз Маркус, мы навешиваем на людей и культуры ярлыки. Именно попытки разрешить противоречие заставляют нас спорить о том, пытается ли миллиардерша, жертвующая деньги на строительство нового здания для своей альма-матер, избежать уплаты налогов, воздвигнуть памятник самой себе или же все это из-за заботы об образовании. Трудно согласиться с тем, что, скорее всего, здесь имеет место понемногу от каждого предположения.

Вот почему я постоянно напоминаю слушателям, что я не обязательно выступаю за ликвидацию местной автострады. Вопрос не в том, должны ли мы прибавлять или вычитать. Вопрос в том, как мы используем и то, и другое.

Как мы поняли из предыдущей главы, наша биология как порождает нечто новое, так и проводит отбор. В нашей культуре тот факт, что сложение привело человечество ко стольким великим свершениям, может означать лишь то, что пренебрежение вычитанием имеет скрытый потенциал. Мышление по принципу сложения и вычитания работает даже в случае с памятниками. Хотя Лин, возможно, воспринимала саму стену как вычитающий «вырез», она добавила и то, что сделали немногие из ее конкурентов. Мемориал Лин содержит все 58 318 имен людей, которые погибли, сражаясь за США во время войны во Вьетнаме.

Культуры, рожденные в результате добавления, продолжают добавлять, а это значит, что они жаждут большего. Больше еды, больше жилья и больше инфраструктуры. В итоге им требуются профессиональные управленцы и военные, которые, в свою очередь, нуждаются в новых дорогах, крепостях и оборонительных стенах. Для удовлетворения этих потребностей необходимо больше природных и человеческих ресурсов, и чтобы добыть их, прибавляющие цивилизации расширялись. Римляне построили Колизей при помощи сокровищ, захваченных после истребления около миллиона человек в Иерусалиме, более чем в полутора тысячах километров к востоку от того места, где сейчас находится исторический монумент.

Когда растущая Римская империя захватила земледельческое поселение вблизи Иерусалима, возникшая в результате культура со временем поставила во главу угла добавление в римском стиле. Ничем не отличалось распространение майя по всему полуострову Юкатан. Когда добавление, на основе которого были построены Саванна и монумент Вашингтону, распространилось на запад по континентальной части Соединенных Штатов, оно поглотило образ жизни коренных американцев. Эти добавляющие культуры в конечном итоге и превратились в нас.

С учетом вышесказанного, несмотря на то что добавление и создало нашу цивилизацию, многие люди продолжали с подозрением относиться к большему или даже запрещать его. Предостережения против излишеств присутствуют во всех основных религиозных текстах. Для некоторых сект – францисканцев и кальвинистов, дзен-буддистов и индуистских аскетов – духовность означала активное презрение к мирскому накопительству. А для большинства людей в досовременных независимых и взаимозависимых культурах, для римского солдата и строителя майя единственной реальной социально-экономической целью было сохранение своего положения в жизни, а не его улучшение.

Неумение или нежелание стремиться к большему – это не то же самое, что видеть ценность в меньшем, однако это помогает держать под контролем процесс добавления. Таким образом, даже по мере того, как добавление способствовало росту культуры, стремление к большему, каким мы его знаем, не распространилось по всему обществу.

Пока не распространилось.

Глава 4

Моральность большего. Время, деньги и современное Евангелие добавления

Когда я сказал Монике, что работаю над книгой о том, почему мы пренебрегаем вычитанием и как мы можем это изменить, первое, что она спросила, было: «А что, если читатели узнают о нашем добавлении?» Давайте посмотрим.

Моника имела в виду то, как мы преобразили наш новый (примерно 1947 года постройки) дом в стиле кейп-код[16]. Наше новое жилище площадью почти 140 квадратных метров было примерно вдвое меньше того, из