Американская трагедия - Теодор Драйзер
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Да, сэр.
— Даже тогда, когда держали мисс Х в объятиях и целовали ее?
— Да, сэр, — тоскливо и безнадежно повторил Клайд.
— Ну, знаете ли! — заорал Мейсон. — Никто бы не поверил, что такую чушь можно нести на суде, если бы мы тут не слышали все это собственными ушами! И вы сидите тут и под присягой заявляете суду, что могли разводить нежности, обнимая одну обманутую девушку, в то самое время как другая обманутая вами девушка лежала на дне озера за сто миль от вас, и при этом чувствовали себя несчастным и мучились угрызениями совести?
— А все-таки именно так и было, — ответил Клайд.
— Превосходно! Бесподобно! — вскричал Мейсон.
Утомленно вздыхая, он снова вытащил из кармана большой белый платок, обвел взглядом зал суда и стал вытирать лицо, всем своим видом говоря: "Ну, и тяжкая задача!" Потом продолжал с еще большей силой, чем прежде:
— Грифитс, только вчера, вот здесь, на свидетельском месте, вы под присягой показали, что, уезжая из Ликурга, вы совсем не предполагали отправиться на озеро Большой Выпи.
— Да, сэр, не предполагал.
— А оказавшись с мисс Олден вдвоем в номере гостиницы в Утике и увидев, как она утомлена и измучена, вы подали мысль, что какой-то отдых небольшая прогулка, доступная вам при общих ваших скромных средствах, пойдет ей на пользу. Так было дело?
— Да, сэр, так, — ответил Клайд.
— Но до той минуты вам и в голову не приходило поехать именно к озерам в Адирондакских горах?
— Нет, сэр… то есть я не думал о каком-либо определенном озере. Я думал, что мы могли бы, пожалуй, съездить в какое-нибудь дачное место они ведь тут почти все около озер, — но я не имел в виду никакого определенного озера.
— Понятно. А когда вы предложили это, именно мисс Олден сказала, что надо достать какие-нибудь карты и путеводители, так?
— Да, сэр.
— И вы спустились в вестибюль гостиницы и достали их?
— Да, сэр.
— В гостинице "Ренфру", в Утике?
— Да, сэр.
— А может быть, случайно, где-нибудь в другом месте?
— Нет, сэр.
— А потом, просматривая эти карты, вы оба увидели Луговое озеро и озеро Большой Выпи и решили туда поехать? Так было дело?
— Да, так мы решили, — ответил Клайд, с трудом подавляя тревогу. Он уже жалел, что сказал, будто достал путеводители в утикской гостинице. Может быть, тут опять скрыта какая-то западня…
— Вы и мисс Олден?
— Да, сэр.
— И вы вдвоем выбрали Луговое озеро, как самое подходящее, потому что там все особенно дешево, так было дело?
— Да, сэр, так.
— Понятно. А это вы припоминаете? — И, взяв со стола несколько путеводителей (было удостоверено, что все они оказались среди вещей Клайда в его чемодане на Медвежьем озере в момент ареста), Мейсон вручил их Клайду. — Просмотрите их. Это и есть те справочники, которые я обнаружил в вашем чемодане на Медвежьем озере?
— Как будто те самые.
— Те самые, которые вы отыскали в киоске гостиницы "Ренфру" и отнесли наверх, в номер, чтобы показать мисс Олден?
Немало испуганный тщательностью, с которой Мейсон разбирался в этой истории с путеводителями, Клайд взял брошюрки и повертел в руках. Но так как штамп ликургской гостиницы "Привет из Ликурга — отель "Ликург", штат Нью-Йорк" был красный, почти такой же, как красный шрифт всего текста, Клайд даже теперь его не заметил. Он все вертел справочники в руках и наконец, решив, что тут нет никакого подвоха, ответил:
— Да, мне кажется, те самые.
— Ну, а в котором из них вы нашли рекламу гостиницы на Луговом озере и тамошние цены? — коварно выспрашивал Мейсон. — Не в этом ли?
И он снова подал Клайду тот же справочник с ликургским штампом и указал страницу с тем самым объявлением, к которому Клайд когда-то привлек внимание Роберты. Посередине напечатана была карта Индийских гор вместе с Двенадцатым, Луговым, Большой Выпью и другими озерами, а в самом низу карты была ясно обозначена дорога, ведущая от Лугового озера и станции Ружейной на юг, мимо южной части озера Большой Выпи к Бухте Третьей мили.
Увидев опять через столько времени знакомую карту, Клайд вдруг решил, что Мейсон, должно быть, старается установить его осведомленность относительно этой дороги, — и робко, нетвердо ответил:
— Да, может быть. Как будто он похож на тот. Кажется, это он и есть.
— А точно вы не знаете? — мрачно и непреклонно настаивал Мейсон. — Вы не можете, прочитав это объявление, сказать, тот ли это путеводитель или не тот?
— Похоже, что тот, — уклончиво ответил Клайд, проглядев то самое объявление, которое заставило его вначале остановить свой выбор на Луговом озере. — Думаю, что, пожалуй, тот.
— Думаете! Думаете! Становитесь осторожнее, когда дело доходит до чего-то конкретного. Ладно, взгляните-ка еще раз на эту карту и скажите мне, что вы там видите. Не видите ли вы на ней дорогу, ведущую к югу от Лугового озера?
— Да, — не сразу, угрюмо и немного резко ответил Клайд, — так истерзал и измучил его этот человек, твердо решивший затравить его, загнать в могилу.
Клайд теребил карту и притворялся, будто разглядывает ее, как ему было велено, но увидел только то, что уже видел когда-то давно в Ликурге, перед самым своим отъездом в Фонду для встречи с Робертой. И вот теперь этим пользуются против него.
— Как же она проходит, эта дорога, скажите, пожалуйста? Будьте так любезны, скажите господам присяжным, откуда и куда она ведет?
И Клайд, издерганный, запуганный, чувствуя слабость во всем теле, ответил:
— От Лугового озера к Бухте Третьей мили.
— А что там по соседству, мимо каких мест она проходит?
— Мимо Ружейной. И все.
— А как насчет озера Большой Выпи? Разве дорога не проходит близко от его южной части?
— Да, сэр, проходит.
— Вы когда-нибудь видели или изучали эту карту, прежде чем поехали из Утики на Луговое озеро? — возбужденно и энергично добивался Мейсон.
— Нет, сэр, никогда.
— И не знали, что там есть эта дорога?
— Ну, может быть, я и видел ее, — ответил Клайд, — но если и видел, так не обратил на нее внимания.
— И уж, конечно, вы ни в коем случае не могли видеть и изучать этот справочник и эту дорогу до отъезда из Утики?
— Нет, сэр. Я его прежде никогда не видел.
— Понятно. Вы в этом совершенно уверены?
— Да, сэр, совершенно уверен.
— Ну так, помня свою торжественную присягу, которую вы столь глубоко чтите, объясните, если можете, мне или господам присяжным, откуда на этом путеводителе взялся штамп: "Привет из Ликурга — отель "Ликург", штат Нью-Йорк"?
И, закрыв брошюрку, Мейсон показал Клайду сзади на обложке, среди остального красного шрифта, слабо оттиснутый красный штамп. А Клайд, впервые заметив штамп, в оцепенении уставился на него. Неестественно бледное лицо его снова посерело, тонкие пальцы судорожно сжимались и разжимались, красные, опухшие, усталые веки то и дело мигали, словно он ждал, не исчезнет ли возникшая перед его глазами проклятая неопровержимая улика.
— Не знаю, — упавшим голосом сказал он, помолчав. — Он, наверно, каким-то образом попал в киоск гостиницы "Ренфру".
— Вот как? А если я приведу двоих свидетелей, которые покажут под присягой, что третьего июля — за три дня до вашего отъезда из Ликурга в Фонду — они видели, как вы зашли в отель "Ликург" и взяли там четыре или пять путеводителей? Тогда вы тоже станете повторять, что он, наверно, каким-то образом попал в киоск гостиницы "Ренфру" шестого июля?
Мейсон замолчал и торжествующе посмотрел вокруг, словно хотел сказать: "Ну-ка, что ты на это ответишь!" И Клайд, потрясенный, помертвевший, задохнувшийся, добрую четверть минуты собирался с силами, прежде чем сумел настолько овладеть своими нервами и голосом, чтобы ответить.
— Да, наверно, так. Я не доставал его в Ликурге.
— Очень хорошо. Но пока дадим этим джентльменам взглянуть на него. — И Мейсон передал путеводитель старшине присяжных, а тот, в свою очередь, передал брошюрку своему соседу, и она стала переходить от присяжного к присяжному. А по всему залу суда тем временем поднялся взволнованный шепот и гул голосов.
И когда все присяжные осмотрели путеводитель, — к большому удивлению публики, ждавшей новых и новых непрерывных атак и разоблачений, — Мейсон заявил:
— Народ закончил.
И сразу же многие в зале суда стали шептать друг другу: "Попался! Попался!" Судья Оберуолцер тотчас объявил, что, ввиду позднего времени, а также принимая во внимание предстоящий допрос ряда дополнительных свидетелей со стороны защиты и нескольких со стороны обвинения, он считает разумным на сегодня закончить работу суда. И Белнеп и Мейсон с радостью согласились. Публику не выпускали из зала, пока Клайда не провели через площадь в тюрьму, в его камеру. Под охраной Сиссела и Краута он вышел через ту самую дверь и спустился по той самой лестнице, которые много дней назад были замечены им и навели его на размышления… Когда Клайда увели, Белнеп и Джефсон посмотрели друг на друга, но не обменялись ни словом, пока не укрылись в своей надежно запертой конторе.