Цветочек. История о заигравшемся лицедее. Том 1 - Екатерина Гичко

Её сюда наагалей пригнал? Он же не станет отдавать женщину в качестве корма для своего зверя? Или инстинкты это допускают?

Дейна прикусила губу, пристально следя за зверем.

В окно подул ветер, и занавески раздулись парусом. Кошка подскочила и яростно на них зарычала, полоснула лапой, но гибкое полотно ускользнуло от когтей, и начала крутиться на месте. От рыков уши заложило.

— Дейна, ты как? — раздался за дверью обеспокоенный голос Оршоша.

А внутрь заглянуть не решился!

— Спать собираюсь, — с досадой отозвалась женщина.

Одно хорошо. В такой компании на дурные мысли отвлекаться не хочется.

Кошка пометалась и, принюхавшись, начала подбираться к постели. Того гляди бросится. Подкравшись почти вплотную, она страшно ощерилась, сморщила нос, раззявила пасть и напружинила лапы. Тёмные, она ведь и рядом с наагалеем себя так ведёт. Очень напоминало поведение зверя, когда тот сильно напуган, но пытается быть грозным.

— Боишься? — тихо спросила Дейна.

Кошка ощерилась ещё сильнее и повернула в её сторону уши.

Шширар говорил, что у неё плохое зрение. Может, её пугают мечущиеся туда-сюда непонятные пятна? Сколько ей лет? Не привыкла? Может, у неё ещё какие-то проблемы?

Дейна осторожно вытянула перед собой руку, к носу зверя, и зажмурилась. Полагалось смотреть животному в глаза, но кошка всё равно бы не смогла оценить зрительный контакт. Рык усилился, ладонь обдало горячее влажное дыхание, пальцы коснулись большого носа, и зверь с рыком отпрянул. И опять подался вперёд. Большой влажный нос сильнее толкнулся в руку, и Дейна поразилась сильнейшей дрожи, которая прошибала тело кошки.

Похоже, та просто трусиха.

Кошка опёрлась передними лапами на постель и потянулась башкой к лицу Дейны. Та позволила себя обнюхать, а сама в это время в ночном сумраке попыталась рассмотреть кошечку получше. Очень холёный зверь. Шерсть вычищена, когти, видимо, ломались, но их подпилили, чтобы зазубрины не цеплялись за что попало, от ушей пахло мылом, а клыки прям белые. Видно, что зверь очень домашний. Может, домашнюю кошечку обижают более здоровые сородичи? Звери редко бывают добры к увечным. И поэтому она так боится и защищается как может.

Дейна медленно стянула шарф с шеи и переместила ладонь с носа выше, между глаз кошки. Почесала надбровные дуги, пригладила шерсть между ушами.

— Какая ты красивая, — тихо, очень ровно и, главное, спокойно тянула женщина. — Сейчас мы прикроем глазки, уберём это раздражающее мельтешение…

Она плавно натянула на морду зверя расправленный шарф. Кошка дёрнулась, замотала было головой, но Дейна ласково перебрала пальцами за ушами, и она всё же замерла. Но зарычала так, что у женщины сердце ёкнуло.

— Теперь слушай и нюхай, — зверь её, конечно, не понимал, что важно было говорить хоть что-то. Для успокоения себя и кошки. — Не отвлекайся на бесполезные пятна, запоминай, как ходят… ползают за дверью, нюхай… Чуешь? Шиповник пахнет.

Кошка поняла, что обижать её вроде не собираются, и осторожно положила башку на грудь Дейны. У той дыхание перехватило от неожиданности. Полежав, ещё немного кошка замурлыкала, из горла полилось тоже рычание, но смягчённое и более ритмичное. Кошачья песня проняла Дейну до глубины души.

— Дейна, — вдруг раздался приглушённый шёпот… из-под кровати.

Кошка встрепенулась и зарычала. Повисло озадаченное молчание.

— Дейна? Ты жива?

Кошка опять зарычала. Дейна мстительно молчала.

— Кто там? — в голосе Шерра зазвучала откровенная паника. — Дейна, ответь мне! Тебя сожрали? Жрут?

— Доедают, — не выдержала сестра. — Как ты туда забрался?

Кошка попыталась нырнуть под кровать, но страх за брата заставил Дейну забыть страх перед зверем, и она потянула её за шерсть назад.

— У тебя тут ход, я приоткрыл щёлочку.

Женщина с облегчением отпустила кошку, и та начала с шумом обнюхивать пол, башка под кровать не пролезла.

— Кто у тебя там?

— Кошка наагалея.

— Тёмные… — расстроился брат.

После смерти его перестали любить кошки. Похоже, чуяли, что он не совсем обычный.

— Поговорить надо.

— За мной следят, — отозвалась Дейна.

— Очень надо, — настаивал брат.

— Я не смогу уйти из-за кошки, — уже раздражённо прошипела сестра. — Боюсь, следом потащится и сожрёт тебя.

— Ты вчера со своими змеехвостыми приятелями какого-то Ляхая трясла.

Женщина заинтересованно прижалась к перине.

— И?

— Он глава тех бандитов, что сожгли наше имение, и папенька его прошлой ночью нашёл и порешил. Отец в городе, Дейна! — яростно зашипел Шерр. — А ещё твой наагалей в компании своих подчинённых в город утопал. На ножках!

Десятки ярких эмоций схлестнулись внутри, и Дейна, закусив губу, уставилась на дверь. Ярость — знала бы, сам бы оторвала башку этому Ляхаю, — злость на отца, который посмел явиться в город, мстительное ликование оттого, что один из убийц мёртв, растерянность, досада, раздражение и… Ну куда наагалея опять собрался?

От прежнего уныния не осталось и следа. В крови бурлил азарт, душа взбодрилась, проснулась прежняя уверенность, и Дейна подумала о своих привилегиях, долге и обязанностях.

— Подожди, — прошептала она брату, — сейчас для кошки поводок найду.

Глава XL. Просить о помощи нестыдно

В сундуке Дейна отрыла три вязаных шарфа и два ремня, но мастерить из них узду для порыкивающей и ходящей следом кошки не торопилась. Сделала только нормальную повязку на глаза, которую зверь тотчас попытался сбросить