Корни гор - Дворецкая Елизавета Алексеевна
![Корни гор - Дворецкая Елизавета Алексеевна](https://cdn.rusbook.su/s20/3/3/5/6/8/3/335683.jpg)
- Категория: Фантастика и фэнтези / Историческое фэнтези
- Название: Корни гор
- Автор: Дворецкая Елизавета Алексеевна
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Елизавета Дворецкая
Корни гор. Книга вторая. Битва Чудовищ
Краткое изложение предшествующих событий
Гельд по прозвищу Подкидыш, молодой удачливый торговец, оказался на Остром мысу одновременно с фьялленландским ярлом Асвальдом Сутулым, собирающим с квиттов дань. Вместе с ним Гельд побывал в Медном Лесу и там виделся с ведьмой Хёрдис. Возвращаясь домой, Асвальд взял с собой Гельда и еще Борглинду, молодую девушку из рода Лейрингов. Фьялленландская знать считает, что Торбранд конунг должен взять ее в жены, чтобы их дети владели Квиттингом по праву наследования.
До этого невестой Торбранда конунга считалась Эренгерда дочь Кольбейна, первая красавица Аскефьорда, но теперь она знакомится с Гельдом. Она не спешила отвечать на чувства столь незнатного человека, как Гельд, но согласилась на свидание. Свидетелем их встречи случайно оказался Орм по прозвищу Великан, и в ссоре Гельд убил его. Чтобы искупить вину, Торбранд конунг предложил Гельду отправиться в Медный Лес и раздобыть там железа, так необходимого фьяллям для ведения их долгой войны за Квиттинг.
В Медном Лесу Гельд приехал в усадьбу Нагорье, где живет Далла, вдова последнего квиттинского конунга Стюрмира. Ей служит Кар, злобный и бездарный колдун, которому колдовство удается только при помощи чудесного огнива, когда-то принадлежавшего ведьме Хёрдис, но оказавшегося у Даллы.
А Хёрдис жаждет вернуть свой амулет и посылает в Нагорье своего помощника, волка-оборотня по имени Жадный…
Глава 1
Однажды утром хозяйку Нагорья вызвали во двор.
– Там пришел какой-то бродяга, – доложила служанка. – Просит поговорить с хозяйкой. Говорит, работы хочет…
– Работы? – Далла подняла тонкие брови. – Какой работы? Сейчас не весна, мне работники не нужны. Пусть Кар посмотрит.
– Он просит хозяйку. Говорит, на всякую работу согласен.
– Ну, хорошо. – Далла поднялась с места и сделала знак подать ей накидку. – Посмотрим, что там за чучело явилось… Такая скука!
Она жалобно посмотрела на Гельда. Он радостно улыбнулся в ответ. С той памятной ночи гадания он почти не отходил от хозяйки, и даже вечером ей стоило больших трудов прогнать его в гостевой дом: он просил позволения лечь на пол возле ее лежанки и охранять от дурных снов. Гельд не упускал случая сесть поближе к ней, прикоснуться к ее руке, осыпал ее похвалами. Все это делалось весело и как бы шутя, так что даже самая надменная вдова не смогла бы упрекнуть его в неучтивости или дерзости. Это было похоже на игру, и Далла, так долго прожившая в глуши, отдавалась этой игре с детским увлечением и женским пылом.
Вот и сейчас Гельд стремительно вскочил, выхватил из рук Фрегны накидку и сам подал ее хозяйке.
– Позволь, я поправлю, – тихо шепнул он, когда Далла натянула накидку.
Его руки скользнули по ее плечам, как бы оправляя мех; Далла сделала большие глаза, будто дивясь его смелости, и отошла, но только когда он уже убрал руки. Служанки с мучительным усилием старались сохранить невозмутимые лица, но кривились и фыркали в рукава, едва лишь хозяйка отворачивалась.
Конечно, Гельд увязался за Даллой во двор. Перед дверями хозяйского дома стоял бродяга – рослый, сильный по виду мужчина средних лет, с грубоватым лицом и жесткими темными волосами, с густой щетиной на щеках и подбородке. Одет он был в простую грубую рубаху, кожаные штаны и накидку из волчьего меха. За спиной у него висел тощий мешок, а в руках он держал здоровенную толстую палку, служившую, как видно, посохом.
– Ну, что тебе надо? – спросила Далла, окинув его небрежным взглядом. – Кто ты такой?
– Ты – хозяйка? – низким, медленным голосом отозвался бродяга. Его зеленоватые глаза внимательно осмотрели нарядную Даллу и мельком зацепили Гельда возле нее.
– Я, разумеется. Другой хозяйки тут не бывало. Чего тебе нужно?
– Меня звать Ульв сын Ульва. Я оттуда. – Бродяга показал концом своего посоха на север. – Ищу какой работы. Может, тебе пастух нужен? Я со скотиной хорошо управляюсь.
Из своей каморки вышел Кар и остановился поодаль, разглядывая пришельца. Держась за пояс, он недовольно хмурился, заранее готовясь отказать.
– Пастух мне нужен! – несколько живее отозвалась Далла. – Только у нас пасти скотину не так легко. У нас тут много волков и еще троллей.
Ульв сын Ульва насмешливо хмыкнул, в темной бороде блеснули отличные белые зубы.
– Вот уж чем меня не напугать. Дайте мне любого тролля, я его живо… – Он показал верхний конец своей палки, куда был врезан черный железный шар, и сделал несколько быстрых ловких движений. Было видно, что он отлично умеет драться с помощью этой палки, не хуже, чем иной знатный ярл мечом. – А уж с волками я… Мои тезки меня слушаются.[1] Я знаю волчьи заклятья. Хочешь послушать?
– Нет, нет! – Далла махнула рукой.
Она не знала, на что решиться. Ульв сын Ульва говорил неловко, как человек, больше привыкший жить один, но в то же время не выглядел тупым. Его спокойствие дышало уверенной и диковатой силой. Впечатление от него было двойственное: он казался человеком вполне надежным и притом внушал смутную тревогу.
– Что-то мне не нравится это парень, – серьезно шепнул Далле Гельд. Он не сводил глаз с Ульва и готов был поклясться, что при этих словах ухо у того дрогнуло. – Какой-то он странный.
– Послушай, а ты не беглый раб? – строго спросила Далла.
– Нет, – уверенно ответил Ульв. – Была у меня, правда, хозяйка, так она меня сама отпустила, и проводила, и одежды дала, и припаса на дорогу. – Он тряхнул плечом, за которым висел дорожный мешок. – Клянусь башмаком Видара!
– А ты не объявлен ли где-нибудь вне закона? – спросил Гельд. – Вид у тебя решительный, и я не удивлюсь, если ты своей палкой умеешь бить не только волков.
– Я не вне закона. – Ульв посмотрел на него, и Гельду стало не по себе.
В зеленоватых глазах не было неприязни и угрозы, но было что-то настолько чуждое, что Гельд невольно поднял руку и коснулся груди, там, где прятался его надежный щит – руна «торн».
– Мы не можем платить тебе много, – подал голос Кар. – Еда, одежда. Если всех овец убережешь, десять пеннингов весной…
Ульв махнул рукой:
– Какие-такие пеннинги? Не знаю я никаких пеннингов. Если овец уберегу, одна овца весной моя. Идет?
– Ты думаешь его взять? – Гельд бросил на Даллу предостерегающий взгляд. – Ты очень смелая женщина. Не всякий решится. Я бы на свой корабль такого удальца не взял, даже если бы мне самому пришлось сидеть на весле от зари до зари.
– Нам нужен хороший пастух, – нерешительно пробормотала Далла. – А он – как зверь, корми его, и он будет служить. Надежные люди так редко встречаются… Мы только за месяц потеряли четырех овец. Если так будет дальше, к весне останемся нищими…
– Я думаю, это человек подходящий, – весомо произнес Кар и метнул враждебный взгляд на Гельда. – Если кто любит сидеть у очага с женщинами и болтать языком, ему можно привередничать. А если кто должен отвечать за хозяйство, то приходится выбирать людей, которые способны делать дело. Я думаю, этого человека стоит нанять.
Гельд пожал плечами и сделал шаг назад: дескать, вы хозяева, вам и решать. Кар напрасно опасался, что барландец собирается вытеснить его из усадьбы и стать управителем Нагорья. Еще не прошло и месяца с тех пор, как Гельд сюда прибыл, а он уже с нетерпением мечтал о весне, которая освободит его из «долины свартальвов». Ему было здесь тревожно и тоскливо.
Далла бросила взгляд на Гельда, убедилась, что он больше не возражает, и повернулась к Ульву.
– Хорошо, я тебя нанимаю, – милостиво произнесла она. – У нас овцы сейчас на горном пастбище. Я хочу, чтобы ты попытал счастья на Горбатой горе – там овец пропадает больше всего. Кар выделит тебе отдельное стадо. Проводите его кто-нибудь и соберите еды. – Она махнула рукой челяди.