Голос крови - Нина Еперина

– Я предлагаю всем освободить камеру и пройти в кабинет Генриха Степановича, а я, пожалуй, останусь здесь с Юлей и Леночкой. Согласны? Все равно видеокамеры все пишут, и вы ничего не пропустите, наблюдая на большом компьютере в кабинете.

Все с явным удовольствием стали уходить за дверь. Уже через несколько минут в камере никого не осталось, только Таня, Лена и лаборантка Юля.

– Привет! Вы меня слышите? – спросила Таня, пододвигая к рептилии стул и показывая девочкам, чтобы они сделали то же самое. – Вы говорите по-русски?

Рептилия повернула голову в сторону Тани, и молча стала ее рассматривать.

– Вы меня слышите или нет? – повторила Таня свой вопрос.

Она тоже стала рассматривать то, что лежало перед ней. Пожилая женщина лет около семидесяти со светлыми, седыми волосами, явно окрашенными и завитыми химическим путем. Внешность ее была достаточно интеллигентной. Голубыми глазами она вопросительно смотрела на Таню. Лицо было худощавым, с аккуратным носиком и ротиком, явно или подкрашенными губами или с искусственным тату, который стал сейчас моден на западе. Таня поняла, что эта мадам проживала или в европейской стране, или в центре всех рептилий, в Америке.

– Лена. По-моему она не говорит по-русски. Давай ты с ней разговаривай. Может она на английскую речь откликнется. Судя по тату на губах и на глазах, дама вела достаточно светский образ жизни.

– Я вас понимаю. – вдруг ответила дама. – Мы знаем все земные языки. Судя по всему, вы в курсе кто я. Поэтому задавайте свои вопросы. Они меня тоже очень интересуют. Необходимо выяснить, для чего я вам нужна, поэтому не было необходимости транс мутироваться. Я могу вернуть мой настоящий облик, если вы будете настаивать.

– Если возможно, нам бы лучше в привычном для нас виде общаться с вами. – попросила Таня. – Вначале нужно решить насущные вопросы. Вы голодны? Если да, то, что вы сейчас сможете употреблять?

– Да. Я сейчас действительно очень голодна, но вначале пить. Наверное, у меня обезвоживание в результате кровопотери.

– Юлечка, быстро за водой. Вы врач? – удивилась Таня. – Вы так хорошо понимаете состояние своего организма.

– Да! Я врач. Врач, как у вас это называется, широкого профиля. У нас нет различий специалистов по профессиям. Знания являются общими. Они попадают в наш мозг во время обучения в школах. Правда, школы у нас несколько другие. Поэтому специализации нет, есть только направления обучения.

Юля принесла медицинскую поилку и стала поить лежачую рептилию. Когда она напилась, Таня продолжила:

– Вас как-то зовут? Как мы должны к вам обращаться?

– Зовите меня Светлана. Это одно из наших общих земных имен, чтобы не путаться. Я знаю вашу знакомую Светлану и все, что между вами произошло, включая ваш побег. Поэтому первичную информацию о нашей популяции и наших планах вы уже имеете.

– Да, уж. Имеем. На вы здесь совсем не для того, чтобы мы вас, как подопытных кроликов, изучали. Вы здесь для того, чтобы мы поняли способы борьбы с вами.

– Вы хотите нас победить?

– Мы хотим вас, извините, попросить покинуть нашу планету.

– Но она такая же ваша, как и наша. Мы присутствуем на Земле многие миллионы лет, столько же, сколько и ваша белая раса. Мы имеем полное право проживать здесь!

– И употреблять нас в качестве пищи?

– Да. Ваши предки изначально прекрасно знали об этом и даже разрешили нам не только создать для своего питания гибриды, но и согласились на десять-пятнадцать процентов человеческого материала для нашего питания.

– И в какой же это космической декларации прописаны такие условия? – Таня даже побелела от злости.

– Во все космической.

– Ага. Поэтому вы так боитесь начала эпохи Водолея? Боитесь, что наши Отцы и Деды прибудут на планету и тогда будет ясно и понятно с вашим голым враньем, и с тем, что там записано, в этой все космической декларации?! Вы собираетесь в самом начале Дня Сварога устроить нам геноцид с сокращением населения всей Земли?

– Это так. Мы заранее хотим освободить Землю от вашей цивилизации, которая ее испортила и загадила! – так называемая Света смотрела на Таню и Лену очень зло.

«Как хорошо, что мы ее привязали. – подумала Таня. – Она от злости могла запросто нас покусать».

– По-моему, этот разговор не конструктивный и бесполезный. Сейчас вас Юля покормит, но не сырым мясом из человечины и не кровушкой свежей вы будете запивать, а нормальной человеческой пищей, а потом переговоры с вами будет проводить наше руководство, имеющее право на это от лица нашей нации и расы. А я могу вам сказать следующее. Вы в очень плохом физическом состоянии. У вас прогрессирующий рак, во всяком случае, у той вашей половины, которая человеческая. У вас развивающаяся дистрофия и анемия. Так что единственное, что я могу для вас сделать, это попробовать вас подлечить. Если вы сами этого хотите. До свидания. Кстати. Мы блокировали любые возможности передачи информации вашим собратьям через вашу энергетику и кровь. Даже не пытайтесь.

Таня и Лена встали и под злой взгляд «Светы» вышли из лаборатории и отправились в кабинет к Генриху Степановичу.

Таня по дороге кипела и бурлила. Ее било изнутри мелкой дрожью и наконец она не выдержала.

– Нет! Ты посмотри, сволочи какие! Они имеют право нас есть! Это же надо такое придумать! Твари! А я еще хотела помочь ей и попробовать подлечить!

На последней фразе они вошли в кабинет.

– Нет! Как вам это нравится? А? – сказала Таня сразу всем загрустившим мужчинам. – А вы мне не до конца верили! Вот их настоящая подлая сущность! Есть, оказывается, они нас имеют право! Слыхали, какой ужас! Сокращать они нас будут! – Таня никак не могла остановиться.

– Успокойся. Мы все видели и слышали. – Вадим подошел и обнял Таню за плечи. – Тебе нельзя волноваться. Вообще! Ты нам лучше расскажи, что за раствор ты ей ввела, перед тем, как уехал Марк Семенович.

– Ах, он еще и Марк Семенович? А я-то думаю, почему он так кричал! Это он своих защищал! Думал, если генерал, то можно запросто к нам на разведку проникнуть. Может, поэтому и хотел ее увезти. Для спасения. Понятно. Это его счастье, что он не остался, а то бы попал мне сейчас под руку, живым бы я его не выпустила, уж поцарапала бы ему рожу сто процентов! – Таня никак не хотела успокоиться. – Вам интересно, какой раствор я ей ввела? Я ей укол всадила от души! Это раствор крови моего сына из пуповины плюс наш перфоран, заменитель крови, плюс жидкий свинец.

– И что это нам в результате дает? А? Расшифруйте. Мы не понимаем. – сказал молодой генерал Илья, как уже выяснилось, Петрович.

– В данное время я жду ребенка. Срок небольшой. Первое. У меня резус отрицательная кровь второй группы, вам это о чем-нибудь говорит? Не говорит. Понятно. Рассказываю. Мои предки инопланетяне в самом первом заселении. Они имели другой состав крови и попытались адаптироваться на планете с помощью гибридизации местного генофонда аборигенов. Опыт не удался. С тех пор кровь аборигенов борется к кровью пришельцев выделяя антитела. То есть мой сын пытается, как бы победить мою минусовую кровь, своей плюсовой. Второе. Перфоран это кровезаменитель, созданный не без прямого участия Генриха Степановича и лично меня в наших лабораториях. Данное лекарство сегодня применяется во всех клиниках и больницах России и за рубежом. Основное его предназначение это доставка кислорода во все органы человека, при этом он подходит для всех видов крови. А так же используется после тяжелых операция, при лечении почек, цирроза печени, белокровия, рака и даже для лечения СПИДа. То есть практически везде! Третье. Свинец в капельно-жидком виде является для рептилий и всех хладнокровных тварей самым настоящим ядом. Данная смесь способна замедленно убивать рептилий так, чтобы это было не заметно, но эффективно. Если в пункты переливания крови мы начнем поставлять данные растворы и добавлять в человеческую кровь, то возможно мы подорвем их популяцию изнутри, потому что наша, человеческая кровь на самом деле почти вся идет в подземелья на питание рептилий и кощеев.

– Мы читали об этом в ваших докладах. Мы в курсе.

– Это один путь. Есть и второй путь. Это сама кровь! – продолжала Таня. – Великая тайна всех рас и народов. Не все крови могут быть совместимы. Некоторые так откровенно не подходят друг другу, что вызывают резонанс в крови и могут даже уничтожить своего носителя. То есть побежденного в этой схватке из любой семейной человеческой пары. Дальше! Разрабатывая наш перфоран, мы замещали атом фтора кислородом и таким образом перфоран нес в себе функции человеческой крови. Рептилоидная кровь имеет внутри себя лимфоциты и лейкоциты с одним ядром, с двумя ядрами и вообще без ядер. Если мы будем замещать ядра в их лимфоцитах совсем другими ядрами и кроме этого не совмещаемыми друг с другом, то внутри самой крови начнут проходить реакции резонанса. И потом! Гемоцианин есть дыхательный пигмент в крови всех хладнокровных. Не содержит железа, но содержит медь. Именно от него кровь окрашена в такие сине-зеленые тона. Гемоцианин имеет просто огромную молекулу белка. Мономер белка – октаэдр, состоящий из шести субъединиц! То есть мы можем подселять в молекулу пять разных единиц резонансных ядер и представьте себе, какой будет эффект! Ядерный взрыв при таком огромном размере белка. Так что есть у нас, чем с ними побороться!