Когда он отпустил меня, я едва не споткнулась, шагнув вперед. Обуви не было, ступням и так досталось, пока я бегала по карнавалу. Однако адреналин бурлил в венах, заставляя забыть о боли.

— В любом случае, — пророкотал он, отступив на шаг, — ты побежишь, а я буду догонять. От тебя зависит только наш маршрут, крольчонок, — вновь вытащив нож, мужчина рыкнул: — Я дам тебе фору. В твоих интересах ею воспользоваться.

Я больше ни о чем не думала. Тело само отреагировало.

Я кинулась в лес, слой опавших листьев смягчал бег. Но когда меня начал пробирать холод, я почувствовала, как каждый шаг отдавался в ступнях болью.

Я проносилась мимо густой листвы, подныривала под ветки. Несколько раз даже задела их, и они отхлестали меня по рукам и шее. Один раз больно ударили по щекам. В волосах теперь запутались листья, а кроличьи уши, чудом оставшиеся на голове, несколько раз сносило назад и набок, когда я недостаточно низко пригибалась.

Но это меня не волновало. Я оставалась сосредоточенной, смотрела только вперед и молилась, чтобы мне удалось избавиться от мужчины в маске-черепе. И все же при мысли о нем меня охватывало возбуждение, ведь я знала, что он обязательно выследит меня.

Я сумасшедшая. Похоже, совсем невменяемая. И правда, насколько упорно я пыталась добиться помощи?

«Не слишком».

Даже посреди толпы я позволяла ему творить со мной все эти вещи, которые прежде и представить не могла.

До ушей не доносилось ничего, кроме моего же учащенного дыхания и топота ног по земле. Я понятия не имела, бросился ли он следом или все еще выжидал, даря мне преимущество.

Именно этого маньяк и хотел… острых ощущений от охоты.

Сердце бешено забилось, по телу словно пробежал электрический ток. Услышав хруст ветки позади, я оглянулась через плечо, но в лесу было слишком темно, чтобы что-то разглядеть.

«Беги быстрее».

Когда снова посмотрела вперед, спустя миг ударилась пальцами ног о камень. Вскрикнув, упала на четвереньки. Коснувшийся меня порыв ветра заставил остро ощутить, что моя киска и задница были полностью открыты лесу — и всем обитавшим тут монстрам. Смущение и постыдное возбуждение разогрели тело, отвлекая от боли в ноге. На босых ступнях не было живого места, но я все равно оперлась о землю и выпрямилась. Грязь забилась под ногти. Наплевав на все это, вновь побежала.

Я дрожала, пальцы болели после падения, ступни ныли от каждого соприкосновения с твердой и безжалостной землей. Порезы на внутренней стороне бедер уже покрылись испариной, поднывая от того, как ноги терлись друг о друга от стремительных движений.

Позади снова хрустнула ветка. И еще раз. Теперь я задыхалась, всхлипывала и кричала, хоть и знала, что никто меня не услышит. Наш город располагался по другую сторону лесополосы, которую я пыталась преодолеть, спасаясь от сумасшедшего маньяка. Густые кроны деревьев заслоняли лунный свет, а слезы мешали увидеть перед собой хоть какую-то дорогу.

Я побежала налево, обогнула несколько деревьев и метнулась вправо. Но в какую бы сторону я ни бежала, все равно слышала приближение психа.

Внезапно я почувствовала, как что-то коснулось моей шеи сзади. Вскрикнула громче прежнего, но быстрее бежать просто не могла. Тело ослабело, ноги ныли, а ступни пронзало болью. Однако я продолжала бег, даже понимая, что спасаться поздно.

Он уже шел по пятам. Я почти попалась.

Когда сзади меня дернули за юбку, я на миг растерялась, но потом поняла, что произошло.

Низко зарычав, он сорвал юбку с такой легкостью, словно это тонкая папирусная бумага. Теперь я полностью обнажена ниже пояса. До ушей донесся его смешок.

— Беги, крольчонок. Беги от меня, — он шлепнул меня по заднице, и я всхлипнула. Пробираясь через ветки, я надеялась, что они ударят его по лицу. — Я трахну тебя на этой грязной земле, ты всего лишь моя личная игрушка.

Острие ножа, коснувшееся ягодицы, заставило поперхнуться воздухом. Вот только киска оставалась влажной — непристойная демонстрация того, насколько я облажалась. В следующий миг мужчина врезался в меня и повалил. Даже не подумав смягчать мое падение, он приземлился поверх моей спины, вдавив в землю и полностью укрыв собой. Рассмеявшись, он приставил лезвие к моей шее, заставив меня замереть.

А потом он вдруг поднялся, лезвие исчезло так быстро, как и появилось. Я с трудом поднялась на ноги, чтобы встать к нему лицом. Шагнув назад, поняла, что врезалась в огромное дерево. Нужно было бежать, но я слишком устала. Поэтому только завела руки за спину и вжалась в кору.

Собравшись со всеми силами, какие у меня еще оставались, я с изумлением принялась наблюдать, как мужчина высвобождал свой гигантский член, расстегнув на джинсах пуговицу и молнию. Головка оказалась толстой и устрашающей, потому я закачала головой.

— Нет, не хочу.

— Лгунья, — только и отозвался он, снова доставая нож. На это раз он провел лезвием по своей же ладони.

Я потрясенно ахнула, когда кровь заиграла при лунном свете, но в остальном она казалась совсем черной. Мужчина вытянул руку и провел по моему лицу и груди. Ему явно хотелось размазать кровь по всему моему телу. Словно помечая. Одним резким движением он разорвал мой топ, обнажив мои дрожащие холмики. Их он тоже щедро измазал, не оставив без внимания. Соски болезненно затвердели.

— Черт, да у тебя идеальные сиськи. Мне хочется кусать эти маленькие вершины, пока они не начнут кровоточить. Совсем как моя ладонь, — пригрозил он, но по тону больше походило на похвалу, пусть он и продолжал обмазывать меня кровью. Все, что мне оставалось делать — смотреть с нотками ужаса и болезненного удовольствия.

Когда он отступил, я уставилась на его тело. Такое большое и твердое. Он сложен как полузащитник, готовый воспламенить кого угодно. На моих глазах он обвил пальцами свой член порезанной рукой и смазал его кровью.

— Ты вся течешь, более чем достаточно, чтобы полностью принять меня, моя хорошая маленькая шлюшка. Крольчонок, я удостоверюсь, чтобы внутри тебя оказалось все, что могу тебе дать.

Все еще удерживая член, он стремительно двинулся вперед, да так, что я не успела среагировать. Крепко обхватив мою шею, мужчина оторвал меня от дерева и повалил на землю.

Мы оба тяжело дышали, как сумасшедшие, когда он накрыл меня своим телом и лежал так добрую минуту, его вес буквально вдавливал меня в землю. Его мышцы ощущались очень напряженными, а окровавленный член уперся мне прямо между ягодиц.

— Попроси меня остановиться. Умоляй меня снова, — его голос казался приглушенным из-за маски, но, словно желая удостовериться, что я хорошо его слышала, он тут же немного сдвинул ее.

Краем глаза заметила, как луч лунного света, пробившегося сквозь деревья, упал на приоткрытый рот мужчины. Я поджала губы. И так знала, чего он хотел, но отказывалась дарить ему желаемое. По крайней мере, по своей воле.

Рассмеявшись, он откинулся назад, обхватив мою талию и приподняв бедра. Когда нож снова оказался у моей шеи, мне пришлось упереться в землю локтями, чтобы избежать новых порезов.

— Говори, — потребовал он, сильно шлепнув меня по заднице. По той самой царапине, что сделал на бегу.

Я выгнулась от боли.

— Нет, я не буду умолять. Не хочу.

Усмехнувшись, он убрал лезвие. Я заметила, что мужчина отложил нож в сторону и принялся снимать перчатки. Воспользовавшись случаем, я решила сбежать, но ублюдок был слишком быстр. Поймав меня за бедра, он снова прижал меня к себе. До боли.

Его руки без перчаток оказались теплыми, а мозоли чересчур грубыми для моей гладкой кожи. Зажмурившись, я задрожала, почувствовав разгорающееся желание.

— Просто, пожалуйста… прекрати, — наконец, сдалась я. Мне было не под силу это остановить. Он держал в руках всю власть. Придурок был крупнее, сильнее и собирался взять все, что захочет.

Уткнувшись лбом в грязь, я всхлипнула и зажмурилась, когда он огладил своими огромными ладонями мою задницу, внутреннюю сторону бедер, икры и, наконец, коснулся меня между ног.