Старик всегда жил в этой пещере один, но год назад, когда староста деревни принес ему хлеб и хотел уже вернуться к своим односельчанам, старик остановил его.

– Почтенный Ши, – обратился он к старосте. – Пришли ко мне сына Кривого Ли, этого смышленого мальчика. Я стал стар, мне трудно жить одному.

– Слушаюсь, Святой Старец! – Староста, ничуть не удивившись тому, что слепой старик знает всех жителей деревни по именам, почтительно склонился и вернулся в деревню. Он велел мальчику отправиться к отшельнику и верно служить ему.

С тех пор мальчик жил в пещере, приносил Учителю воду и дикий мед и слушал его рассказы – удивительные рассказы о древних людях, знавших тайну вечной жизни, о Прекрасной Императрице Сяо Линь. О Прекрасной Императрице, которая наложила на себя руки, когда увидела в зеркале первую морщину на своем лице и поняла, что вечная жизнь не значит вечная молодость.

– Она была прекрасна, Императрица Сяо Линь… – говорил старик с печальным вздохом. – Правда, Чжуан Цзы?

Зверек с шелковой пятнистой шкуркой и темными бусинками глаз выразительно смотрел на хозяина, как будто подтверждал его удивительные слова.

– Неужели вы своими глазами видели Прекрасную Императрицу? – удивленно спрашивал мальчик первое время. – Ведь с тех пор прошла тысяча лет!

– Что такое тысяча лет! – вздыхал старик. – Зима, весна, лето и осень так часто сменяют друг друга, не оставляя ничего, кроме сожаления… да, я видел Прекрасную Императрицу своими глазами – и с тех пор, как она умерла, мои глаза стали незрячими, потому что после ее смерти в мире нет больше ничего, на что стоило бы смотреть! Служи мне, мальчик, исполняй мою волю, и когда-нибудь придет время, когда я передам тебе величайшую из тайн!

Мальчик еще раз почтительно поклонился Учителю и пошел по тропинке, ведущей в его родную деревню.

За спиной у него раздался громкий сорочий стрекот – трак-так-так!

Мальчик знал, что это не сорока, что это прощается с ним любимый зверек Учителя.

Два дня пролетели в хозяйственной суете, а на третий день позвонила Лариса. Надежда так замоталась, что даже не сразу ее узнала. Лариса обещала дать Надежде семена замечательной тыквы и теперь хотела свое обещание выполнить.

– Конечно! – заорала обрадованная Надежда. – Говори скорее, куда приехать!

Они сговорились быстро, и после встречи Надежда Николаевна, получив солидный пакетик семян, в благодарность пригласила свою новую приятельницу в кафе. Лариса с увлечением выбрала пирожные – на такие мелочи, как лишний вес, она не обращала внимания, полнота ей даже шла. Когда уселись за столик в углу, выяснилось, что кроме садоводства и огородничества у дам есть только одна общая тема для беседы, это Нина и ее замужество.

– Ты Нинкиного мужа давно знаешь? – спросила Надежда, незаметно перейдя на ты.

– Да откуда? – охотно подхватила тему Лариса. – В первый раз и видела! Нина – она скрытная очень, ничего не говорила, пока замуж не вышла…

– Это точно. – Надежда вспомнила, что, проучившись с Ниной пять с половиной лет, однокурсники, и она в том числе, так и не узнали про ее знаменитую бабушку.

– Как он тебе? – поинтересовалась Лариса.

– Ну, понимаешь… – протянула Надежда, – с первого раза человека ведь не узнаешь…

– Да ладно, – усмехнулась ее новая приятельница, – чего уж тут… Мне он не понравился, какой-то… скользкий… и не то чтобы скользкий, а… тусклый… и это не то…

– В общем, что-то с ним не то… – резюмировала Надежда, – а что конкретно – понять невозможно.

– Верно! – энергично подтвердила Лариса. – С другой стороны – где Нинка лучше нашла бы? Сейчас мужики нашего возраста либо спились давно, либо от инфаркта померли, либо уж так прочно женаты, что те брачные узы никакой кувалдой не разбить!

– Здраво рассуждаешь, – согласилась Надежда.

– А те, кто ненадолго свободные остаются, – те норовят на молоденьких жениться! – продолжала Лариса. – С ними нашей Ниночке не тягаться…

Но она сама все решила, ни с кем не советовалась. Может, и правда он у нее квартиру оттягать хочет?

– Мне тоже эта мысль первой в голову пришла, – призналась Надежда, – но не все, наверно, так просто…

– Не верю я ему, врет много, – говорила Лариса, – знаешь, мы ведь пораньше пришли, Нина просила со столом помочь, так муж мой с этим Герой поговорил немножко. Ну, спросил, чем тот занимается, какой институт кончал и все такое прочее. Тот и говорит, что родился в городе Острове…

– В Псковской области? – оживилась Надежда. – Знаю…

– Ага, а потом, когда в школе учился, они переехали, не то отец был военный и его на новое место перевели, не то мать снова замуж вышла… Мы, говорит, островитяне, свое место в жизни всегда сами находили. Такой у нас характер самостоятельный. Так вот, это все вранье, никогда он в Острове не жил, потому что жители города Острова называют себя островни и никогда по-другому не скажут.

– Ты точно знаешь? – заинтересовалась Надежда.

– Точно! У меня тетка в Псковской области живет, я у нее в детстве часто гостила.

– А муж твой этому Гере, понятно, ничего не сказал…

– Ясное дело, ему зачем? – Лариса пожала плечами. – Знаешь, есть такие люди, они все время врут, даже если им от этого никакой пользы. Даже болезнь такая есть, забыла только, как называется.

Надежда подумала, что Нинин муж на такого человека не похож, у нее-то как раз создалось впечатление, что он себе на уме и точно знает, чего хочет.

– Давно она замуж вышла? – машинально спросила Надежда.

– Да нет, нам сказала примерно месяц назад… – ответила Лариса, – а сколько уж они до этого были знакомы, понятия не имею. Нина скрытная, ничего от нее не добиться, про себя всегда молчит, слова лишнего из нее не выманишь. Раньше мы особенно и не интересовались – ну, ясно же, что старая дева, а потом пытались расспрашивать, она нехотя так отвечает, ну мы и отстали…

Ну что ж, все сходится, подумала Надежда, Нина не хочет никого пускать в свою жизнь. Тогда неясно, для чего она приглашала гостей. Отметили бы день рождения вдвоем, в ресторан сводил бы ее муж…

Лариса взглянула на часы и заторопилась. Дамы сердечно простились и разбежались.

Надежда поехала навестить свою тетку. Тетка была родная и единственная, возраст давал о себе знать, так что Надежда старалась ездить к ней почаще. У метро Надежда задержалась возле овощного ларька, где купила груш и два блестящих фиолетовых баклажана, а также заскочила в крошечный магазинчик с вывеской «Кино. Музыка».

– Заходи, Надюша. – Тамара Васильевна открыла дверь и отступила в сторону. – Ты тут сама…

– Я тебе «Весну на Заречной улице» привезла… – проговорила Надежда в спину тетки, – и «Неоконченную повесть». – Но Тамара Васильевна уже покинула прихожую и исчезла в комнате, откуда доносились громкие фальшивые голоса.

Надежда покачала головой.

Тамара Васильевна, Надеждина тетка, родная сестра ее матери, была женщина во многих отношениях замечательная. Почти всю свою сознательную жизнь она проработала конструктором на крупном оборонном предприятии, прошла там большой путь от рядового конструктора до конструктора первой, самой высшей категории, замужем никогда не была, детей не имела и с полным правом могла называться железной женщиной. У нее было железное здоровье, железный характер и железные жизненные правила, которые Тамара Васильевна неукоснительно соблюдала.

Слабость у нее была только одна: Тамара Васильевна обожала старые советские фильмы. Всех советских киноактеров, от Григория Абрикосова до Юри Ярвета, она знала, как своих близких родственников, помнила их фильмографию, дни рождения и привычки, знала, кто из них держал дома собаку, а кто кошку или аквариум с рыбками, и даже внезапно разбуженная среди ночи, могла перечислить в алфавитном порядке все фильмы, снятые Григорием Козинцевым или Сергеем Герасимовым.

«Не говорите мне про современное кино! – возмущалась Тамара Васильевна. – Все эти «менты», которые ничем не отличаются от преступников, за которыми гоняются! Как они говорят! Как они одеваются! Да они вечно пьяные на работу приходят! Иногда мне кажется, что от них прямо с экрана несет перегаром! Нет, положительный герой должен быть прекрасен во всех отношениях! Это должен быть блондин с голубыми глазами и безупречными манерами! Возьмите, например, Павла Кадочникова… когда он появляется на экране, вы сразу понимаете, что перед вами – настоящий человек!»

Замечательный актер Кадочников вообще был ее большой любовью, на самом видном месте в комнате Тамары Васильевны висел его портрет в фильме «Подвиг разведчика».

Надежда тетку любила, никогда с ней не спорила и, чтобы доставить радость пожилому человеку, разыскивала и привозила ей диски и кассеты со старыми советскими фильмами.

Раздевшись и всунув ноги в гостевые тапочки, Надежда прошла в комнату. Тетка сидела в кресле перед включенным телевизором.