«Если», 2005 № 02 - Журнал «Если»

И древний утильмен улыбнулся.

— Единственное наше желание, это чтобы нас оставили в покое, — продолжал он. — Понимаете? Вам еще повезло, что мы встретились на территории нашего города. Она для нас священна, и мы убиваем здесь только тогда, когда вынуждены защищаться. А попытайся вы мне докучать в другом месте…

— Понятно, — сказал робот. — Но мы тоже небеззащитны. И если уговоры не помогают, можем применить силу.

— Силу? — древний утильмен развел руками. — О какой силе может идти речь? На что вы способны с вашим жалким оружием?

— Я о другом. Мы можем вернуться к бегемотианам и открыть им тайну вашего местонахождения.

— Почему же вы не сделали это сразу? Зачем вам надо было тащиться через пустыню?

Троица молчала.

Немного выждав, древний утильмен изрек:

— Мне кажется, теперь наступило время для раздумий. Ваших раздумий. Если придумаете нечто такое, чего мы еще не слышали, приходите.

И он исчез в пещере. Произошло это так, словно его тело было головой гигантской змеи. Вот только что с ними разговаривал человек, а потом резко дернулся и скрылся.

— Гм… — бормотал Мюсс. — Кажется, наше предприятие зашло в тупик.

— Пойду взгляну на скелеты, о которых говорила эта образина, — сообщил робот.

— Какое тебе до них дело? — спросил Вольф.

— Попробую над ними помедитировать. Попытаюсь внушить себе, что один из них принадлежит моему знакомому.

Шутить он, похоже, и не думал. По крайней мере, двинулся в указанном древним утильменом направлении.

Вольф взглянул вверх. В небе была Бутылочная Пробка. Она висела точно в зените, и это означало, что жары не будет еще часа четыре. До тех пор пока не покажется Мятый Колпак от Машины.

Вытащив из кармана пачку, Вольф оделил Мюсса предпоследней сигаретой, себе взял последнюю и, закурив, попытался подвести итоги.

Прежде всего, они выжили в пустыне, и это был весьма отрадный факт. Но их миссия, кажется, провалилась, так что радоваться нечему. Примут ли его обратно в шарагу? Сомнительно. А значит, он стал таким же перекати-полем, как Мюсс или робот.

Прескверно.

Что делать?> Можно ли найти выход из положения, когда тысячи разумных существ отыскать его не сумели?…

Бутылочная Пробка ушла с неба, и на смену ей явился Мятый Колпак от Машины. К этому времени робот уже вернулся и доложил, что древний утильмен не врал. Скелетов и в самом деле очень много. Попадаются и совсем древние.

Три авантюриста спрятались от жары в устье пещеры. Помня предупреждение, сделанное древним утильменом еще в самом начале разговора, в глубь ее они не сунулись. Все трое еще раз обсудили создавшееся положение. Мюсс заявил, что найти решение там, где до них его никто не смог обнаружить, невозможно. Нечего и думать. Через две недели они отправятся в обратный путь. Робот продержался дольше. О том, что все возможности решения проблемы исчерпаны, он заявил только после ужина. А сделав это, тотчас принялся читать одну из тысяч помещенных в его память электронных книг.

Вольф продолжал искать решение. Ему казалось, что сдаваться рано.

На следующий день он вынужден был признать, что ничего придумать не смог. Уравнение, остававшееся неизменным огромное количество лет, решения не имело. Уравнение, все элементы которого за это время остались прежними. Древние утильмены, остановившиеся в своем развитии, их город, сверхрациональные бегемотиане, возможность уговорить утильменов показаться исследователям, явившиеся за этим авантюристы. Все оставалось тем же самым.

Стоп, а все ли? Один элемент все время менялся. Авантюристы. Те, кто приходил к древним утильменам. В данном случае — их троица. Чем они отличаются от своих предшественников?

Даже не так. Чем лично он, Вольф Виноградов, отличается от предшественников? Умением мыслить? Все они умели мыслить. Наверняка среди них находились и такие, которые по части хитроумия могли дать ему сто очков вперед.

Так чем же?

Знаниями и умениями. А его знания и умения… не могут ли они пригодиться в данном случае?

— А вы, значит, их представитель? — спросил бегемотианин.

— Именно, — подтвердил Вольф. — Я дипломированный специалист по межпланетному праву. Не верите?

— Отчего, — сказал бегемотианин. — Судя по всему, так оно и есть. Но мы, конечно, проверим ваши фамилию и имя по базе дипломированных специалистов в данной области.

— А пока, позвольте, я продолжу. Как мной уже было сказано, существа, называемые древними утильменами, живут на этой планете более тысячи лет. И я могу это доказать с помощью локаций, артефактов и информационных дисков, любезно предоставленных мне на территории их города. Вы понимаете, к чему я веду?

— Вполне, — сказал бегемотианин. — Таким образом, они имеют право претендовать на статус правящей расы этой планеты. И у вас есть необходимые документы?

— Составленные по всем правилам межпланетной юриспруденции. Подписанные и заверенные десятью свидетелями иных рас. Все, как положено. Вплоть до последней закорючки.

— И они, эти официальные правители планеты, обладают всеми положенными им по статусу институтами управления?

— Даже армией.

— Армия? Откуда здесь армия? Вольф усмехнулся.

— Ее функцию приняли на себя пастухи. Они, кстати, отлично вооружены — не какими-нибудь самоделками, а настоящими бластерами.

— Бластеры? Вы шутите!

— Ничуть. И в случае чего они готовы отстаивать право на уединение, как свое, так и древних утильменов — с оружием в руках.

— Ну, думаю, что до этого не дойдет, — сказал бегемотианин.

— Мне тоже так кажется, — кивнул Вольф.

— А вы трое…

— Мы являемся представителями правителей этой планеты, и по закону вы обязаны обеспечить нашу транспортировку к планете, на которой мы сможем сообщить о вновь образовавшемся субъекте межпланетного права. Хотите, я процитирую вам пункт, в котором об этом говорится, полностью?

— Не нужно, — промолвил бегемотианин. — Я его прекрасно знаю.

— В таком случае…

Бегемотианин покрутил головой, щелкнул зубами и наконец изрек:

— Мы обособленная раса… Но мы всегда соблюдаем законы. Кроме того, считаем право на обособленность одним из первостепенных.

— Я в курсе, — сообщил Вольф.

— Хорошо, — принял решение его собеседник. — Мы вас забираем. Всех троих. Должен еще добавить, что это, скорее всего, последний наш рейс на планету-свалку. После того как она получит официальных правителей, мы здесь не появимся.

— Ваше право.

— И еще…

— Я слушаю…