Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

— Слушай, Блюбер, мистер Краски обращается к тебе, — саркастически произнёс Торн, упирая на слово «мистер».

— Ой, ой! Мне не интересно его слушать, — взмолился Блюбер.

— А напрасно, — подхватил Пеблз. — Он хотел, чтобы мы построили для него хижину этой ночью. Он даже рассказал нам, как это сделать, но сам, как истинный джентльмен, работать отказался.

— Почему я должен что-то делать, если вы, здоровые лбы, ничего делать не желаете, — возмутился Краски. — Если бы я не снабжал вас пищей, вы давно бы передохли с голоду. И вы рано или поздно станете добычей львов или умрёте от истощения, если не будете меня слушаться.

Остальные не обратили на его слова никакого внимания. В последнее время они так часто ссорились, что перестали реагировать на взаимные оскорбления.

За исключением Пеблза и Торна все они ненавидели друг друга, и вместе их удерживал лишь страх оказаться в одиночестве. Пеблз медленно спустился на землю, за ним последовал Торн, Краски и, наконец, Блюбер. Постояв немного в горестном молчании, Блюбер взглянул на свою порванную одежду.

— Майн готт! — воскликнул он, чуть не плача. — Взгляните на мой костюм.

Он стоил двадцать гиней! А сейчас за него не дадут и пенса.

— К черту ваш костюм! — воскликнул Краски. — Мы заблудились, голодаем, нам постоянно угрожают дикие звери, а, может быть, и каннибалы, Флора исчезла в джунглях, а вы стоите тут и плачетесь о своём костюме за двадцать гиней! Вы мне надоели, Блюбер! Но идёмте, мы должны двигаться.

— Куда? — спросил Торн.

— Конечно, на запад, — ответил Краски. — Там побережье, и у нас одна надежда — попытаться добраться до него.

— Но побережье не там! — закричал Пеблз.

— Как?

— Мы шли вчера весь день, и я все время чувствовал, что мы идём неправильно.

Торн взглянул на него с удивлением.

— Что ты имеешь в виду? Что неправильно?

— Это не запад, — ответил Пеблз. — Он ведёт нас неверным путём.

Пеблз кивнул в сторону русского, который стоял подбоченясь и вопросительно смотрел на остальных.

— Если вы думаете, что я выбрал неправильное направление, Пеблз, — сказал Краски, — можете поворачивать и идти, куда хотите, а я пойду в том направлении, в котором мы шли, и это правильный путь.

— Нет, неправильный, — настаивал Пеблз, — и я докажу это. Когда мы идём на запад, солнце должно быть слева. Но с тех пор, как мы идём без негров, оно ведёт себя как-то странно. Я все время чувствовал, что что-то здесь не так, а теперь понял. Это же и ежу понятно. Теперь-то мы пойдём на запад!

— Черт побери! — воскликнул Торн. — Выходит, мы шли не на запад, а он утверждал, что на запад.

— О, — простонал Блюбер. — Значит, нужно столько же пройти обратно?

Краски рассмеялся и повернулся, чтобы продолжить путь в выбранном направлении.

— Можете идти, куда вам вздумается, умники, — сказал он. — Но когда пойдёте, подумайте над тем, что вы находитесь южнее экватора, и здесь солнце всегда севернее, что не мешает ему по привычке садиться на западе.

Блюбер первым понял справедливость слов Краски.

— Пошли, ребята, — сказал он и пошёл вслед за русским.

Пеблз стоял, почесывая затылок, озадаченный неразрешимой проблемой.

Торн задумался тоже. Но вот и он повернулся и двинулся за Краски и Блюбером.

— Пошли, Джон, — позвал он Пеблза, — мне этого не понять, но, наверное, они правы. Мы идём туда, где вчера вечером садилось солнце. Значит, запад там.

Постояв ещё немного, Пеблз плюнул и побежал за Торном.

В течение нескольких часов, голодные и со стертыми ногами, пробирались они через джунгли. Не приученные к жизни в лесу, они шли наобум. В любую минуту на них могли напасть хищники или свирепые племена чернокожих, но даже самый шумный и неосмотрительный враг мог подобраться к ним, оставаясь незамеченным.

Вскоре после полудня, когда они выступили на небольшую поляну, свист стрелы, пролетевшей над самой головой Блюбера, заставил их в страхе остановиться. С криком ужаса Блюбер как подкошенный рухнул на землю. Краски вскинул ружьё и выстрелил.

— Там! — крикнул он. — За теми кустами! В этот миг другая стрела прилетела с противоположной стороны и впилась ему в руку. Пеблз и Торн, громоздкие и коренастые, принялись действовать с меньшей быстротой, чем русский, но подобно ему, не проявляя страха.

— Ложись! — приказал Краски.

Все упали в густую траву, а в этот момент на поляне появилось два десятка охотников-пигмеев, и туча стрел засвистела над затаившимися людьми, а с ближайшего дерева за всем происходящим наблюдали два серо-стальных глаза.

Блюбер лежал, закрыв лицо руками, его бесполезное ружьё валялось рядом, но Краски, Пеблз и Торн всаживали пулю за пулей в кричащих пигмеев.

Краски и Пеблз уложили из своих винтовок по одному охотнику, а остальные отступили на безопасное расстояние в джунгли. На короткое время наступило затишье. Вдруг в тишине из густой листвы ближайшего дерева раздался голос.

— Не стреляйте без моего приказа, — произнёс он по-английски, — и я спасу вас. Блюбер поднял голову.

— Только побыстрее! — воскликнул он. — Мы не будем стрелять. Спаси меня, и я дам тебе целых пять фунтов.

С дерева донёсся низкий долгий свистящий звук, и наступила тишина.

Пигмеи, удивлённые странным звуком, приостановили наступление, но вскоре, не слыша ничего подозрительного, вновь вышли из-за густого кустарника и выпустили новую тучу стрел. В этот момент с нижней ветви на землю спрыгнул белый гигант, а из джунглей выскочил огромный лев.