Огонь и ветер - Екатерина Белецкая

– Зачем?

– Хочу для начала узнать, кто такой этот Павел. Они для этого самый лучший вариант.

Оксана и Пётр квартировали на другом конце Москвы. Ит добирался до них больше двух часов: сначала ехал на метро, потом минут сорок ждал нужного автобуса, потом стоял в часовой пробке, а после пришлось почти двадцать минут бродить по району в поисках нужного дома. У социологов он оказался только к полудню.

Встретили его на удивление радушно, как старого знакомого. Оксана тут же побежала на кухню, ставить чайник, а Пётр потащил в комнату – давай, мол, по пятьдесят грамм для согрева, смотри мороз какой. Квартира у них тоже оказалась маленькая, но всё-таки получше, не на первом этаже, комната больше, санузел раздельный.

– Мы её уже пять лет снимаем, – пояснил Пётр. – От центра далеко, но нам много ездить не приходится, и машина есть, так что без проблем.

Пётр был маленького роста, упитанный, но отнюдь не толстый, с добродушным лицом, постоянно улыбающийся. Выглядел он максимум лет на тридцать (как позже выяснилось, ему было сто сорок) и за внешностью своей явно следил: сейчас, среди зимы, он щеголял лёгким загаром, прическу имел аккуратную, а ещё, как успел заметить Ит, у него были очень ухоженные руки – явный показатель того, что человек жизнью более чем доволен. Так и оказалось.

– Работать тут одно удовольствие, – рассказывал Пётр, пока Оксана на кухне колдовала над каким-то особенным «зимним чаем». – Мы сюда на десять лет контракт заключили, сейчас вот из отпуска только вернулись. Домой ездили, к детям. Платит Павел, правда, с задержками, но если на него немножко надавить, да ещё припугнуть, то всё получается просто отлично. Мы тут на горных лыжах кататься ездим, можно прямо в городе…

– Это где же? – удивился Ит.

– Нагорная, не слыхали? Великолепное место! Подъёмник, гостевые домики, ресторан, – принялся перечислять Пётр. – Ксюша, ты скоро там?

– Иду уже! – откликнулась жена.

– Ну, вот… В город выбираемся, по вечерам масса интересного – спектакли, шоу всякие, презентации. С другими группами, опять же, пересекаемся, сейчас на праздник большой выезд готовим, за город, компанией. Шашлыки, напитки, программа. Не хотите с нами?

– Не получится, – развёл руками Ит. – У нас на второе число выезд по плану.

– На второе число?! – Пётр безмерно удивился. – Пашка обнаглел. Пошлите его куда подальше, и поехали. Никуда ваша научная работа не убежит.

– Мы бы рады, но… – Ит замялся. – Понимаете, я на самом деле приехал поговорить серьёзно… у нас очень нехорошая ситуация. Нас сюда затащили обманом и шантажируют. Пётр, если хотите, можете рассказать о нашем разговоре Павлу, но…

– И не подумаю даже, – твёрдо ответил тот. – Вот ещё. Я этому козлу не то что рассказывать, я ему…

– Пётр, подождите, – попросил Ит. – Вы же ещё не знаете, о чём я. Так вот, можете рассказать, я не против. Я просто хочу понять, он что-то действительно может, или это просто слова для острастки и ничего более?

Версию их пребывания на Соде Ит, разумеется, слегка подкорректировал. Например, он умолчал о Терре-ноль, о том, что они были заложниками, о том, что работали в Официальной. Сейчас версия выглядела следующим образом.

Они не молоды, как можно видеть, у них был сын – от первого брака, – с которым они расстались уже довольно давно. Сын работает в Официальной, но где и кем именно – они не знают, потому что не общались много лет. Сидели на мели, поступило предложение работать тут. Согласились. А когда прибыли, начались угрозы: «достать» сына, если не будут работать почти задаром; смехотворная оплата; нищенский бюджет для исследований…

– Пашка?! Ну ни фига себе! Ксюша, ты слышала?!

– Слышала, слышала. – Светловолосая пышнотелая Оксана как раз накрывала на стол в комнате. – Ит, вы серьёзно?

– Куда уж серьёзнее, – Ит покачал головой. – Мы в растерянности. Мы независимая научная группа, причём находились в простое, без работы, долгое время, наша жена болела… нам вообще ни до чего было, одни проблемы, и теперь – вот так, – он с убитым видом посмотрел на Петра. Тот пожал плечами: ума не приложу, в чём дело. – Нам бы хоть понять: это пустые угрозы или нет?

– Угрозы, может, и не пустые, – осторожно начал Пётр. – Вот только Павел тут явно ни при чём. У него для этого кишка тонка.

– Но он их явно выпускать не собирается, – Оксана задумалась. – Ох, не нравится мне это всё. Ит, тут ведь работают другие рауф, может быть, вам стоит попробовать поговорить с ними? Боюсь, мы ничем помочь не сможем. Только о Павле рассказать.

– А вы сами давно работаете на Молот? – невзначай поинтересовался Ит.

– Лет двадцать пять, да, Петь? – Оксана на секунду задумалась. – Из официалки мы с тобой уволились в сто девяностом…

– Ну да, когда Светка мелкая совсем была, – поддакнул муж. – Верно. Потом пять лет сидели с ребёнком дома и перебирали варианты, куда пойти. В Официальной платили больше, но регламент, и все эти подписки бесконечные… – Он поморщился. – В общем, выбрали Молот и не прогадали. Мне кажется, вам просто не повезло. – Он сочувственно посмотрел на Ита. – А с кем у вас были переговоры?

– С некой Мариной, – Ит решил не врать. – Толстая похабная бабища с манерами потасканной вокзальной шалавы. Отвратительная баба…

– Есть тут такая, – тут же отозвалась Оксана. – Живёт не здесь, но бывает на Соде очень часто. Насколько я знаю, как раз недавно снова прилетела, как раз на праздник. На общей встрече она точно будет… Сучилища ещё та, согласна. Мы-то, понятное дело, её быстро окоротили. Ну, у нас и условия иные. Это она вас шантажировала?

– Ну, не совсем… Она нас сюда направила, но вела себя просто отвратительно.

– Она из официалки, кстати, – сообщил Пётр, и хорошо, что Ит вовремя сориентировался – это сообщение было для него как гром среди ясного неба. – Какая-то большая шишка из параллельного кластера. Странно, что она вас нанимала…

– Нанимал нас Павел, – пояснил Ит. – Она дала направление.

– Всё равно, странно. Хотя чего только в мире не бывает. Вы пейте чай, смотрите, какой вкусный! – оживилась Оксана. – Я добавляю корицу, гвоздику, мускат и апельсиновые корочки. Вот не поверите, мы оба терпеть не можем лето и жару, а зимой просто наслаждаемся. Совершенно другое ощущение от жизни. Да, Петь?

– Ага, – согласился муж. – Люблю, когда мороз за окном, и чтобы чай… эх, угораздило родиться неизлечимым романтиком, – пожаловался он. – Хотя вам, Ит, наверное, не до романтики сейчас.

– Какая там романтика, – Ит махнул рукой. – Значит, Павел точно ни при чём? Вы уверены?

– Ни при чём, – подтвердила Оксана. – Но может знать, кто «при чём». Вы поищите других рауф, возможно, у них какая-то информация есть. И постарайтесь найти деньги, чтобы сунуть капитану «Рассвета», он согласится вас отсюда вывезти.

– «Рассвет» – это яхта? – спросил Ит.

– Она самая. Тут же «стерильная зона», сюда не пропускают никого, только «Рассвет» в систему имеет право входить, – пояснил Пётр. – Эксперимент глобальный, посторонние возмущения не нужны, ни в энергетическом поле, ни в социуме. А вы чем, кстати, занимаетесь?

Этого вопроса Ит ждал и подготовить ответ успел заранее.

– Делаем карту энергетических всплесков, – объяснил он. – Есть области, в которых при смене ряда условий происходят возмущения. У Павла есть приблизительная схема, но она, как показывает практика, ошибочна. Делаем новую, уже точную. Плюс ещё геодезию на нас повесили. Так что времени совершенно ни на что нет.

– Если геодезию, то это точно Павел дурит, – задумался Пётр. – Слушайте, может, на него поднажать слегка? Оборзел мужик. То машину не пришлёт, то деньги… Ит, сколько он вам дал?

– Двадцать пять тысяч в месяц на троих.

– Чего?! – У Пётра глаза вылезли на лоб.

– Вы серьёзно?! – Оксана чуть не уронила чайник.

Ит кивнул.

– Ну и поганец. Мы по сто пятьдесят в месяц получаем, каждый, – Пётр покачал головой. – Могли бы и квартиру взять получше, но мы откладываем на золото… вывозим отсюда золото, камешки. Дома можно продать дороже, они же аутентичные, в русском стиле ко всему прочему, и…

– Петь, погоди, – попросил Оксана. – Ит, он вас просто обворовывает! Это нельзя спускать с рук!

– А если они правда что-то сделают с сыном?! – У Ита на лице появилось настоящее неподдельное отчаяние. – Да мы себе в жизни не простим!.. Какие деньги, какие разговоры, вы что! Убить же могут…

– Да не убьют они никого, – спокойно возразил Пётр. – Вы, видимо, с Официальной никогда не работали?