Огонь и ветер - Екатерина Белецкая

– Гермо, – усмехнулся Брид. – Это я шучу, конечно, но не всё же ему только тянуть лямку и ничего взамен, правда? Для гермо в таком союзе важен даже не секс, его может и не быть. Душа важна. Мы Фэба знали. И очень хорошо помним Ита молодым. Ты его не застала таким, Берта. Поверь, он действительно… может быть, он сам не поверит себе же…

– Ему это надо, – твёрдо сказал Тринадцатый. – Он вшестеро дольше вас всех таскает внутри этот камень. Он забыл, что можно быть счастливым.

– А разве не был? – прищурилась Берта.

– Был. Но не так, – упрямо повторил Брид. – А ты, чудовище, умный, а на самом деле дурак. Джесс бы поняла, о чём я говорю.

Ри промолчал. С досадой нахмурился.

– В общем, просто ставь его перед фактом, – твёрдо закончил Брид. – Пусть привыкает. Да, это нелегко, но всё равно – то, что есть, уже не изменишь.

– Когда вы вернётесь? – Тринадцатый выпустил руку Берты и перебрался на стол, чтобы сесть поближе к Ри.

– Не знаю, – понурился тот. – Нет, на самом деле не знаю. Бертик, очень нужен твой совет. Сейчас я тебе расскажу про эти… исследования, а ты скажи, что ты по этому поводу думаешь.

– Давай, – она разом посерьёзнела. – Сколько у нас на самом деле времени?

– Пара часов, не больше. До темноты.

– Рассказывай.

Провожать Ри пошли все вместе – оба Мотылька настояли на том, чтобы их взяли тоже. Катер Ри загнал в самую дальнюю часть дендрария, к склону, и сейчас они, не торопясь, брели по подсвеченной дорожке, уходя прочь от смутно белеющей в темноте стены Саприи. Мотыльки убежали вперёд – за эти дни погулять и хоть немного размяться им толком не удалось, и было интересно поглядеть, что тут и как – а Берта и Ри шли, чем дальше, тем медленнее. Берта переоделась: на ней был кардиган, очень похожий на тот, что носила агентша Сара, и свободные брюки, перехваченные на талии широким поясом. А Ри пришлось надеть те вещи, в которых он прилетел – ведь совсем скоро он вернётся, и лишние вопросы… ну совершенно ни к чему.

– Не знаю, ой и не знаю, – Берта остановилась. – Ри, понимаешь, не совпадает. Ничего и ни с чем. То, что они заставляют вас делать, по меньшей мере опасно, а уж если смотреть с логической точки зрения – вообще абсурдно.

– Да? – Ри тоже остановился, повернулся к ней. – Почему?..

– Милый мой, очнись! Подумай сам: вы прозваниваете какие-то площадки. Да ещё и со спиральной структурой, так?

– Ну да.

– Что – «ну да»?! Вы соображать разучились! Ри, дорогой… Ну ты сам подумай, что вообще имеет такую структуру! Это ведь трёхмерное образование, так?

– Чёрт… – Ри зажал себе рот ладонью. – Чёрт, мы про это даже… Но чем это может быть?

– Что вообще имеет такую структуру, кроме ДНК? Думай сам. И потом, как это выглядит на ваших схемах? Архимедова спираль, да?

– Да… – Голос у Ри сел до шёпота. – Но не везде…

– Тогда я тебе могу сказать, что они вообще n-мерные, эти образования. Господи, во что вы влезли… – Она закрыла глаза руками. – У вас же головы нормально не работают! Вы еле живые!.. Чем это всё кончится, боже мой…

– Вот ты только не плачь, – попросил Ри. – Мы всё-таки…

– Я плакать не собиралась, но мне от таких откровений дурно делается. И самое замечательное, что времени у нас с тобой совсем нет. Или… это мне тоже приходит сейчас в голову… во время исследований вы находитесь в перемычке.

– Ты имеешь в виду…

– Ну да, если брать за основу идентичную структуру спиральной галактики, то да. Это «бар». И вы в нём. И… Ри, я ничего не понимаю.

– Мы тоже ничего не понимаем, – мрачно отозвался тот. – Спасибо за то, что дала направление. Знаешь, ты хоть чем-то занималась эти годы, а я… – Он безнадёжно махнул рукой. – Прав был тот мужик, который оттуда.

– Какой мужик?

– Павел его зовут. Так вот, он прав. Про алкашню и всё прочее.

– Это вас там так… приложили? – Берта, кажется, удивилась.

– Ну да, и за дело, – отозвался Ри. – Значит, говоришь, перемычка… посчитаю. Соберём данные, и это я посчитаю.

– Ребята, бегите оттуда, – взмолилась Берта. – Пожалуйста!

– Они не пойдут, – отрицательно покачал головой Ри. – Из-за сына. Можно даже не начинать просить, бесполезно.

– Как они там?

– Нормально. Рыжий ожил, готовит, с машиной возится. Ит смурной, но когда он был не смурной? – Ри усмехнулся. – Всё неплохо. Передать им что-то?

Берта задумалась. Потом огляделась вокруг себя, нагнулась и подняла с дорожки два маленьких серых камушка. Сжала их в ладони.

– Скажи им, что я держала эти камушки в руке и говорила – о них. Что я их люблю. Что я их жду. – Голос её потеплел. – И что я очень сильно скучаю. Да, я знаю, что я в безопасности и что если вы сбежите, может погибнуть сын. И что я буду терпеть, сколько потребуется, но я очень прошу, чтобы они берегли себя. И ты тоже… брат.

– Спасибо, сестрёнка, – Ри улыбнулся. – Слушай, я тут придумал одну штуку. Связь. Катер, как я понял, пока что остаётся у меня. Не спрашивай, как я это понял; когда всё закончится, расскажу. По сути, мне его… одолжили. Так вот, мы сейчас у него попросим организовать нам эту самую связь. Когда тут… и если тут… ну, всё получится, скинь мне одно слово. Всего лишь одно слово. А ещё проще – букву.

– Пусть будет «Y». И цифра – сколько их… вернулось, – кивнула Берта. – Не отследят?

– Не должны.

– Хорошо бы… вы сумеете после этого попасть сюда, хотя бы на недолгое время? Если вам придёт это сообщение? – Берта смотрела на Ри с надеждой.

– Катер будет у нас. Да, сумеем.

– Ри, мы вас очень ждём, – Мотыльки, которые стояли рядом, синхронно кивнули. – Очень. Эрл сказал про огонь… Ну так вот. Давайте постараемся сделать так, чтобы он не погас. Все постараемся.

– Так и будет, – улыбнулся Ри. Обнял Берту, она в ответ обняла его. – Всё, что в наших силах… мы сделаем всё, что в наших силах…

Часть III

Огонь

10

Трое

Сод

На перепутье

– Ри, ты герой, – Скрипач сидел за столом, облокотившись на него грудью, и пристально смотрел на друга. – Как ты смог вообще? С ума сойти.

– Да уж, – кивнул Ит. – Действительно, можно с ума сойти…

– Что скажете? – Ри переводил требовательный взгляд с одного на другого. – Ну?

– Не знаю, что сказать, – Ит затушил окурок и тут же потянул из пачки следующую сигарету. – Правда, не знаю. Ри, не пытай меня. Это… несколько неожиданно.

– Я не мог ничего сделать, – Ри виновато развёл руками. – Она мне сунула этот бокс, и мне что – нужно было вытащить оттуда материал, и…

– Ри, не надо, – попросил Ит. Глубоко затянулся. – Правда, не надо. Это действительно не зависело от тебя, мы уже поняли. И ещё я понимаю, что это всё восторга не вызывает… у всех. У меня в том числе.

– Почему? – повернулся к нему Скрипач.

– Потому что я его, прости, хоронил несколько лет, – Ит прикрыл глаза. – Он очень долго умирал – во мне. Очень. Ты видел. И сейчас я могу, наконец, не просто думать, а даже рассуждать об этом всём: без эмоций, без срывов, без нервов. Да, он был. В моей жизни был Фэб. Тогда. Понимаете?

Оба кивнули.

– И что? – поторопил Ри.

– А то, что его в ней больше нет. И мне было чертовски трудно с этим смириться. Но я сумел.

– А сейчас… – начал Ри, но Ит тут же прервал его:

– И сейчас его тоже нет, – произнёс он твёрдо. – Скажу проще: я больше чем уверен, что из воссоздания ничего не получится. В смысле, из воссоздания Фэба. Он не вернется.

– Хм, – Скрипач почесал переносицу. – А вдруг?

– Нет, – Ит слабо улыбнулся. – Увидишь, Рыжий. Ладно, хватит об этом. Главное другое. Что удалось с Джесс и Киром. Вот это действительно хорошо.

Пару минут назад Ри показалось, что у Ита трясутся руки. Он присмотрелся – да, как же. И не думают даже. Сидит совершенно спокойно, курит. Оставь надежду, всяк сюда входящий… Ошиблись Мотыльки. Все мы ошиблись. И я в том числе. И Берта. И Рыжий.

Совершенно спокойный и уверенный Ит.

Уже чёрт-те сколько лет – спокойный и уверенный.

Только почему-то хочется его придушить…

– Да, это хорошо, – согласно кивнул Ри. – Но я бы всё-таки на твоём месте…

– Ри, ты хочешь, чтобы я сейчас «раскачался» и вышел из себя, – Ит вытащил из пачки третью подряд сигарету и прикурил от окурка предыдущей. – Пожалуйста, не надо. Не начинай. Во-первых, я не сорвусь и вразнос не пойду. Права на это не имею. Во-вторых, я склонен оценивать любую ситуацию максимально рационально и логически.