Огонь и ветер - Иар Эльтеррус

Тут было принято наряжать… окна.

В середине декабря на окно ставили специальную сборную арку, которую богато украшали: гирляндами, еловыми ветвями, стеклянными и пластиковыми подвесками. Город за эти предпраздничные дни буквально расцвел, на каждом окне появились украшения. Люди победнее, конечно, арки не ставили, обходились более простым вариантом — букет из еловых ветвей, электрические свечи, мишура.

Скрипач, разумеется, тут же стал наводить в сети справки — выяснилось, что обычай наряжать деревья тут тоже существовал, но какой-то царь специальным указом обычай этот реформировал, «дабы не губили молодые леса». И уже четыре века Россия «изукрашивала окна, создавая радостную и праздничную атмосферу на улицах и в домах».

— Хочу праздничную атмосферу в домах, — заявил Скрипач. — У нас завтра пустой день, без выезда. Давайте сделаем окно, а то что мы как неродные?

— Рыжий, денег нет, — возразил Ит. — Арки стоят немерено, я уже посмотрел.

— Ну хоть букетик из веток можно?!

— О, господи… ладно, будет тебе букетик. Как дитё, блин.

— Ит, слушай, я тут посмотрел, — Ри вошел в кухню, — арку можно подержанную или купить дёшево, или вообще задаром достать.

— Сломанную, — подсказал Ит, который, конечно, успел «посмотреть» двое суток назад.

— И чего? — удивился Ри. — Починим.

— Ай, делайте что хотите, — Ит снова уткнулся в расчёты. — Ри, не сбивай меня, ради бога. Я же не ты и не Юлий Цезарь, я так не могу, чтобы три дела сразу…

Утром Ри и Скрипач взяли машину и поехали забирать арку и закупаться всем подряд, а Ит снова сел работать — последнее время ему стало казаться, что в собираемых ими данных наметилась некая система, которую ему хотелось проверить. Около полудня «заговорщики», как окрестил их Ит, вернулись, нагруженные сверх всякой меры. И арка, и два пакета с игрушками и подвесками, и колючий букет ёлочных веток, и какие-то продукты… Ита оторвали от работы и заставили сначала собирать арку на кухонное окно (ну в праздник-то мы точно на кухне будем сидеть, да?), потом — чинить эту самую арку, у которой отваливались ножки, потом — обрезать ветки до нужного размера, потом… потом Ит не выдержал и смылся со своими расчётами в комнату.

Когда он закончил, они как раз украшали, причём Ри умудрился порвать гирлянду, и Скрипач теперь перенизывал стеклянные сосульки на новую нитку.

— Народ, у меня получается очень интересная штука, — сунулся в кухню Ит. — Как наиграетесь, приходите.

— Что получилось? — поднял голову Ри.

— Я нашел корреляцию.

— Ммм?

— На каждой последующей площадке идёт возрастание интенсивности звучания на 0,02 процента и повышение тона звучания на 0,4.

— Чем дальше, тем громче? — хмыкнул Ри.

— Именно. И выше. Ещё рассказать?

— Давай, — приказал Скрипач.

— Я перенёс схему площадок на карту.

— Это сиуры?

— Нет, — отрицательно покачал головой Ит. — Это не сиуры.

— А что же?

— Это расположение неподвижных сегментов внутри мета-порталов на Терре-ноль. Раньше у нас было слишком мало данных, теперь, когда они накопились, это можно утверждать уже со стопроцентной уверенностью.

— Теперь главное, чтобы Павел не догадался, что мы догадались, — резюмировал Ри. — Если он поймёт, нам хана.

— Нам однозначно хана, вопрос — когда? — нахмурился Скрипач.

— Узлов, поддающихся анализу, было шестьсот, — напомнил Ит. — Мы не прошли и сорока. Так что, думаю, хана-то хана, но явно не скоро.

— И то хлеб. Значит, нас гоняют по этим самым узлам… — Ри задумался. — По кругу. А хана будет, когда мы пройдём центральный.

— Сможешь рассчитать, где он находится? — спросил Ит.

— Постараюсь, — хмыкнул Ри. — Где-то в центре Москвы, по всей видимости, но… Сразу точно не получится.

— И я снова не понимаю, для чего это всё нужно, — Скрипач, сидевший по-турецки на полу рядом с разложенной бумажной картой, отхлебнул глоток чаю и поставил чашку рядом с собой. — Мы просто таскаемся от узла к узлу… и всё.

— Я тоже не понимаю, — поддержал Ит. — Ри, мысли есть?

— Ни одной, — признался тот. — Здравой — ни одной.

— У меня тоже, — покивал Ит. — Значит, пока что всё оставляем как есть?

— А что ещё остаётся? — справедливо спросил Скрипач. — Информации о младшем — нет. Информации о цели «работы» — тоже нет. Есть какая-то ерунда…

— Родной, это не ерунда, — возразил Ит. — Это всё серьёзно, но мы по-прежнему ничего не понимаем.

— Мне кажется, понимать мы начнём несколько позже, — Ри задумался. — Это всё явно не бесцельно. Не может быть бесцельно. Команда, которая тут работает, не идиоты, и просто так время и силы тратить не будет. Система — есть. Мы её не видим.

— Факт, — согласился Ит. — Но хоть что-то рассмотрели.

— Ты молодец, — похвалил Ри. — У меня действительно голова… несколько другим занята.

— Я рад, — Ит улыбнулся. — А что голова занята другим, это хорошо. Вообще, всё очень хорошо, ребята. Про катер Павел тоже не знает. Если совсем подопрёт, мы хоть сбежать сумеем.

— И подставить младшего? — Скрипач помрачнел.

— Не будем мы подставлять младшего, — уверенно отозвался Ит. — Я тут кое-что ещё придумал.

— Ты сегодня просто кладезь всего подряд, — хмыкнул Скрипач. — Ну?

— Баранки гну! Не нукай, не запрягал, — весьма натурально ощерился Ит. — Завтра поедете на точку вдвоём, меня высадите по дороге, и я прогуляюсь кое-куда.

— В личине? — прищурился Скрипач.

— Зачем? Как есть, — Ит безмятежно улыбнулся.

— Ты чего опять задумал? — строго спросил Ри.

— На информацию о сыне я не рассчитываю, — ответил Ит. — Я поеду к социологам, которых тогда подвозил.

— Зачем?

— Хочу для начала узнать, кто такой этот Павел. Они для этого самый лучший вариант.

Оксана и Пётр квартировали на другом конце Москвы. Ит добирался до них больше двух часов: сначала ехал на метро, потом минут сорок ждал нужного автобуса, потом стоял в часовой пробке, а после пришлось почти двадцать минут бродить по району в поисках нужного дома. У социологов он оказался только к полудню.

Встретили его на удивление радушно, как старого знакомого. Оксана тут же побежала на кухню, ставить чайник, а Пётр потащил в комнату — давай, мол, по пятьдесят грамм для согрева, смотри мороз какой. Квартира у них тоже оказалась маленькая, но всё-таки получше, не на первом этаже, комната больше, санузел раздельный.

— Мы её уже пять лет снимаем, — пояснил Пётр. — От центра далеко, но нам много ездить не приходится, и машина есть, так что без проблем.

Пётр был маленького роста, упитанный, но отнюдь не толстый, с добродушным лицом, постоянно улыбающийся. Выглядел он максимум лет на тридцать (как позже выяснилось, ему было сто сорок) и за внешностью своей явно следил: сейчас, среди зимы, он щеголял лёгким загаром, прическу имел аккуратную, а ещё, как успел заметить Ит, у него были очень ухоженные руки — явный показатель того, что человек жизнью более чем доволен. Так и оказалось.

— Работать тут одно удовольствие, — рассказывал Пётр, пока Оксана на кухне колдовала над каким-то особенным «зимним чаем». — Мы сюда на десять лет контракт заключили, сейчас вот из отпуска только вернулись. Домой ездили, к детям. Платит Павел, правда, с задержками, но если на него немножко надавить, да ещё припугнуть, то всё получается просто отлично. Мы тут на горных лыжах кататься ездим, можно прямо в городе…

— Это где же? — удивился Ит.

— Нагорная, не слыхали? Великолепное место! Подъёмник, гостевые домики, ресторан, — принялся перечислять Пётр. — Ксюша, ты скоро там?

— Иду уже! — откликнулась жена.

— Ну, вот… В город выбираемся, по вечерам масса интересного — спектакли, шоу всякие, презентации. С другими группами, опять же, пересекаемся, сейчас на праздник большой выезд готовим, за город, компанией. Шашлыки, напитки, программа. Не хотите с нами?

— Не получится, — развёл руками Ит. — У нас на второе число выезд по плану.

— На второе число?! — Пётр безмерно удивился. — Пашка обнаглел. Пошлите его куда подальше, и поехали. Никуда ваша научная работа не убежит.

— Мы бы рады, но… — Ит замялся. — Понимаете, я на самом деле приехал поговорить серьёзно… у нас очень нехорошая ситуация. Нас сюда затащили обманом и шантажируют. Пётр, если хотите, можете рассказать о нашем разговоре Павлу, но…

— И не подумаю даже, — твёрдо ответил тот. — Вот ещё. Я этому козлу не то что рассказывать, я ему…

— Пётр, подождите, — попросил Ит. — Вы же ещё не знаете, о чём я. Так вот, можете рассказать, я не против. Я просто хочу понять, он что-то действительно может, или это просто слова для острастки и ничего более?

Версию их пребывания на Соде Ит, разумеется, слегка подкорректировал. Например, он умолчал о Терре-ноль, о том, что они были заложниками, о том, что работали в Официальной. Сейчас версия выглядела следующим образом.