Золотой дракон - Наташа Тихая

Занятия в академии начались только после праздников середины зимы и то, не для всех. Конечно, все адепты до этого времени совсем не гуляли, а читали, учили, но без практики. Каждый сам для начала учился, просто жить. Жить и не покалечиться с новыми увеличившимися способностями, кто-то что-то вспоминал, а кто-то, вообще, учился жить без способностей. Им было тяжелее всего. Их всех перевели на факультеты алхимии и лекарств, а еще, с ними усиленно стали заниматься физической подготовкой владения всем оружием, какое только нашли в академии. В общем, вышло неплохо для них - прибил и тут же можешь вылечить, а если вдруг передумал, то и отравить следом.

Марина, как и говорил Фир, со мной больше не общалась, она, вообще, переехала поближе к ректору. Когда мы пересекались в академии, она отворачивалась и проходила мимо, сначала я пыталась с ней поговорить, но вскоре поняла всю тщетность своих попыток. Да и неожиданно проснувшийся дар, все мне рассказал, о чем я и не догадывалась ранее. Марина завидовала, мне завидовала. Нашла чему? Она хотела получить Фира, но не потому, что любит, а ей нужно было для 'статуса'. Красивый, богатый, успешный. А еще, она меня считала наивной дурой, и, вообще, как я поняла, друзей у нее не было - за всю жизнь ни разу, и всех она использовала в каких- то своих целях. Со мной все просто, она хотела подружиться из-за того, что я быстро отвечала на вступительных, и она хотела мной воспользоваться во время обучения, да и потом, как оказалось, моя магия очень полезна. Да что там скрывать, она мной и пользовалась. А Фир ведь ещё тогда её считал, и тоже все это знал, хоть он намекал на ее такую натуру, но я все пропускала мимо ушей. Но самое ужасное, что это она тогда была зачинщицей случая с ягодами. Она испугалась, что я могу все рассказать Фиру и такое сотворила. Вот теперь у нее не выгорело с Фиром, и она переключилась на ректора и спит с ним... Фу-у-у... как противно-то знать все темные желания и скелеты в шкафу. Дар у менталистов успокоился приблизительно через полгода, и к тому моменту мы уже умудрились узнать все тайны и страхи, почти всех в академии, хоть и старались избегать народ. Даже если кто из менталистов и был при поступлении наивен, или неопытен, или ему не хватало знаний, или умений, то теперь он этим похвастаться ну никак не мог. Если раньше менталисты учились призывать свой дар в нужную минуту, то теперь нам всем приходилось учиться наоборот, его подавлять. Но пока мы с этим справились, то насмотрелись, и начитались. Нам теперь каждому хватило тайн, знаний, опыта и умений, а особенно грязи на несколько сот жизней. Чего тут только не было: измены, предательства, пытки, насилие, убийства, темные ритуалы, светлые ритуалы, кто с кем спит, кто кого хочет, кто кому что подстраивает. Особенно страшно было встречаться с некромантами. Их не просто так приняла в свои представители Темная Богиня, они все перенесли насильственную смерть и своими муками выстрадали второй шанс в жизни...

Конечно, было и хорошее в жизни, и приятные воспоминания у всех считанных, но по сравнению с плохим, оно быстро терялось или забывалось. Проще всего, и главное приятнее, было общаться с Фиром, я его никак не могла прочитать, чему очень радовалась. Фир меня давно предупредил, какой он, и я очень боялась, что прочитав его, у меня при его виде будет появляться та же горечь во рту, как и от остальных.

За это время мы очень с ним сблизились, из-за моего такого нестабильного дара, я многое узнала о людях, и о нелюдях, да и о жизни, в общем, того чего мне никак не хотелось бы знать.

Конечно, мне в этом необходимо было разобраться, и наши разговоры с Фиром помогли мне остаться собой в этом серпентарии. Иногда мы говорили ночи напролет, часто я там так и засыпала у него в кресле, и он меня переносил к себе на кровать, или просто будил. Да и привыкла я уже к постоянному тихому шепоту мыслей Фира, и уже не представляла, как это жить, и не ощущать его присутствия постоянно рядом. Как это, когда ты одна, и в полной тишине, как это, когда тебя никто не страхует, не утешает и не поддерживает все время. Конечно, Фир не единственный, кого мы не могли считать, были еще несколько профессоров и парочка адептов, а были еще и такие адепты и профессора, после встречи с которыми, во рту появлялся сладкий вкус или вкус свежей мяты. Я, вообще, заметила, что после 'Забвение силы' общение с кем бы то ни было, сводилось у меня к дегустации. Этот вкусный, с ним приятно общаться, тот горький, тот кислый, а вот эта соленая, а вот после той будто дерьма наелась...

Особенно больно мне почему-то, было видеть воспоминания Филоны и той светлой полуэльфийки. Хоть они и были светлыми эльфами, и даже после них оставалось приятное послевкусие, но в их воспоминаниях был Фир, он был с ними... и самое ужасное, что и помочь мне справиться с этим никто не мог. Фиру я не рассказывала, а сам он не лез, хоть и видел, что меня что-то мучает.

А еще, Фир мне помогал справиться с Кишем. У него, наконец, стали прорезаться крылышки, и он постоянно чесался и крутился. Было решено выпустить его на волю, хоть его воля и ограничивалась моей комнатой, и парком академии два раза в день. Утром и вечером. Да и диета специальная ему необходима была. Много-много яиц. Десятка три-четыре ежедневно. А еще, нужно было ему мясо, и тоже несколько килограмм, вот куда в него, такого маленького, столько влезало? Вот как бы я могла объяснить, на кухне, зачем мне такое количество яиц и мяса??? А Фиру давали без проблем, стоило ему сказать, что нужно, и домовушки в ту же секунду приносили все необходимое с кухни.

Еще, сильной неожиданностью для личных адептов профессора Люмьера, было узнать его тайну. Она была такая божественно-красивая, добрая и такая прозрачная... У него был призрак, личный призрак - хранитель, неотступно, всегда следовавший за ним. Было даже видно, что они общаются. Профессор смотрит в упор на нее и та в ответ кивает, или наоборот, отрицает, а порой что-то начинает говорить. Но что, этого никто так и не знал, кроме профессора. Сам же профессор очень удивился и испугался, когда понял, что мы ее видим, а потом успокоился. Сказал, что наши способности возросли, вот и видим, а еще попросил никому не говорить. Призрака он, кстати, так нам и не представил. Да и, вообще, всячески старался от нас спрятать, будто мы могли ей что-то сделать.

Вскоре наступило лето, но мы, как и раньше, продолжали обучение, а то как-то у нас у всех учебный год не вписался в общепринятые рамки, да и что еще делать адептам в стенах академии. Патрули все ходили и ходили, никаких новостей из-под стен не приносили. Единственным нашим источником информации стал Линнар, Кени и Нинея. Хранители связывались с Фиром раз в две-три недели обязательно. Вскоре, нам стало известно, что остальным магам, привязанным, как и мы к острову его защитой, удалось выяснить, что новых попыток диких нападать, больше не было. Но что помимо академии, пострадало более семи школ и один замок скрытых, где жили, как и на острове, дети одаренных, но в отличие от острова, замок не давал им никакой защиты. Не пострадали только эльфы, закрывшие свои границы во время войны с Марьяной и так не открывшие их. А к новым праздникам середины зимы выяснили, что массовые появления диких в предгорьях и школах, были связанны с какими-то темными ритуалами, проводимыми темным магом. Он приезжал всегда за день или несколько дней в школу, или в места внезапного скопления диких, а когда там появлялись эти монстры, он исчезал. Исключение составляли остров, замок и академия. Сюда никак не смог бы попасть в гости темный маг. И тут, вскоре выяснили, что для попадания на остров и в замок использовали кровь подопечных, и сделали на ней привязку. А с академией все было глухо, скорее всего, тут поступили так же, но уверенности не было. Кто и как их проводит, пока не выяснили. Остров и академия, пока оставались закрытыми. Фир с нашей стороны все проверил и выяснил, что на территорию академии никто не мог просочиться, так что оставалось два вывода. Первое: то ли темный маг, который проводил ритуалы, сам из академии, то есть, кто-то из преподавателей. Из адептов бы никто не потянул, на момент призыва первых измененных диких, у них было маловато сил. Второе: что на территории академии есть предатель, причем в том же составе преподавателей, который смог провести главного и прикрыть его, и до сих пор прячет в академии. Во второе верилось с трудом, так как мы уже почти два года были закрыты. В любом случае, это кто-то из своих, и нужно было быть вдвойне осторожными.

Остров хранители открыли, вернее, постарались, чтобы он открыл свои границы где-то через год после появления диких. Наследники крови облазили все вокруг, и так и не нашли прямой опасности для острова и его обитателей. Остров согласился, но с тех пор, вблизи его, всегда было около пятидесяти наследников, обеспечивающих безопасность.

А где-то через полтора года, после закрытия академии, было решено провести первую разведку за территорией академии. Фир не видел более смысла закрывать академию. Что предатель среди своих, он выяснил. А еще, вокруг было тихо, да и все уже вполне освоились со своими способностями.