Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

выучил их язык и стал втолковывать им, что я бог. Они верили мне до тех пор, пока один старик, то ли жрец, то ли знахарь, не стал завидовать моей растущей власти. Он заявил, что раз я бог, то, если вонзить в меня нож, кровь не потечет. Действуя в тайне от меня, он устроил так, что вся деревня собралась поглазеть на экзекуцию. Эксперимент приурочили к какому-то празднику. Было богатое угощение, много вина. Ко мне подошла женщина и рассказала о том, что меня ожидает, но не из сочувствия, а из элементарного женского любопытства. Ей не терпелось самой выяснить, пойдёт из меня кровь или нет. Я поймал её за руку, когда она попыталась вонзить мне в бок нож, представляете? Воины уже начали пить. Бесполезно было бы взывать к ним или что-то объяснять. У меня был только один выход — бежать. Я сказал женщине, что возмущён и оскорблён этой проверкой и покидаю их в знак протеста, якобы возвращаясь к себе на небо. Она хотела посмотреть, как я вознесусь ввысь, но я сказал, что будет много огня по крайней мере в течение часа. Она поразилась и пустилась наутёк. Вскоре я постарался исчезнуть, и все они были уверены, что я Яд-бен-ото.

Пока Обергатц говорил, Джейн вытащила из туши копьё. Немец не сводил с неё глаз. Женщина приступила к разделыванию туши.

Завершив работу, Джейн выпрямилась и посмотрела Обергатцу прямо в глаза.

— Лейтенант, — произнесла она, — по воле случая мы снова оказались вместе. Не скрою, мне это неприятно. У меня с вами нет ничего общего. Это вы виноваты в том, что со мной произошло. Этот маленький клочок земли, где мы сейчас находимся, принадлежит мне по праву первооткрывателя. Уходите отсюда, здесь моя территория. Оставьте меня, если хотите хоть как-то исправить зло, причиненное мне и моей семье.

Немец выпучил на Джейн свои рыбьи глаза и рассмеялся нехорошим смехом.

— «Уходите! Оставьте меня!» — передразнил он. — Я сам нашёл тебя! Мы найдём общий язык и подружимся. Кроме нас, здесь нет ни души. Никто не узнает о том, что мы делаем, чем занимаемся, а ты собралась прогнать меня прочь.

Он рассмеялся, хотя лицо его оставалось недобрым. Джейн стало не по себе.

— Вспомните о своём обещании, — сказала она.

— Обещание! Какое обещание? Их дают, чтобы нарушать. Мы, немцы, продемонстрировали это всему миру в Льеже и Лувене. Ну уж нет! Никуда я отсюда не уйду. Останусь здесь защищать тебя.

— Не нуждаюсь я в вашей защите, — гнула своё Джейн. — Я умею обращаться с копьём, вы же видели.

— Да, — подтвердил Обергатц. — Но как порядочный человек я не могу бросить вас здесь одну. Вы же женщина, существо слабое. Нет! Я офицер кайзера и вас не оставлю.

Он снова рассмеялся.

— Мы могли бы быть счастливы вместе. Джейн содрогнулась. Она не пыталась скрыть своего отвращения.

— Я тебе не нравлюсь? — спросил он. — А жаль. Ну ничего, придёт время, и ты полюбишь меня.

Обергатц опять рассмеялся.

Джейн спрятала мясо, взяла в руки копьё и повернулась к немцу.

— Уходите! — приказала она. — Довольно переливать из пустого в порожнее. Здесь моё владение, и я буду его защищать. Я убью вас, понятно?

Лицо Обергатца исказилось от ярости. Он поднял дубинку и пошёл на женщину.

— Стоять! — крикнула она, занося копьё для броска. — Вы видели, как я убила антилопу, и вы правильно сказали, что никто никогда не узнает, чем мы здесь занимаемся. Сделайте из этого надлежащий вывод, прежде чем поднимете на меня руку.

Обергатц опустил дубинку и остановился.

— Успокойтесь, — начал он примирительным тоном. — Давайте будем друзьями, леди Грейсток. Станем помогать друг другу, поддерживать…

— Вспомните Льеж и Лувен, — усмехнулась

Джейн. — Сейчас я ухожу, но когда вернусь, чтобы духу

вашего здесь не было, иначе убью.

Обергатц понял, что Джейн не шутит. Затем она повернулась и скрылась в лесу.

Глава 20

Город был накануне смены власти. Верные Ко-тану воины, которых Тарзан привёл к потайному входу во дворец, были встречены жрецами Лу-дона. Те представили Я-дона бунтовщиком, на которого падёт гнев Яд-бен-ото, как и на тех, кто держит его сторону.

Жрецы также доказывали, что Лу-дон стремится предотвратить захват трона Я-доном. В результате многие воины переметнулись в лагерь жрецов, и когда те увидели, что сторонники Я-дона остались в меньшинстве, то натравили на них своих воинов. В итоге полегло много людей Я-дона. Лишь горстка солдат достигла ворот дворца и скрылась за ними.

Жрецы повели свой отряд по потайному ходу, но кто-то предупредил Я-дона, и тот организовал оборону. При первой же возможности он отправился к О-ло-а, волнуясь о безопасности принцессы. Девушка рассказала ему обо всем, что произошло, и о роли Тарзана. Я-дон узнал также и о том, что Тарзан провёл воинов ко входу во дворец.

Услышанное только увеличило его симпатии и дружеское расположение к Тарзану. А рассказы О-ло-а и Пан-ат-лин подтвердили божественное происхождение незнакомца, и воины Я-дона ещё сильнее возненавидели Лу-дона за его антипатию к Тарзану.

К сожалению, Тарзан был далеко и не мог воодушевить их. Молитвы людей Я-дона оставались без ответа, и воины решили, что их дело не получает одобрения свыше. К тому же, их было совсем мало, а силы Лу-дона все росли. Наконец, верховный жрец стал властителем Пал-ул-дона.

Забрав с собой принцессу, а также Пан-ат-лин и других рабов, Я-дон укрылся в родном Я-луре, где тотчас же принялся сколачивать силы для борьбы за справедливость.

Тем временем Тарзан пребывал в львиной яме в Ту-луре. Пока шла битва за трон, посланцы Лу-дона