Инжиниринг. Истории об истории - АО АСЭ

Не устану повторять: сохранить идею, дух компании — это самое главное, без этого никуда.

2017 г.

Александр Селихов «Герой провинции Цзянсу»

Александр Павлович Селихов. Руководитель представительства АО АСЭ в городе Ляньюньган с 1999 по 2011 год

В 1972 году я окончил строительный факультет нефтяного института в Грозном. Того самого, что оканчивал еще академик Миллионщиков. В 1995 году институт был разрушен, а в 2007 году новый его корпус открылся уже в другом месте. Но мемориальная доска с именем академика сохранилась.

Чернобыльские рубли

После получения диплома меня направили в трест «Кременчугглавстрой» под Киевом. Трест как раз начинал строительство Чернобыльской АЭС. Я стал мастером участка, работал в управлении строительства реакторного отделения на четвертом энергоблоке. Под каждым из четырех чернобыльских блоков лежат мои металлические рубли, брошенные по традиции при заливке фундамента.

В 1986-м уже с должности главного технолога я был переведен главным инженером на Хмельницкую АЭС. Мы с женой и детьми уже два года жили в Нетешине, поселке Хмельницкой станции, а родители остались в нашей старой квартире в Припяти. Утром 27 апреля, в воскресенье, прошел слух: на ЧАЭС что-то случилось. Стали звонить старикам — узнать, в чем дело. Связи с Припятью нет. Мы с женой, недолго думая, в машину — и туда. Километров за сто остановила милиция, показываю удостоверение — не пропускают. Мол, работаешь на Хмельницкой, а в Припять зачем? К родителям, говорю. И тут они вдруг как заорут на меня: «Какие родители?! Эвакуация идет!»

И вправду, эвакуация уже шла. Кутерьма, неразбериха. Я все-таки нашел родителей и тут же оставил на обочине дороги: повез до ближайшей станции семью знакомого с малолетними детьми. Когда привез стариков в Нетешин, они немного успокоились. Через день потихоньку от них отнесли на проверку верхнюю одежду. Специалисты померили уровень радиации и говорят: «Шапку и пальто советуем захоронить». Запечатали в полиэтиленовый мешок и сдали куда следует. Отец, помню, сильно переживал: «Всего лет десять назад было куплено пальто — и на тебе». А то, что осталось в квартире, в городе… Они тогда и думать не хотели, что все это сгинуло…

На край света

На Хмельницкой АЭС я проработал два с половиной года и уже первый блок пускал в качестве руководителя строительства. Пустили первый блок, собирались пускать второй, вырисовывались третий, четвертый, а потом настали 1990-е годы с разными бурными событиями. Все развалилось, и надо было просто выживать. Выезжали на объекты по всей Украине и России. В 1998-м мне позвонил Евгений Александрович Решетников и пригласил строить Тяньваньскую АЭС.

Мы с женой сразу же отказались от этой поездки. Я вообще не планировал ехать за границу, потому что никогда там не работал. Но потом подумали, посмотрели. В конце концов, на моем месте в случае моего отъезда оставался нормальный человек, можно сказать, преемник — главный инженер. (В итоге он нормально справился с этой задачей.) И когда Евгений Александрович позвонил второй раз в декабре, мы с женой сели, все взвесили и решили согласиться. В январе я приехал в китайское управление «Атомстройэкспорта» к Нечаеву. Мы с ним побеседовали, друг другу понравились, и я дал согласие на сотрудничество. Сначала был назначен начальником управления тогда еще Ляньюньганской АЭС и параллельно — главным консультантом китайского заказчика.

В апреле мы с супругой приехали в Пекин на координационное совещание. Через неделю нас привезли в Ляньюньган, и мы вдвоем остались создавать управление, представительство. Месяца два мы там были единственными россиянами. Китайцы то шарахались от нас, то смотрели с удивлением: мы ведь ходили в магазины и на базар с переводчиком. Потом наладили доставку продуктов на дом. Потихоньку организовали и зарегистрировали представительство, в 2001 году я стал его руководителем, и уже под эгидой представительства там работали и наши подрядчики: «Атомтехэнерго», «Атомэнергопроект» и другие.

В 2004 году наших специалистов было уже 700 человек, а если считать с женами и детьми — более тысячи. Мы выполняли монтаж четырех основных объектов: здания реактора, здания безопасности, насосной станции ответственных потребителей и эстакады. Наняли Китайскую строительную компанию № 23 (ее специализация — атомные объекты) и руководили полностью всем процессом. Кроме этого, курировали все поставки, занимались приемкой оборудования, устранением несоответствий, которых при приемке очень много возникало, и это была наша основная работа. Так постепенно мы создали дружный и работоспособный коллектив; к сожалению, к окончанию гарантийного срока люди разъехались по другим объектам.

Свой среди чужих

Случалось, иногда приходило оборудование, которое не отвечало требуемому качеству. И приходилось доказывать заводам, что нельзя оборудование с такими несоответствиями, таким браком устанавливать на атомной станции, будь она российская или китайская — неважно. И тогда некоторые представители заводов говорили: «Да вы продались китайцам, вы их защищаете!» Но мы работали не на китайцев — мы работали на проект, на его безопасность, а для этого нужно было, чтобы поставлялось и качественно монтировалось и налаживалось самое хорошее оборудование. И самым сложным в моей работе было объяснить некоторым заводам, что халява здесь не пройдет. И что мы защищаем вовсе не китайские интересы, а интересы объекта. Удивительно, но это встречалось в штыки многими представителями наших российских заводов, а иногда и их руководством.

Упрекали нас и в том, что мы, мол, для китайцев в лепешку готовы расшибиться, а они относятся к нам свысока… Ерунда это все! Настоящих профессионалов, дающих грамотные советы и консультации, китайцы очень уважают. А к тем специалистам, которые хотят шапками их закидать, соответственно и относятся. Если у специалиста спрашивают, а он не может ответить либо отвечает грубо или «через губу», китайцы это видят и стараются больше к нему не обращаться. Те же, кто делает все грамотно и на совесть, у них в почете. И в целом у нас в представительстве были именно такие специалисты. Например, Юрий Коцыловский, который знает всю технологию, процесс, оборудование и постоянно им помогает — по ходу эксплуатации, по ходу ремонта день и ночь с ними. Он тоже награжден медалью «Герой труда провинции Цзянсу». Это по их меркам очень высокая награда.

Когда велись строительные и монтажные работы, китайцы очень скрупулезно отслеживали график. Но когда пошла наладка, ревизия оборудования, начались отклонения от графика, и было очень обидно, что проходит время, а до пуска блока еще так далеко. Но отчаяния и чувства, что