Стяжатель - Валерий Михайлович Гуминский

– Вы хотите воздействовать на мальчика? – умный граф Арундел быстро просчитал желания одного из директоров компании «СмитКляйнБихем». – Зачем нам завязывать интригу с человеком, не имеющим веса даже в магическом обществе, не говоря про политическое поле? Я правильно понял, что Назаров – перспективный друид?

– Он – волхв, – с трудом проговорил незнакомое слово Клиффорд. – Не друид, Стив, а волхв.

– Да какая разница, – пожал плечами Арундел. – Такой же язычник.

– Такой же, да не совсем, – отпарировал барон. – Не будем углубляться в лингвистические дебри. Я хочу поближе узнать о Назарове. А сидя на Острове, мало что раскопаешь. Кто он такой, чем дышит, о чем мечтает?

– Барон, я понял! – воскликнул Норфолк, отставляя чашку в сторону. – Кажется, вас интересует «Изумруд»? А «Гранит» чем не устраивает? Тоже относится к роду Назаровых. Им руководит близкий родственник мальчишки, совсем дряхлый старик, дотянувший до столетнего рубежа.

– Старик меня не интересует, – сухо произнес Клиффорд. – Я в курсе, что Назаровы – древний род, имеющий отношение к таинственному Ордену, заправлявшему в Европе в стародавние времена. И в архивах этой семьи хранится много интересного. Мои люди даром хлеб не едят. И я планирую выйти на контакт с молодым магом или на людей, близких к нему.

– Но зачем? – удивился Норфолк. – Какой толк от знакомства с каким-то выскочкой? Как это поможет нам в продвижении главного товара нашей фирмы? Не понимаю, барон….

– Еще раз, джентльмены, – вздохнул Клиффорд-двенадцатый. – Мы – не государственная структура, которая занимается геополитическими играми, не головной офис СИС, не шпионы с большими полномочиями. Наша фармацевтическая компания выполняет заказ неких лиц, пожелавших остаться инкогнито. Я подозреваю, что уши доблестной Ми-6 торчат из всех щелей, и все последние заказы на фармагики – их затея. Но и дьявол с ними! Мы в любом случае отработали те деньги, которые были вложены в наше предприятие, и можем заняться другими делами. Теперь подхожу к главному: некий молодой русский маг Назаров внезапно из теневых лошадок влетел в стойло с породистыми скакунами, толком не разобравшись, что ему нужно в жизни. Свалившееся на голову богатство – это мина замедленного действия. И этим богатством еще сумей распорядиться! Неужели никто не захочет отторгнуть магическое предприятие «Изумруд» в свою пользу? Например, император или его братья, великие князья Константин и Михаил… Если «Изумруд» перейдет под их загребущие руки – мы потеряем потенциально современные технологии. Не будете же вы бодаться с императорским кланом? А молодой Назаров, пока еще в фаворе, нуждается в помощи. В ком-то, кто может подсказать ему, как правильно обезопасить себя и свой бизнес от государственного прессинга. Нужно только вовремя подставить ему плечо, доказать свою полезность.[15]

– А не о том ли Назарове идет речь, с которым связана история о похищении княжеской дочери? – вдруг спросил Арундел, который успел выпить свой чай и теперь раскрыл перед собой блокнот из тисненой темно-коричневой кожи, просматривая какие-то записи. – Его фамилия казалась мне знакомой, но никак не мог вспомнить, где я ее слышал.

– Романтическую историю о чудесном спасении княжны публиковали в «Гардиан» и «Таймс», которые значительно увеличили свои тиражи благодаря умело поданной сказке о прекрасном рыцаре, вырвавшем свою принцессу из рук кровожадных бандитов, – подсказал Кавендиш, – но в различных вариациях. Если отбросить всю романтическую шелуху, вырисовывается интересная ситуация.

Кавендиш сделал небольшую паузу. Норфолк заерзал от нетерпения, не понимая, почему двенадцатый барон Клиффорд и его помощник Кавендиш переглядываются, словно никак не решатся озвучить тайну.

– Есть аналитическая записка, которую составляли сотрудники одной интересной организации, – Клиффорд положил сигару на край массивной хрустальной пепельницы. – Нам она совершенно не предназначалась, но и секрета из нее никто не делал. В общем, я прочитал сей опус. Именно по ней я делаю такие выводы о желании помочь русскому дворянину. Назаров каким-то образом подошел близко к разгадке «радуги». Он не стал копаться в механизме удивительных свойств магического кристалла, не искал ответы, почему формируется иллюзорная картинка происходящего – он практически точно указал на основной механизм твердотелого фармагика: управление человеком посредством магического внушения.

– Его выводы – только теория, – Кавендиш был неисправимым оппонентом своего давнего товарища и предпочитал решать проблему не путем соглашательства, но именно через спор, в котором, как известно, «рождается истина». – Хотя теория смелая и почти точно укладывающаяся в рамки нашей доктрины.

– Да, несомненно, – согласился барон, – но мы ничем не рискуем, кроме увеличения финансирования этой акции. Подведем к Назарову людей или одного человека, пусть попробует внедриться в структуру его клана…

– У Назарова нет клана, – подал голос Арундел, все так же просматривающий записи в блокноте. – Он не принял вассалитет Меншиковых или других влиятельных родов и пока находится в свободном плавании. Если принять во внимание его амбиции, то свой клан он будет создавать без излишней спешки и очень осторожно. Так что поторопитесь со своей идеей, барон.

– Я рад, что мы пришли к согласию, – кивнул Клиффорд.

– А как же алмазы, сырье для фармагиков и «радуги»? – удивился Норфолк. – Мы будем вынуждены снизить выпуск продукции…

– Не волнуйтесь так, Джеймс, – покровительственно улыбнулся барон. – По русским алмазам мы работаем, но не забываем и о других направлениях. В Западной Австралии вполне себе налаживается взаимопонимание, и руководство рудника готово идти навстречу нашим предложениям вполне легально. Розовые алмазы очень неплохи для нужд «СмитКляйнБихем». Есть копи в Канаде, в Ботсване.

– Говорит ли это о том, что мы не будем снижать мощности по производству кристаллов? – на всякий случай уточнил Норфолк.

– Ни в коей мере, дорогой Джеймс, – покачал головой Клиффорд. – Пока есть сырье – продолжайте. По моим данным можно обеспечить работой сотрудников еще на два месяца с полной загрузкой. Так что никаких остановок на предприятии. Сейчас нет смысла в долгосрочном планировании. На Дальнем Востоке затевается что-то интересное. А мы пока постоим в сторонке, опустошая наши склады от залежалого товара.

Глава четвертая

Санкт-Петербург. Февраль 2011 года

Никита проснулся от вибрации, бьющей в голову. С трудом выплыв из сна, он вспомнил, что положил телефон под свою подушку, да еще поставил на беззвучный сигнал. Судя по горящим фонарям на улице, видимых в узком просвете штор, время еще позднее. Тамара спала, уткнувшись ему в плечо, и, чтобы сесть на кровати, пришлось аккуратно, миллиметр за миллиметром отодвигаться. Опасения были напрасными. Жена так и не проснулась.

Телефон продолжал надрываться.

С раздражением схватив его, Никита посмотрел на экран с высвечивающимся