Опасна для тебя (СИ) - Карина Шаяхметова

В этот момент открылась входная дверь. Максим.

— Привет, отец. Привет, мать, — он поздоровался с родителями. — Давно пришли? — начал интересоваться Максим.

А мною поинтересоваться не хочет? Я была так зла на него, а ещё родители на голову свалились, в самый неподходящий момент.

— Нет, сынок. Но, может, кто-нибудь нас пропустит в дом? — начала возмущаться его мать.

Вот же коза. Я ведь приглашала их в квартиру.

— Проходите на кухню. Сейчас чай попьём, познакомимся, успокоимся, — сказал Максим, сделав акцент на последнем слове, смотря прямо на меня.

По лицу Максима читалась выраженная злость, что-то действительно случилось. Его скулы сжимались так сильно, что казалось, что сейчас он ударит кулаком по стене. На меня он не стал смотреть, лишь прошёл в ванную комнату помыть руки и вернулся на кухню.

На меня накатывал страх, тело слабело, а ноги не хотели меня слушаться. Я силой волей заставляла себя передвигаться и улыбаться при его родителях. Что-то пошатнулось в наших отношениях. Но что, я так и не выяснила.

— Отец, мать, это Евгения, — произнёс Максим.

Он не представил меня своей девушкой. Между нами рушилась стена доверия, мы будто отплывали друг от друга на дальние расстояния. Навсегда.

— Жень, это мои родители: Элеонора Степановна и Роман Кириллович.

Странно, что Макс повторно знакомил меня с отцом, мы ведь уже знакомы. От частичного игнорирования Максима у меня начали покалывать ладошки, жар прилил к лицу и груди, резко стало душно и не хватало воздуха.

Я извинились и вышла из кухни. На балконе вдыхала каждую частичку ветра, будто это мои крайние вздохи. Но после того, что я услышала дальше, они, и правда, были последними.

Говорят, надежда умирает последней. И ты вместе с ней.

Я только собиралась войти на кухню, как услышала неприятный для меня разговор.

— Я ночевал у Арины, — услышала я голос Макса.

Сердце сжалось до маленького крошечного электрона. Я присела возле двери и не могла поверить своим ушам. Но я должна была дослушать до конца.

— Так вы вместе, почему ты не скажешь это Евгении. Тем более, ты не можешь встречаться с этой девушкой. Она похожа на какую-то дворняжку. Ты сам посмотри. Она не умеет ухаживать за собой. Похожа на загнанного подростка из опасного района, — выдала Элеонора Степановна.

С такой свекровью и жить не захочешь. Деньги все мозги промыли. Откуда у богатых столько высокомерия. Ведь ценность людей не должна измеряться деньгами. Тогда получится, что богатенькие сынки, которые только тратят деньги, лучше тех, у кого денег не так много, но кто хорошо воспитан. Дилемма какая-то.

Я вошла на кухню и уставилась на то, как начал сервировать стол Максим: несколько видов ложек, ножи, вилки, тарелки под первое и второе. Мои глаза выпучено смотрели на эту картину.

— Евгения, может, вы поможете моему сыну? — высокомерным тоном произнесла Элеонора Степановна, будто бы я её поданная.

Я повторяла за Максимом каждое движение. Хорошо, что он не спешил.

Мы сели за стол и начали обедать.

— Евгения, почему вы кушаете рыбу руками, ведь для этого есть вилка и нож?

От злости начали сжиматься зубы. Эта ситуация напоминала фильм «Титаник», на котором богатые презирали бедных. Вот только жизни пассажиров оборвались вне зависимости от статуса. Ну нет, я сдаваться не собираюсь, но и потакать ей не стану. Стиснув зубы, ответила:

— Мне так удобно.

Ей мой ответ явно не понравился. А Максим даже не собирается вмешиваться. Его отец тоже хорош. Не может приучить жену к изящным, как любят говорить богатенькие, манерам.

— Это некрасиво. Неужели вас никто не учил этикету?

— Я считаю, что человек должен есть таким способом, который считает для себя приемлемым, — отрезаю я.

Максим начал елозить на стуле. Почему он не заступается за меня. Он ведёт себя очень странно.

— Мама, папа, а вы надолго к нам?

— Сынок, уже хочешь спровадить нас.

— Нет, конечно, нет, отец, просто у нас с Евгений были планы. Она защитила диплом и мы хотим отметить это.

— А, так ты студентка, значит, ещё не работаешь? — начала его мать. Видимо, боится, что я заберу его деньги и сяду к нему на шею.

— Я закончила колледж, и я работала пока училась — оправдываюсь, не знаю зачем, я.

— Мама, может, хватит, — всё же заступается Максим.

— Да, Элеонора, я думаю девочке хватит, — подхватывает отец.

Да вы посмотрите, мужчины прозрели. Браво!

— Так, мужчины, — обращается Элеонора Степановна к своим мужчинам, — у меня для вас подарок. Через час откроется выставка ретро автомобилей. Я знаю, Максим, как ты любишь старинные машины. Вот два билета, держите, — передаёт билеты и Максиму и продолжает, — а мы пока с Женечкой познакомимся поближе. А то сначала у нас как-то не заладилось.

Серьёзно? Не заладилось. Она решила стать ангелочком.

Оставаться наедине с этой мымрой — так себе перспектива. Может, притвориться, что я любительница всего ретро.

Максим взял в руки билет, прочитал надпись, его глаза загорелись так, будто бы он выиграл миллион долларов.

— Мама, спасибо тебе большое. Я так долго искал свободный билет. Ещё и VIP-зона, — восторженно произнёс Макс.

— Жень, извини, мы с тобой позже поговорим, — уже менее радостно сказал он.

В его глазах читалось презрение. У меня был похожий взгляд. После всего, что я услышала…

Только я собиралась выйти в коридор за Максимом и его отцом, как Элеонора Степановна меня остановила:

— Девочка моя, я должна тебе кое-что рассказать.

Девочка. Она что серьёзно. Играет две роли. Прямо звезда кино.

Мы сели за стол и Элеонора Степановна начала:

— В пятнадцать лет Максим влюбился в Алину, славная была девочка. Они любили друг друга около пяти лет, пока её не сбила машина. Она погибла. Максим очень сильно горевал, начал пить, курить, постоянно тусоваться в клубах, менял девчонок каждый день. Пока в один момент не влюбился в Арину, она была близняшкой Алины.