Эльф из Преисподней (СИ) - "Lt Colonel"

М-да… не идёт ни в какое сравнение с навыками Лютиэны. Скорость совсем не та. Я покрутил кистью, убедился, что с ней всё в порядке, и кивнул. Девушка, на лице которой выступила испарина от усердия, с облегчением выдохнула. Вкрапление эльфийского наследия явственно проступали в её облике: изящные скулы, чуть раскосые глаза, вздёрнутый носик. Увы, немного портила впечатление штукатурка готического толка на её мордашке.

— Как тебя зовут, дорогая?

— Лада… — выдохнула она, затем, сообразив, как я её назвал, приготовилась отчитать меня. Наткнувшись же на мой скептический взгляд, подавилась словами и уставилась в пол.

— Лада, на арене валяются три прилично отделанные туши. Скорее всего, жизни их ничего не угрожает, но если не поспешить, то они могут стать инвалидами. Так что двигайся в темпе! Это же твоя работа.

Медсестра с недоумением посмотрела на Берия.

— Вторая восточная, — процедил он, и Лада убежала. Наверное, она и сама не сумела бы ответить, что гнало её сильнее: ответственность за учеников или жгучий стыд.

Атмосфера в медпункте ощутимо сгустилась. Лично я не особо переживал на тему того, что увидел, однако того же нельзя было сказать о Берии.

— Так чего ты хочешь? — прервал молчание он, когда стало ясно, что я не заговорю первым.

— Для начала — неплохо сработано. Если бы тем гориллам удалось меня отделать, то это сошло бы за достойную месть за унижение. А если бы победил я, то в тех придурках бы зажглась страсть к обучению и реваншу. А такое учителя всегда поощряют. Я только надеюсь, что им хватит ума не заниматься кровной местью или чем там привыкли занимать досуг аристократы?

— Кровная месть простолюдину — абсурдная вещь. Обычно такие конфликты решаются парой наёмников, и дальше — тело, найденное плавающим возле доков, раздутое от воды, за пределами возможности опознания… И прочие штампы протокола. Но в твоём случае…

Он покачал головой.

— Не думаю, что за них официально вступятся их кланы. Это было бы сверх того внимания, на которое может рассчитывать чернь, а ресурсов на твоё исчезновение ушло бы непозволительно много. К тому же — в стенах академии все равны. Формально нет повода. Ты нажил врагов, но пока что все они — среди учеников.

— Среди учеников, — повторил я и улыбнулся, — звучит не так уж страшно.

— Чего ты хочешь?

— Вообще-то, я хотел разжиться магопием… Он тут есть? — Я огляделся, изучая ряды шкафчиков, заставленных баночками, — Не хочется тратить всё утро на поиски. Особенно если его здесь нет.

На мгновение маска невозмутимости слетела с Берия. Похоже, его здорово ошарашил мой скромный запрос. Ладно, забудем про Изнанку, но неужели магопий не в ходу у местной молодёжи?

Хотя вещь сама по себе жутко вредная, разумеется. Но люди — существа подчас непредсказуемые и способны употреблять опасные субстанции не по назначению.

— Тебе нужен магопий?

— Ага. И, по всей видимости, в кабинете им не разжиться. В таком случае, полагаю, вы не откажетесь заняться поисками для меня.

— Я… Я не… — Он приблизился ко мне и отчеканил, — Тогда ты будешь молчать?

Его намерения были для меня открытой книгой. С его точки зрения, он действовал разумно. Припугнуть зарвавшегося ученика, установив доминирование над социальной дистанцией, было верной стратегией.

Беда в том, что людские трюки не слишком хорошо работали даже на эльфийском теле, в подкорку мозга которого было зашито пренебрежение к людям. А уж о том, чтобы смутить меня этим лепетом, не шло и речи.

— Вы счастливый человек, если ваши упражнения ведутся по обоюдному согласию. Лада — симпатичная девчушка, и у меня нет намерений вредить ей. Она и без того достаточно развлекла меня. И у меня нет претензий к вам, наставник. Заметьте — всё ещё на вы. Это хороший знак. Пусть так и продолжается. Так что найдите мне магопий, и будем считать, что мы в расчёте. Чем быстрее, тем лучше.

Моё беззаботное отношение к тому, что Берий нависает надо мной, убедило мужчину, что заниматься угрожающими плясками бесполезно. Он отступил.

— Принято. Но если ты…

Я замахал ладонью, прерывая его.

— Я в курсе, что у вас на уме. Пока я не сделал ничего дурного. Пошутил над вами пару раз, что с того? Это не заслуживает решительных мер, таких как убийство. Но, скажем, я зарвусь. Не отстану от вас и Лады, буду продолжать шантажировать… угрожать… требовать большего. Начну пугать тем, что обращусь к ректору или в какой-нибудь комитет нравственности, если его здесь придумали. Тогда в вашей груди зародится чувство, что так не может продолжаться. Вы поймёте, что единственный выход — устранить опасность раз и навсегда. И одной безлунной ночью вы, сжимая в руке рукоять клинка…

Я расхохотался. Знал бы Берий, сколько раз этот сценарий претворялся в жизнь — и я всё ещё стою тут, невредимый. Признаться, наскучило.

— Такой вздор! Я — человек слова. Обещаю, что не расскажу никому о том, что здесь произошло.

И хоть я не был человеком, слово намеревался сдержать. Скорее всего. Может быть.

Берий долго рассматривал меня, внутренне колеблясь и не позволяя колебаниям проступить наружу. Наконец он протянул ладонь.

— Договорились.

И состоялось рукопожатие — твёрдое и сухое, как положено порядочным мужчинам. Ведь, как ни крути, порядочнее нас едва ли кто сыщется в округе.

Следующее и последнее занятие на сегодня было историей России. Последним оно было лишь для меня и других обделённых заметными богатствами ребят. У дворянчиков, готовых платить за уроки, расписание тянулось дальше, нагруженное, как рыбацкая лодка к полудню.

Поскольку из всего спектра предметов меня интересовало лишь чернокнижие, я не огорчался. Более того, думал прогулять и историю. В памяти и без того теснились истории тысяч стран и народов, сгинувших в безжалостных песках времени.

Зачем запоминать очередные байки? Как непосредственный участник множества событий эпического масштаба, уверяю — официальные версии грешат неточностями и предвзятостью. Особенно они любят опускать влияние демонов.

От прогула удержали два момента.

Во-первых, кто-то обмолвился, что преподавать будет Кристина. Она вела несколько предметов, поскольку до меня желающих заняться общением с дьяволами не было — и, соответственно, не было зарплаты за направление.

Я решил понаблюдать за ней, чтобы составить впечатление заранее. Если она покажет себя компетентной, то с её советами можно будет считаться. Если нет — что ж, вряд ли чернокнижие сложнее демонологии, легко справлюсь и один. Главное — оборудованный кабинет и книги.

Во-вторых, на решение повлиял ночной щебет Дженни.

У двери в кабинет висела отполированная табличка «Аудитория истории и памяти». Знакомо? Знакомо!

Если таинственная фигура в сером плаще наследила поблизости, вполне вероятно, что я обнаружу что-нибудь интересное. С Изнанкой и магопием вышло бы куда проще, но и без магии я был способен кое-что ощутить.

Ко звонку прибежала запыхавшаяся Кристина, впустила студиозов. И где её носило? Неужели все здешние преподаватели считали своим долгом вляпаться в рабочий роман? Было бы весело.

Сама аудитория удивила. Вместо столов и кафедры вдаль тянулись ряды причудливых, будто оплавленных рам. Взглядом проследить за их изгибами не получалось. На середине терялся фокус, глаза цеплялись за малоприметную деталь, и волей-неволей я отвлекался.

Любой простак угадает, что эти предметы — артефакты, причём сложные.

Но не любой простак способен почувствовать едва заметный остаточный след чей-то ауры. Практически знакомой по структуре — и всё же не той.

Я сосредоточился, проверяя догадку. Нет, с воспоминаниями не совпадает. И замечательно — в текущей форме встреча с кем-то подобным обернулась бы сплошными проблемами. Даже для меня, великого Малдерита.

И всё же нечто странное ощущалось в зале. Некая неправильность, предопределённость. Бытие этого клочка земли изменили. Но как? И кто?