Хулиган. Его тихоня - Эла Герс

Но его слова вызвали у Дани и Влада еще более громкий смех, на что я лишь закатил глаза. Затем я допил остатки пива, встал и направился на кухню за новой порцией. Услышав грохот, я медленно выдохнул и помолился о терпении, в котором так нуждался.

Что, блять, они опять сломали?!

Я вернулся к парням и увидел опрокинутый кофейный столик. На лице Черепа было самодовольное выражение, а Влад пытался сдержать смех, удерживая разъяренного Даню. Когда Даня увидел, что я вернулся в гостиную, он вздохнул и спокойно опустился на диван.

Я занял свое место, а затем уставшим голосом спросил:

— Что случилось?

— Ничего, — пробормотал Громов, прокручивая свои кольца. — Череп просто ведет себя как конченный придурок.

— Это я-то придурок?! — вновь возмутился Череп, самодовольно лыбясь. — Кто только что пытался втащить мне из-за своей Вики, которая на моих глазах садилась в тачку какого-то богатого ублюдка?

Даня сверкнул опасным взглядом в сторону своего друга.

— Что мешает тебе соврать, чтобы отыграться на мне? — парировал он.

— Я не знал, что ты так сильно увлекся Викой, — заявил я, открывая бутылку пива.

— Я и не увлекся. Она просто отлично соображает, и, как минимум из-за этого, мне бы не хотелось ее терять.

— Может, и не потеряешь, — фыркнул Рябинин.

— Нет, — Даня уверенно покачал головой. — Если у этого ублюдка денег больше, чем у меня, значит, я Вике больше не нужен. Гребаная сука! Хрен с ней, забыли, — отрезал он, а потом перевел взгляд на меня, желая сменить тему: — Так, почему ты улыбался? Я не думаю, что это новость Черепа тебя так обрадовала. Это как-то связано с Ксюшей?

— Я застал ее сегодня за чтением, — сказал я, усмехнувшись.

— И? Я ж сказал тебе об этом еще в первый день сбора информации о Ксюше, что она читает. Даже слишком много, как по мне.

Я покачал головой, посмотрев на друга.

— Но ты не говорил мне, что она читает грязную порнуху. Сегодня днем я застал ее за чтением "Пятидесяти оттенков серого".

— Ну ни хрена себе! — воскликнул Влад в недоумении.

— Я сказал ей, что готов заняться с ней чем-нибудь извращенным, как в этой книге, а она ответила, что отныне будет читать научную фантастику.

Парни разразились смехом так сильно, что едва не начали кататься по полу. Череп даже умудрился пролить свое пиво на пол, отчего я возмущенно рявкнул на него. А он лишь пожал плечами, но я знал, что потом Череп все уберет. Иначе я надеру его здоровенную задницу, чего он однознано не хотел.

— Ты уже трахнул ее? — услышал я вопрос Влада, отчего моя челюсть тут же сжалась.

— Ты еще слишком молод, чтобы говорить о трахе, парень, — отрезал Даня.

— Заткнись, ты всего на год старше меня.

— А Владосу все равно нравятся дамочки постарше, — усмехнулся Череп. — Так что, он в том самом выигрышном возрасте для соблазнения милф.

— Ты не ответил, — напомнил мне Рябинин, старательно игнорируя издевки своих друзей.

— Нет, — резко ответил я.

— Серьезно?! Ты не прикалываешься?! — Влад усмехнулся, откровенно удивляясь моему ответу. — После того шоу, которое вы устроили возле аудитории в начале недели, я был уверен, что вы уже сделали это.

— Я так не думаю, — вклинился Череп. — В последнее время у Орлова было хреновое настроение. Серьезно, тебе нужно потрахаться.

— Может, хватит об этом? — спросил нахмурившись.

— Тебе надо кого-нибудь трахнуть, — со знанием дела заявил Череп, упрямо стоя на своем. — Я знаю нескольких девчонок, которые с удовольствием тебя трахнут. Они даже будут готовы заняться с тобой БДНМ. Хочешь, я им позвоню?

— Во-первых, это БДСМ, придурок, — вмешался Даня, указывая на него своим бокалом. — А во-вторых, Леха теперь парень одной девушки, которой покорно хранит свою верность.

— Погоди, — брови Влада поползли вверх. — Ты хочешь сказать, что все это на самом деле?! Я просто пошутил, когда спросил, трахались ли вы уже.

— Нет, это не так, — я посмотрел на своих друзей, и то, как я это сделал, заставило их поежиться. — Я просто отыгрываю свою роль, как мы и планировали.

— Ага, конечно, — хмыкнул Даня.

— Если тебе есть что сказать мне, то я весь, блять, во внимания!

Громов поднял руки вверх и изобразил заведомое отступление. Влад и Череп ничего не сказали, но внимательно смотрели на меня. Я уже подумывал выгнать их нахрен из дома, как вдруг зазвонил телефон. Я еще раз бросил на друзей сердитый взгляд и встал, уходя к окну и не мигая смотря на экран.

Пиздец какой-то.

Ночь становилась все более и более хреновой.

— Кто это? — спросил Даня.

Я бросил на него короткий взгляд и соизволил ответить:

— Старик.

На лице друга появилась озабоченное выражение, а затем он спросил:

— Он должен навестить тебя, да?

Кивнув и снова обратив внимание на телефон, который снова зазвонил, я положил трубку, не потрудившись ответить на звонок, потому что не хотел разозлиться еще больше.

Я уставился в уличную темноту, стараясь не думать о причине звонка, и, уперевшись руками в подоконник, крепко зажмурился.

Затем в голове промелькнули мысли о Ксюше и ее смущенном личике. И, блять, как же приятно было снова улыбнуться.

Прошло слишком много времени с тех пор, как я искренне улыбался. Слишком, блять, много.

Быть с ней всегда было так приятно…

Потом я протрезвел, осознав, что скоро потеряю ее.

И чем больше я думал об этом, тем больше мне не нравилась эта мысль.

Глава 7

7.1. Проверка на прочность

POV Ксюша

Я никогда в жизни не хотела никого убивать, пока не встретила Орлова.

Бросив на него косой взгляд, я пожалела, что убийство является противозаконным. Леша ел сэндвич, который я для него приготовила, и мне хотелось, чтобы он им подавился, а потом упал замертво.

Я стиснула зубы, чтобы не закричать, когда в голове прокрутилась череда вчерашних событий, и крепко зажмурилась, когда воспоминания всплыли в памяти против моей воли.

Больше никогда не буду читать! Никогда!

Я не должна была читать "Пятьдесят долбанных оттенков серого" в универе. Боже, я вообще не должна была брать ее с собой! Но мне стало так скучно ждать Лешу, а это была единственная книга, которая была у меня в сумке.

Всю дорогу до моего дома его тело сотрясалось от подавляемого смеха, а потому мне приходилось бороться с желанием спрыгнуть с его мотоцикла и покончить с собой.

А перед уходом, он поцеловал меня с улыбкой на губах, продолжая