Хулиган. Его тихоня - Эла Герс

— Я опоздаю, — прошептала я, оглянувшись на аудиторию.

— Я отпущу тебя, — я опустила глаза и вздохнула с облегчением. — Но сначала накажу.

Прежде чем я поняла, что Леша собирался сделать, его рука обхватила меня за шею сзади, а его губы прильнули к моим. Я задохнулась от удивления и почувствовала, как его язык напористым тараном проник в мои приоткрытые губы.

А потом он резко всё прекратил и я едва не застонала от протеста. Но когда я услышала за его спиной гомон и смех, я тут же побледнела от осознания.

Он только что поцеловал меня в универе, да еще и на глазах у своих друзей!

— Вот что будет, Ксюша, — прошептал Леша и я в глубоком замешательстве уставилась на него. — Каждый раз, когда ты будешь мне врать, я буду тебя целовать. В любое время. В любом месте. Так что лучше подумай дважды, прежде чем снова решишься солгать мне.

Моя грудь быстро поднималась и опускалась, в то время как я потеряла способность соображать.

Он это серьезно?!

— Все нормально, Ксюша? — с издевкой спросил он.

Нет. Нет, не все нормально. Ничего не нормально!

Мне удалось кивнуть и он подарил мне еще один захватывающий дух поцелуй, прежде чем исчезнуть. Его друзья исчезли вслед за ним. Я сделала паузу, чтобы успокоить дыхание, и повернулась, чтобы войти в аудиторию.

Я остановилась и мое тело замерло, когда кровь прилила к щекам.

Его поцелуй был так хорош, что я забыла о своих одногруппниках, наблюдающими за мной из праздного любопытства. Все они видели, как Орлов накинулся на меня с властным поцелуем. На их лицах появились понимающие ухмылки, а Ульяна даже показала мне большой палец вверх.

Господи, я хотела сгореть со стыда!

6.2. Щепотка дразнилок

Наступила среда, а вместе с ней пришло новое осознание.

Леша был чертовой грозовой тучей. Когда он не дразнил меня или не пугал, он всегда был задумчив и серьезен. И когда он был в таком настроении, это волновало меня больше, чем когда он пугал меня до дрожи.

Я также узнала, что Леша был очень трогательным, и это было настолько мило, что вызывало трепет на душе и сердце. Он всегда держал меня за руку, когда мы были вместе. Теперь, вместо того чтобы сидеть напротив меня во время обеда, он всегда садился рядом со мной. Казалось, ему нравилось трогать и играть с моими волосами. При каждом удобном случае, когда мы оставались наедине, и на том спасибо, он всегда целовал меня и крепко сжимал в своим крепких объятиях.

Во время обеда Леша был в одном из своих самых мрачных настроений, и я могла сказать, что он был рассеян. Он постоянно проверял свой телефон и на его лице было расстроенное выражение. Он молча ел еду, которую я для него приготовила, пасту с курицей и грибами в сливочном соусе, и время от времени клал свою руку на мою, легонько сжимая ее.

Я молчала, беспокойство грызло мое нутро. К этому времени он должен был сказать мне, что еда, которую я для него приготовила, была великолепной, и я бы смущенно поблагодарила его за столь высокую оценку, но этого не происходило.

Периферийным зрением я увидела, как Ульяну и Таню зашли в кафетерий. Ульяна ухмылялась, глядя на меня, в то время как Таня открыто выражала свое недовольство. Я выпрямилась и одарила Улю улыбкой, она подмигнула мне в ответ и последовала за Таней.

— В чем дело?

Я подскочила и посмотрела на Лешу, который смотрел в ту же сторону, что и я только что. Его глаза опасно сузились.

— Ни в чем, — ответила я.

— Это была не та самая Ульяна? Та, о которой ты говорил, что она милая?

— Д-да, — пробормотала я уже более нерешительно и трусливо.

Леша перевел взгляд обратно на меня, заставляя поежиться.

— Она улыбалась тебе.

— Я видела.

— Ты рассказала ей о нашем свидании.

Я стала нервно теребить рукав свитера, обдумывая свой ответ. Я действительно рассказал Ульяне о нашем свидании, еще в понедельник утром на перерыве. Она загнала меня в угол в женском туалете, а затем долго и слезно ныла о том, что я нарушила свое обещание и не рассказала ей о своем свидании с Орловым. В вечер после свидания я лишь отправила ей короткое сообщение о том, что жива, а затем проигнорировала все входящие сообщения и звонки, избегая рассказа со всеми подробностями.

Но когда она пригрозила, что забаррикадирует нас обоих внутри туалета до той поры, пока я не поделюсь своей увлекательной историей прошедшего свидания, я сдалась.

Когда я рассказала ей о том, как хостес и официантка пытались флиртовать с Лешей, она выглядела искренне возмущенной.

Когда я рассказала Уле о том, как Леша заставил меня вслух сказать, что он сексуальный, она так громко смеялась, что мне захотелось на этом закончить свой рассказ.

Но я все же продолжила и рассказала ей о том, что теперь собиралась готовить Лешу обеды в универ на постоянной основе, что заставило ее мило улыбнуться.

А еще я рассказала, как он отвел меня в тот чудесный парк.

Но я не рассказала Уле о том, как странно ревновала Орлова к флирту других девушек, как мне было комфортно рядом с ним, отчего исчез всякий страх, как сильно мне понравилась улыбка Леши. Всё это я утаила от Ульяны и совершенно в этом не раскаивалась.

Но главное — я рассказала ей о нашем поцелуе. Тогда Ульяна завизжала так громко, что я выскочила из туалета так быстро, как только могла, и стала игнорировать ее до конца того самого дня, что было непросто, поскольку Ульяна могла быть доставучей.

Мои щеки загорелись от воспоминаний. А Леша в это время начал проявлять нетерпение. И я бы хотела солгать, но помнила последствия, которые стали бы меня ожидать за это дело.

Я затаила дыхание, а потом пролепетала:

— Она умоляла меня рассказать ей, — когда его глаза вспыхнули от раздражения, а губы сжались в тонкую линию, я тут же пошла на попятную. — Она правда умоляла меня. И она моя подруга, так что я должна была ей что-нибудь рассказать. Но я не рассказала ей всего. Клянусь!

Он посмотрел мимо меня и я увидела, как сжались его челюсти. Я прикусила губу и уронила виноватый взгляд.

— Я не должна была ей ничего рассказывать. Прости, — прошептала я