Протозанщики 2. Марш оловянных - Сергей Брацио

– Пусть идет. Пропадет, так пропадет. Сама виновата.

– Вот же бабы, – ухмыльнулся Антип, – И дьявола уговорят.

Не каждая машина увезет пятерых пассажиров, пришлось долго голосовать. Наконец, водитель Фольксваген Транспортера согласился подбросить до Ростова-на-Дону. Шофер флегматично кивнул, и компания забралась в кузов. Рустам и Волна уселись спереди.

Удобства не сравнить с самолетом. Старые сидения провалены, некоторые сняты. Израдец забрался на запаску, валяющуюся в углу, проверив водителя на принадлежность к юззи. Алена и Антип плюхнулись на рваный поролон двухместного «диванчика». Машина тронулась под звуки заунывного шансона, надсадно хрипящего в динамиках.

– Чего в Ростове-то забыли? – добродушно поинтересовался водитель у Рустама.

– Нам вообще-то Адлер нужен. Может, отвезете? – пытался пошутить татарин.

– Хорошо, отвезу, – тут же согласился шофер, – Только заправиться надо.

Ничего себе! Какая странная покладистость – по доброте душевной сделать крюк километров в шестьсот. Антип вопрошающе переглянулся с Израдцом, тот еще раз проверил шофера, но результат тот же – он не юззи. Решили отдаться на волю случая и ехать до места.

4

Адлер встретил ненавязчивым солнцем. Приятным, чуть прохладным ветерком и густым ароматом моря. Температура в восемнадцать – двадцать градусов, не совсем обычная для ноября, создавала эффект комфорта и умиротворения. Хотелось жить. И желательно именно здесь.

– Теплынь-то какая! – полной грудью вздохнул Антип, выбираясь из «Транспортера».

– Прекрасная погода, – поддержала Алена, и спросила у водителя, – Здесь всегда так в это время?

– Бывает и так, но чаще в это время прохладней. И дождей много. В этот год лето, что-то задержалось.

– Значит, в Абхазии похожая погода? Недалеко ведь?

– Ну… Там же горы. Возможно, в горах похолодней.

– Спасибо Вам большое за помощь, – протянул руку Рустам.

Купив еды в магазинчике, поесть расположились на пустом пляже. Голод, разыгравшийся дорогой, утоляли на твердой гальке, с видом на могучее, спокойное море. Волна и Рустам жевали молча, запивая пищу молодым вином, Антип зажигал блеск в глазах стаканчиком чачи, Алена сидела рядом с ним, опираясь спиной на плечо поэта. Израдец нервно ходил по берегу, бурча себе под нос и разглядывая перчатку.

– Чего дергаешься, демонюга? – Анти-поэт получал какое-то особенное удовольствие, хамя Израдцу.

– Абхазии боюсь! Мне же нельзя туда в обычное время.

– О, как! – поднялся Антип, ласково отстраняя Алену, – Почему нельзя?

– Святая земля.

– Поподробней можно?

Разговор привлек внимание приятелей. Волна и Рустам подошли ближе, а Алена расположилась за спиной Антипа. Окруженный Израдец нехотя стал рассказывать.

Абхазия – святая земля. Древние монастыри, храмы, Новый Афон. Но дело не только в этом. Главное, это та самая реликтовая, позитивная вера, о которой упоминал Руслан.

– Ага, мусульмане бухают вместе с христианами, отмечая и те, и другие праздники, – весело отозвался Антип, считая верхом толерантности взаимное винопитие.

Действительно, подобное мирное сосуществования конфессий надо еще поискать. Правда, это лишь внешние проявления, а глубинная суть в том, что абхазы, особенно в селах, не так уж отличаются друг от друга, несмотря на разные религии. В независимости от названий, склонны к традиционной абхазской вере.

Природная доброта и терпимость, позитив, аккумулированный в местности с древних времен, дает силы для защиты абхазских святынь. Ни зло, ни хитрость, ни коварство не в состоянии пройти. Ранее Израдцу никогда не удавалось прорваться в святые горы – защитники сразу вычисляли демона и отправляли восвояси.

Грузинские танки и пушки, джипы и пехота, несмотря на чудовищные поступки, так и не смогли навязать своей воли. Сколько не грохотала война, позитив остался. Коммунисты много лет пытались уничтожать святыни – и где сейчас коммунисты? А святыни по-прежнему подпитывают народ силой. Израненные, униженные, но они до сих пор трудятся на благо Добра.

Еще в советское время пытались переселять в святые места другие народы, но не приживались пришлые люди: урожай пропадал, животные гибли, хозяева частенько сходили с ума. Одни уезжали, другие приезжали, но все повторялось опять.

– Святыня, которая нам нужна, называется Лдзаа-ныха! – четко выговорил Израдец, – В Абхазии семь древних святынь. Две – Бытху и Инал – Куба – закрыты. Отдельные истории – нас они пока не интересуют. Пять снова действуют: Дыдрыпш-ныха, Лашкендар, Лдзаа-ныха, Лых-ныха и Ылыр-ныха.

– Но нужна одна? Главная? – спросил Волна.

– Главной многие считают Дыдрыпш-ныха. Именно поэтому не подходит – слишком многолюдно. Лашкендар – гора, слишком открытое место. В случае чего, сложно скрыться. Лых-ныха в одном районе с Дадрыпш, слишком близко к главному святилищу. Остается Лдзаа-ныха! Логично?

– Не знаю, – ответил Рустам, и Волна поддержал друга пожатием плеч.

– А ты, что скажешь? – Израдец обернулся к Антипу, но поэт не ответил – пространственный, размытый взгляд, плавное покачивание и, наконец, резкие взмахи головой, разгоняющие наваждение.

– Чего-то видел? – с нескрываемой улыбкой спросил Рустам, – Мы все снова умрем?

– Обязательно, но не сегодня, – пробубнил Антип, – Я видел нужное нам место!

– Где? – спросил Волна.

– Понятия не имею! Но видел, как выглядит – заросшая поляна на пригорке, окруженная какими-то круглыми площадками. Смотрел издалека, деталей не разобрал. Какие-то кругляки у поверхности, по периметру поляны. Неровные. Плохо видно – заросли очень. В середине поляны… ничего, но что-то раньше было – это чувствуется.

– Лдзаа-ныха так выглядит? – спросил Алексей у Израдца.

– Вроде нет. Поляна в лесу. Никаких кругляков. Стоит стол, утварь кое-какая и все. Насколько я знаю. Но мне же раньше ее видеть не приходилось.

– Тогда, что я видел? – недоумевал Антип, – На другие святилища не похоже?

– Святилища в лесах, да на полянах, но кругляки… Нет, не знаю. На месте разберемся!

– Ладно, так что, отправляемся в эту лдзззз… лдзаа… как там?

– Лдзаа-ныха! – по слогам выговорил демон, – План такой: придем туда, убедим жреца пропустить. Сниму перчатку – она укажет путь к Савриилу.

– Как просто, смотри-ка! – иронизировал Анти-поэт, – А что еще забыл сказать? Кто помешает? Ведь всегда кто-то должен мешать, да? Кто? Юззи? Зомби? Гномы? Мистер Фикс?

– Кто?

– Никто! – Антип отвернулся, подчеркивая недоверие к Израдцу.

– Юззи в Абхазию не войдут. Остальные и вообще выдумка. Надо просто попасть в Гагрский район и найти Лдзаа-Ныха.

– Вот так просто? – прошипел Антип, – Не верю я! С тобою просто не бывает.

– Много не бывает, но есть, – тихо произнес Волна.

– Ты о чем? – Анти-поэт обернулся к другу.

– Ну-у… например, нельзя умереть, а потом вернуться – а я вот смог! Нельзя выжить при падении самолета, а мы живы. В конце концов, осенний променад по черноморскому побережью под ручку с чертом тоже звучит очень неправдоподобно, а вот же, могу, – и,