Кубанская Конфедерация - Василий Сахаров

Наш небольшой военный совет был окончен, и, как только командиры отправились к себе, снова появился Кара, и началось радиообщение с Трабзоном и Краснодаром. Связисты зашифровали наше сообщение, и через эфир оно улетело в ведомство доктора Талата. Пока там занимались его расшифровкой и передачей в Конфедерацию, мы получили ответный пакет информации, и так тянулось два часа подряд. И турки, и наша госбезопасность полученными от нас сведениями были встревожены, пожелали нам удачи и с нашими планами в принципе согласились.

Всё это было ожидаемо, а настоящей новостью для нас стало то, что три дня назад в Босфор вошли два гражданских судна — одно из Конфедерации, а другое из Трабзона, и на них были посольства, которые должны были установить дипломатические отношения с властями Средиземноморского Альянса. Эти два небольших судёнышка не были вооружены, шли с флагами МСС, обозначающими мир, и по всем каналам на английском языке транслировали обращение о своих самых мирных намерениях. Однако их атаковали абордажные группы регулярных подразделений Альянса, они были захвачены, и связь с ними прервалась.

— Получается, что война уже началась, — сказал тогда Буров.

— Выходит, так, — с наёмником нельзя было не согласиться.

— Не передумал ещё на Средиземном море оставаться?

— Нет, и даже наоборот, укрепился в своих намерениях.

— Идеалист… — в который уже раз повторил Кара, махнул своей единственной рукой и ушёл в штаб полка.

Следующие пара дней прошли вполне спокойно, никаких тревожных вестей не поступало. Это было как затишье перед бурей, и мы, не расслабляясь, всеми доступными нам средствами готовились её встретить.

В порту Родоса с небольшой поломкой на несколько дней остановился бывший греческий эсминец класса «Флетчер», и майор Скоков уже сформировал для него команду и разработал план по его захвату. Кум с гвардейцами был готов уничтожить штаб полка и взять в плен всех местных офицеров. Игнач с пластунами нацелился на приписанные к нашему полку десантные корабли в Лимносе, а бойцы Кары, перед тем как уйти, собирались взорвать склады с боеприпасами, продовольствием и обмундированием. Оставалось только дождаться хоть какого‑то сигнала к действию. Что это будет, я не знал, может быть, весточка из родных краёв или приказ нашему полку выдвигаться к Босфору. Не важно. Какое событие случится первым, то и будет истолковано как сигнал.

Глава 9. Средиземноморский Альянс. Родос. 22.05.2064‑23.05.2064

— Игнач, — нажав на клавишу передачи сигнала, произнёс я в рацию, — на связь!

— На связи! — услышал я голос командира пластунов.

— Что у тебя?

— Из лагеря привезли семь миномётов и много боеприпасов. Имею четыре артиллерийских расчёта, так что сейчас минометы установим — и будем готовы открыть огонь.

— Отлично. Здание управы порта видишь?

— Да.

— Накрыть его сможешь?

— Без проблем.

— Будешь готов, сообщи.

— Всё понял, Мечник. Сделаем в лучшем виде.

Пристегнув коротковолновую радиостанцию на пояс, я прислонился к прохладной каменной стене и сам себе улыбнулся. Нападение Альянса на Кубанскую Конфедерацию всё же произошло. Война началась, и в этом нет ничего хорошего, но для моего отряда это случилось очень вовремя. Почему? Расскажу по порядку.

Узнав о том, что посольства Трабзона и Краснодара были захвачены в плен войсками Босфорской оперативной группировки, мой отряд стал готовиться к тому, чтобы ударить в спину зарвавшимся средиземноморцам. Однако дни летели один за другим, а ничего не происходило. Конфедерация сбрасывала сообщения, что пока всё тихо, а о том, что происходит в Альянсе, мы знали очень мало. Новостных радиопрограмм в этом государственном образовании не было в принципе, а извещать наёмников о последних событиях наши наниматели считали излишним.

Так минуло пять дней, и однажды, когда мои воины бегали по полигону и отрабатывали работу в подгруппах при атаке укреплённой оборонительной позиции, ко мне подошёл командир Сербского батальона Бранко Никшич. В последние дни мы с ним практически не общались. Мне как‑то не до того, к прорыву с вражеской территории готовлюсь, да и у него своих забот хватает.

Комбат сербов, крепкий и сильный мужчина лет под сорок, высокий брюнет с роскошными волосами до плеч, глаза голубые, одет в тёмно‑зелёный полевой камуфляж, а обут в высокие рыжие берцы. В общем, личность уже сама по себе запоминающаяся, но есть ещё один небольшой штришок — золотая серьга в мочке левого уха. По жизни весёлый человек, с товарищами и своими бойцами может шутить и смеяться часами, и в то же самое время чрезвычайно жесток к врагам. Не раз уже с ним выпивал накоротке, многое о нём знаю и отношусь к нему хорошо. Но бдительности я не ослабляю, поскольку Бранко Никшич может быть непредсказуем и, если посчитает, что я веду двойную игру или чем‑то его оскорбил, может затаить зло.

Я стоял на небольшой высотке и в бинокль наблюдал за своими бойцами. Серб остановился рядом, с полминуты помолчал и задал вопрос, которого я от него никак не ожидал:

— Чего вы ждёте, Саша?

— Не понял? — Я опустил бинокль и повернулся к Никитичу. — О чём ты, Бранко?

— Почему вы ещё не свалили с острова?

— А с чего ты взял, что мы должны куда‑то свалить?

— Не надо, — серб поморщился, — не юли. Это солдаты Альянса не видят, что вокруг них происходит, а мои парни всё подмечают, так что ваши сборы, внимание к штабу полка и разведка в порту незамеченными не остались. Мне кажется, что вы хотите покинуть территорию Средиземноморского Альянса, и не просто так, а с шумом и грохотом. Мои догадки верны?

Поколебавшись, я ответил честно:

— Да.

— Почему?

— Альянс готовится напасть на нашу страну, а для нас Родина — это святое. Как только средиземноморцы нанесут свой удар, так и мы медлить не станем.

— Понимаю вас, и намерение ваше одобряю.

— Ты не будешь нам мешать?

— Нет, не буду, но за это мне нужна моя доля в кораблях и снаряжении, которые мы у Альянса захватим.

— Это получается…

— Да‑да, — усмехнулся Никшич, — получается, что я с вами. Не нравится мне здесь, и надо покидать эту службу.

— Сколько ты хочешь?

— Половину всего, что мы захватим. За это мой батальон нейтрализует македонцев и турок. Они за контракт с Альянсом крепко держатся, и с ними договориться сложно. Кроме того, могу взять на себя захват полковых складов.

— Значит, отныне мы союзники? — Я протянул ему руку.