Хулиган. Его тихоня - Эла Герс

Слишком давно.

Слишком давно я это чувствовал в последний раз.

И слишком, блять, долго для такого парня, как я.

Она снова застонала и эта вибрация прошла от моего языка прямо до моего члена.

Бля-я-я!

Мои руки обхватили ее сзади и приподняли, оторвав от земли. Ее ноги тут же обвили мои бедра, вплотную прижимаясь к моему твердому телу. Я продолжил целовать ее, вырывая из нее нетерпеливые всхлипы, и понес ее к кровати.

Положив Ксюшу, я забрался на кровать и навис над ней. Но она оттолкнула меня от себя, чтобы стянуть через голову платье и обнажить сексуальный черный бюстгальтер и трусики. Сделав то, что хотела, она снова притянула меня вниз, к своему телу.

Я уперся руками по обе стороны от Ксюши, чтобы не упасть на нее. Из моего горла вырвался стон восхищения, когда я посмотрел вниз, на ее тело. Я не мог оторвать взгляда от каждого сантиметра ее тела, как и не мог оторвать свою руку от ее нежной обнаженной кожи.

Я скользнул по верхней части ее груди. Провел по ее мягкому животу. Размял ее притягательные бедра.

Она была совершенна.

Само совершенство.

Ксюша схватила подол моей футболки, потянув его наверх, и я подавил смех.

Моя девушка начала проявлять нетерпение.

Я позволил Ксюше снять с меня футболку, но прежде чем ее руки добрались до верха моих джинсов, я приник к ее рту, проникнув своим языком в ее рот и начав ритмично им двигать.

Я поставил одну из своих ног между ее бедер, прижавшись к ее центру и заставив ее задохнуться. Тяжело дыша, она потерлась об меня и мой член дернулся в ответ на ее нетерпеливые действия.

Оторвавшись от ее губ, я начал осыпать поцелуями ее шею, проводя рукой по ее трепещущему телу, спускаясь вниз к ее трусикам.

И я почувствовал влажность.

Коснулся промокшей насквозь ткани.

И я едва не кончил от одного лишь ощущения ее возбуждения.

Я пытался восстановить контроль. Но мои губы и руки отказывались повиноваться голосу разума.

Вскоре ее бюстгальтер уже лежал на полу, а моя рука сжала ее грудь. Она издала стон удовольствия и беспокойно задвигалась подо мной.

Моя голова опустилась ниже и я начал водить языком по ее соску, облизывая его до тех пор, пока он не стал твердым и напряженным, а затем взял его в рот.

— О Боже! — Ксюша шумно вдохнула и вцепилась в мои плечи.

Закончив с ее затвердевшими от возбуждения сосками, я накрыл их своей грудью и захватил ее рот в долгий обжигающий поцелуй, в то время как моя рука скользнула под ее трусики. Средним пальцем я надавил на ее набухший и пульсирующий клитор, отчего Ксюша вздрогнула и затрепетала, как бабочка, оказавшаяся пригвожденной иглой к бумаге.

— Леша, — выдохнула она мне в губы. — О Боже, Леша…

Ее тело напряглось и мне пришлось разорвать поцелуй.

— Расслабься, Ксюша, — пробормотал я. — Не бойся. Двигайся вместе со мной.

Она прикусила нижнюю губу и кивнула. Я провел пальцем вверх-вниз и она со вздохом закрыла глаза. Ее бедра начали работать вместе с моей рукой, двигаясь вперед и назад. Ее шея выгнулась дугой, а дыхание стало прерывистым и возбужденным.

Ее губы искали мои, но я сопротивлялся, зачарованный выражением удовольствия на ее лице.

Затем она неудержимо забилась под моей рукой и я перехватил ее вздох ртом. Она издала хриплый сдавленный стон, ее тело задрожало и она крепко прижалась ко мне.

И этот стон заставил меня полностью потерять контроль над собой, потеряв всякие остатки самообладания.

Я больше не мог ждать.

Зацепив ее трусики, я сорвал их с ее ног. Быстро рванув молнию на джинсах, я высвободил свою набухшую, ноющую эрекцию. Глаза Ксюши округлились, когда она увидела мой член, и ее неуверенные легкие пальчики потянулись к нему.

Ее прикосновение было подобно разряду электрического тока по моей коже. Мышцы живота напряглись и я застонал, закатив глаза, когда ее рука сомкнулась вокруг члена и сжала его.

И я больше не был в силах сдерживаться.

С рычанием я раздвинул ее ноги шире и расположился прямо между ними. Я схватил ее за бедра и приподнял их. Затем я уткнулся в ее истекающую промежность и медленно вошел в нее.

Твою мать… Она была невероятно горячей и мокрой для меня.

Блять!

Ксюша крепко прижалась ко мне, шумно вдыхая воздух.

Я вошел чуть глубже и…

И тут я почувствовал это.

Ее плотность.

И вот так просто я протрезвел от осознания происходящего.

— Леш? — прошептала Ксюша, когда я не пошевелился, так и замерев. — Что случилось?

А затем раздался стук в дверь.

Взгляд Ксюши метнулся к двери и на ее лице отчетливо отразилась паника. Я выпрямился и спрыгнул с кровати. Быстро поднял одежду Ксюши и протянул ее ей.

— Одевайся, — пробормотал я, натягивая джинсы, застегивая молнию и надевая футболку. — Поторопись.

Стук возобновился. На этот раз прозвучал более настойчиво. Как только Ксюша оделась, я подошел к двери, повернул ручку и распахнул ее.

Градова уставилась на меня, сжав руки в маленькие кулачки.

— Где Ксюша? — немедленно спросила она, с требовательной интонацией.

Сжав челюсти, я указал большим пальцем за спину и она протиснулась мимо меня. Проведя рукой по волосам, я оперся рукой о дверной косяк и вздохнул.

— Т-Таня? — Ксюша, видимо, была сильно шокирована появлением подруги.

— Сейчас будут запускать фейерверк. Ты, кажется, говорила, что любишь фейерверки.

— Череп запускает?

— Сама не могу в это поверить. Этот парень довольно показушный. Подвинься, Орлов.

Оглянувшись через плечо, я увидел позади себя Таню, которая все еще прожигала меня ненавистным взглядом и крепко сжимала запястье Ксюши. Я отошел в сторону и Градова потащила мою девушку за дверь. Ксюша обернулась и посмотрела на меня, шагая за подругой, дезориентированная и растерянная. Уже спускаясь по лестнице, она что-то пробормотала Градовой.

Блять, это было близко.

Я поднял руку, чтобы помассировать виски.

Слишком близко.

Я вновь подошел к окну. Мне срочно нужно было выпить. Я схватил бутылку, которую держал в руках, когда Ксюша нашла меня, и одним глотком выпил ее содержимое до дна.

Слава богу, появилась Градова.

Обычно, если кто-то беспокоил меня, пока я трахался, я разбивал им морды.

Но сейчас я думал только о том, как вовремя она заявилась, успев меня остановить.

Потому что я уже, итак, забрал ее сердце.

Я не мог лишить ее еще и девственности.

Я оперся руками о подоконник и посмотрел вниз, на