Протозанщики 2. Марш оловянных - Сергей Брацио

– Выходите, попробуем договориться, – устало объявил осажденным Белый, – Палач первым, остальные следом!

Вместо ответа в окно вылетел массивный деревянный табурет. Стекло, звеня тысячами осколков, картечью осыпало Ждана.

– Ответ неправильный, – вздохнул офицер, жестом отдавая богатырю приказ.

Дубина с грохотом обрушилась на дверь, превращая в щепу и оружие, и жертву. Ждан с голыми руками ворвался внутрь, казаки забежали следом. Несколько секунд слышалась возня – хлопок! – и на улицу потек поток арестованных: пятнадцать грязных оборванцев, с руками, связанными за спинами.

Первым вышел низенький мужичок, с клочковатой бородкой. Грязная рубаха свисала до пят, прикрывая ноги изорванным рубищем. Один глаз неподвижно смотрел вперед, закрытый тошнотворным бельмом. Второй, не переставая вращаться, с ненавистью оглядывал собравшихся. Ждан подтолкнул старичка в спину и приблизился к Михаилу.

– Дай-ка угадаю, – прервал Белый, открывшего рот здоровяка, – Палач свалил. Остальные быстро сдались?

Ждан кивнул. Огромная лапа упала на плечо друга.

– По одному и тому же сценарию, – вздохнул великан.

– Тоска. Ведем к Андрею – пусть решает.

– Давайте, кретины, тащите на плаху! – злобно заверещал мужичок, сплевывая под ноги Михаилу.

– Была бы плаха – оттащил бы, – огрызнулся Белый, – В Больничку вас, в Больничку! А что дальше…

– Дальше окажемся с друзьями! – кричал оборванец, – Пусть в беде, но вместе!

– Думаешь, там лучше? – флегматично пожал плечами Михаил.

– Там честно, – огрызнулся старичок, – А здесь сплошное вранье. Как вы могли, сволочи, унизить наш Мир?!! Во что превратили его, скоты?!

– В правду! – резко заявил офицер, – В место, где больше нет лжи! Где сами управляем событиями, а не подчиняемся наветам Савриила.

– Засунь себе свою правду… Мы жили в мире и красоте! Любили, трудились, радовались. Создавали Мир сами – работали не покладая рук. А что сейчас? Разруха, ненависть, боль! Да будьте вы…

– Закрой рот! – взревел Михаил, хватая мужичка за грудки, – Если бы работали, а не строил козни, может и жили бы лучше.

– Ну, его, – спокойно ответил Ждан, прикасаясь к руке друга, – Все говорят одно и то же. Иногда и я задумываюсь. Ну, да ладно. Пойдем искать Андрея.

Наместника нашли не сразу. Долго выискивали по закоулкам, но Андрей как сквозь землю провалился. Разослали казачков, и через час поисков один вернулся с новостями: Истинный расположился в бывшем доме Волны. Огромный коттедж, или, как его называл Алексей, замок, по непонятной причине сохранился после ухода хозяина из Меди.

Большой дом одряхлел. Словно прошлись по зданию века бесхозяйственности: окна выбиты, дубовая дверь валяется на груде мусора. Кирпичные стены все еще стояли ровно, выдерживая атаки времени, но плети плюща расползись по красному телу. Впились в швы, и по камушку, по песчинке разрушали могучее здание.

Озера заболотилось, запаршивело. Сухой камыш, пожелтевший и прелый, по-змеиному шипел на ветру, отбрасывая тень на мутную воду. Песчаный пляж переродился в зловонный ил, истоптанный чьими-то копытами.

– Сколько лет-то прошло? – Михаил аккуратно взял Ждана за локоть.

– Время тут не при чем…

Андрея нашли в гостиной. Наместник умирающего Мира сидел в порванном кресле, привычно опустив голову на руки.

– Депрессий нам только и не хватает! – с порога заявил Белый, – Что случилось?

– Не время для депрессий – я согласен,

и просто кое-что хочу понять… – ответил Андрей, —

Вот и решил подумать в тихом месте,

но вы меня и здесь смогли найти!

– Ну, извини, что помешали «медитировать». Дела, знаешь ли! Поймали очередных. Нужен суд.

– Глупцов успеем адом «осчастливить», – отмахнулся Истинный, —

Раз уж вы здесь, то покажу вам то,

что давеча увидел, но не знаю,

как к этому нам надо отнестись.

Андрей жестом указал на телевизор. Вездесущий плющ добрался и до техники, но экран светился – на нем застыли образы Волны, Антипа, Рустама и Израдца. Рядом стояла девушка-стюардесса, судя по позе, предлагающая напитки.

– Ого! – подпрыгнул Михаил, – Какая прелесть! Фото?

– Картина не застыла перед нами,

она лишь крайне медленно живет,

ведь время все еще у нас разнится,

поэтому замедленный показ.

– Так у нас есть связь?! – радостно закричал Ждан.

– Вот в этом и таится закавыка…

Я опасаюсь, что такая связь,

есть просто наважденье Савриила,

чтоб помешать движению друзей.

Откуда взяться оловянной связи?

Кто здесь оттуда? Кто здесь проводник?

– Израдец?..

– А зачем демон бабу душит? – возмутился Ждан, указывая на экран.

– Кто его знает, он же черт, – пожал плечами Михаил, – Почему же раньше видели в нормальной скорости, а сейчас нет? Ведь время всегда разнилось?

Время. Странная величина отсчитывающая существование. Соотношение минут всегда было непонятно протозанщикам: то они двигались синхронно, то Медный Мир начинал торопиться, обгоняя Олово. Время не подотчетно Наместнику, им управляет «Олимп», но что означает постоянно меняющееся соотношение? Время подстраивается под необходимость или здесь что-то иное?

Когда Андрей обнаружил коттедж, телевизор показывал неподвижную картинку. Через несколько часов стало ясно, что движение есть, просто очень медленное. Теперь смена «кадров» стала заметнее. Соотношение времен опять меняется.

– Давайте станем смотреть по очереди, – предложил Белый, – Андрею надо делом заняться, да и отдохнуть не помешает.

Первым дежурил Михаил. Телевизор показал странные кадры: Израдца, издевающегося над стюардессой, Рустама, наблюдающего со стороны, и Антипа, хохочущего и опорожняющего бутылки. Волна не участвовал в общем «веселье» – сидел погруженный в мысли.

Следующим на вахту встал Ждан. Переговорив с Белым, богатырь уселся в кресло, заставив его натужно скрипнуть. Михаил еще не успел уйти, когда появились Андрей с Русланом и моложавым есаулом. Парень остался в дверях, занимая сторожевой пост.

– Привет, – произнес Золотой Воин, оставаясь в образе взрослого, – Рад видеть. Что нового по телевизору?

– Особо ничего, – доложил Михаил-Белый, – Сидят, пьют, бабу душат.

– Что?

– Израдец развлекается, – отмахнулся офицер.

– БЕЗГО́ДИЕ! – неожиданно вскрикнул Ждан, и, схватив за руку Михаила, повторил, указывая на экран, – Беда!

Изображение изменилось! На лицах пассажиров замер ужас, салон наполнился застывшими в падении предметами, а протозанщики и стюардесса направились в кабину. Голосов не слышно, но по лицам видно, что в салоне царит паника. Самолет летит к земле.

– Разобьются же! – вскрикнул Руслан.

Протозанщики уставились на Андрея, но Истинный молчал. Картинка на экране ожила: пока не набрала полной скорости, но плавные, замедленные движения стали еще заметнее. Зародился низкий, басовый гул расплывчатых голосов.

– Андрей?! – вскрикнул Ждан, выводя Истинного из оцепенения.

– Я знаю, понимаю, что хотите…

Но если виденное нами ложь,

и образ соткан злобой Савриила,

То выполним желание врага!

– А если нет? – закричал Руслан, – А если правда? И самолет разобьется?

Времени мало. Выбор опасный. Если позволить самолету разбиться, то весь план сорвется. Если попытаться спасти оловянных, а картинка окажется наваждением Савриила,