Перекресток прошлого: Холод войны - Даниил Витальевич Протасов

Покинув монастырь, мы побежали вниз по снежному склону, чтобы спуститься к пруду. Отсюда нам открывалась по-настоящему адскую картину. Вдалеке перед нами представала жуткая панорама горящего, полуразрушенного города, охваченный пламенем и страхом, чьи черные столбы дыма вздымались и покрывали собой мрачное темное небо, по которому словно рой пчел, кружили немецкие самолеты, сея под собой смерть и разрушения. Некогда тихий городок теперь сотрясался от воя сирен, оглушительного рокота самолетов, от постоянных взрывов бомб, от выстрелов советских зениток, что в небольшом количестве отстреливали наступающую авиацию, и нечеловеческих криков, кричащих по всему городу.

«О бог мой!» – в шоке говорила я, осознавая, что от окружающей какофоний звуков, я даже мысли свои слышала с трудом: – «Я за всю свою жизнь не видела более страшного зрелища, как будто я оказалось в одном из самых страшных кошмаров, и все никак не могу проснуться»

Нам же в этой ситуаций ничего не оставалось кроме как бежать. И мы все бежали и бежали, усталые, напуганные, в глупой надежде, на то, что у Зинаиды, мы найдем хоть какую-то безопасность, как и находили все то время, что мы тут пробыли. Видимо мы уже инстинктивно видели в этом доме, островок безопасности, хотя где сейчас могло быть по-настоящему безопасно?

Мы пробежали вдоль пруда и выбежали к жилым улицам, где самолично увидели, что немецкие самолеты, за столь короткое время, сотворили с городом. Многие дома были разрушены до основания или поглощены огнем, большинство их хозяев, либо погибло, либо сбежало. Но некоторые из них оказались завалены в своих жилищах или же лежали раненные на улицах. С разных концов улиц до нас доносились крики, мольбы о помощи. Это все приводило нас в ужас. Мне так было жалко этих людей и глубоко в душе мне хотелось помочь, но Робин не давал мне даже подумать о том, чтобы остановиться, без конца, подталкивая меня вперед.

«Мы сейчас все равно помочь им ничем не сможем!» – коротко бросил он мне.

И хотя я довольно часто не соглашалась с Робином, в данном случае я была с ним полностью согласна. В этот момент у меня как никогда прежде, появилось осознания, того насколько же мы все-таки ничтожные. Просто маленькие жалкие людишки посреди бушующей стихий, что сейчас сметает этот город, и мы никак не можем ей сопротивляться и ничего не можем ей противопоставить, все, что нам остается лишь бежать, прятаться и надеяться на то, что нам повезет остаться в живых.

– Это просто немыслимо! – донесся до меня шокированный голос Димы, когда мы промчались мимо трупа, чье тело разнесло на части, упавшей на него бомбой. Его конечности разлетелись на много метров от места падения, а туловище превратилось в труху, вокруг которого теперь летали стаи мух. Запах от тела был просто отвратительным и меня, наверное, снова стошнило, если бы я уже не привыкла смотреть на изуродованные тела в больницы, а вот Диме на это смотреть было намного сложнее. Я видела, как его начало скрючивать от омерзения и страха, и еще немного и его наверняка бы вырвало, но Робин вовремя закрыл расчлененное тело своей спинной.

– Это какой-то ад! – с выпученными от испуга глазами говорил ему Дима – Мы здесь все умрем!

Тогда Робин схватил его за воротки и строгим тоном сказал:

– Мы не умрем Дмитрий, ты слышишь!

– Но эти самолеты, они повсюду! – в страхе говорил он, смотря на небо – Нам от них не спрятаться!

– Мы спрячемся в подвале дома, слышишь?! Там мы будем в безопасности! Главное действовать разумно и не поддаваться панике, вспомни ты же ученный? Мы должны мыслить конструктивно при любых обстоятельствах!

Кажется, его слова вразумили Диму, и к нему вернулось самообладание:

– Да, да ты прав, нельзя поддаваться к страху – согласился он – Прости, я не знаю, что на меня нашло.

– Ничего страшного, а теперь бежим, нам осталось совсем немного – сказал Робин, видя на горизонте вновь приближающийся самолет.

Но вскоре я стала понемногу выдыхаться после столь долгого непрекращающегося бега, и начала уставать. Я знала, что мы уже совсем близко к дому и понимала, что сейчас на кону стоят наши жизнь, но как я не старалась, мои силы подходили к концу. И хотя я не смела, останавливаться, и продолжала бежать из последних сил, но стала сильно отставать от Робина и Димы, которые уже успели вырваться вперед, а мне оставалось лишь плестись позади них, и это сыграло со мною злую шутку. Ведь когда до дома нам оставалось всего пара улиц, над нашими головами снова пронесся, этот жуткий звук пролетающего самолета и в ту же секунду перед моими глазами упала бомба, в считанных метрах от меня.

Я с ужасом смотрела, как бомба с мерзким свистом достигла земли и взорвалась, оставив после себя небольшой кратер, а меня на несколько метров, откинуло взрывной волной.

Затем все было как в тумане. Я очнулась в каком-то снежном сугробе. Я почувствовала, что совсем потеряла ориентацию в пространстве, голова жутко кружилась и раскалывалась, в глазах все плыло, а в ушах стоял противный пищащий звук, заглушивший все вокруг. Когда же Робин и Дима, нашли меня и растерянно склонились надо мной, я поняла, что у меня в глазах двоилось.

– Валерия, ты цела?! – обеспокоенно спросил Робин, я едва могла расслышать его голос из-за этого гула в ушах, создавалось ощущение, что он доносился откуда-то издалека.

Но у меня совершенно не было сил что-либо ответить, и я смогла лишь открыть рот и молча наблюдать за ними.

– Крови нет, кажется, она не ранена – сообщил Дима, бегло осмотрев меня.

Затем Робин пощелкал пальцами перед моим лицом, наблюдая за моим взглядом:

– Похоже, у нее контузия, сама она идти не сможет – заключил он.

– Черт, вот не вовремя – сказал Дима.

– Нужно донести ее – сказал Робин, неуверенно обхватывая меня руками и приподнимая над землей.

Но тут внезапно к нам подскочил, внезапно появившийся Артемий:

– Роман, Дмитрий, наконец-то вы здесь, мы уже боялись как бы с вами, что не случилось – обеспокоенно сказал он.

– Артемий, а что вы здесь делаете? – удивленно спросил Робин.

– Да вот мы с семьей и Александрой уже собрали вещи и готовились пойти к автобусу… – сказал он, показывая куда-то вдаль, вероятно там стояла его семья – …но стоило нам только переступить порог дома, и пройти на соседнюю улицу, как в небе