Клетка для лжецов - Сия Кейс

“Вот оно как” — подумала Лорента. Скорее всего, остальные Хранители придерживаются того же мнения. Бастард для них — не более чем временное пристанище, ни о какой верности его делу тут не шло и речи.

— Он говорил вам, чего хочет? Он искал Клетку по всей системе, а отец Ная…

— Этот Най, — Перебила бабушка, — Кто он?

Лорента понадеялась, что ее лицо не выдало смущения непрошенным румянцем.

— Ученый, — Незамедлительно отчеканила она, — Работает в музее на двадцать четвертой. Он специалист по нефриту. А ты что, знала его отца?

Обсуждать с бабушкой их с Наем отношения она пока что была не готова.

— Нет. Но освободитель считает, что его разработки помогут нам использовать Триаду с максимальной пользой.

— Использовать? — Нахмурилась Лорента.

— Наша Клетка может приносить пользу всем нуждающимся.

Честно говоря, это напоминало красивую, но не особо складную сказку.

— Он считает, что это возможно? Хочет пускать к ней всех подряд?

— Держать ее у себя тоже не выход, — Бабушка проигнорировала недоверчивый тон Лоренты, — Ни мне, ни твоим родителям она не принесла счастья.

— И ты думаешь, что отдав ее ему, сможешь кому-то помочь? — Лорента не верила, что это слова Изольды Фелиссен — самой проницательной и мудрой женщины на свете, — По-моему, этим ты поможешь только Бастарду. Ты только представь, какую власть он получит, когда подчинит себе всю Триаду!

— Даже если это и так, — Бабушка строго поджала губы, — Мне до этого нет никакого дела. Я не собираюсь мешать освободителю в его замыслах. Император и его прихвостни, если ты не забыла, нам не друзья.

Теперь Лорента снова узнавала в этих словах свою бабушку — твердую, жесткую и категоричную. Спорить с ней не было смысла, тем более, что она была права — уж кому, как не им точить зуб на императора.

И все же скользкая нить сомнений опутала ее душу и не давала полностью довериться Бастарду. Всю дорогу обратно девушка пыталась загнать это ощущение поглубже — как-никак, ей уже ничего не поделать с тем, что случилось. Может, в личном разговоре с Бастардом она и смогла бы разузнать что-то важное, но пока его не предвиделось, ей оставалось довольствоваться мнением бабушки.

Впрочем, личный разговор обещал настигнуть Лоренту гораздо раньше, чем она ожидала — мятежник в компании Ная встретился им прямо у входа в досуговый зал. Ученый за это время успел выцепить где-то неприглядный серый сюртук, который, разумеется, был слегка ему великоват, и выглядел потерянным и сосредоточенным одновременно.

— Ну что, леди Лорента, — Обратился к девушке Бастард, — Уже успели освоиться?

— Разве что немного, — Лорента придала лицу самое невинное выражение, на какое только была способна.

— Что ж, не буду торопить, — Бастард натянуто улыбнулся и распахнул дверь в досуговый зал, пропуская вперед своих спутников.

Хранители по-прежнему занимались своими делами — кто-то музицировал, кто-то просто беседовал за чашкой чая. Впрочем, стоило Бастарду войти, как все аристократы мгновенно оставили свои дела и повернулись к нему — всё потому, что мятежник всем своим видом показывал, что собрался говорить. Он застыл почти на пороге, широко расставив ноги и сцепив руки в перчатках за спиной:

— Господа, рад всех вас приветствовать! Имею честь представить вам леди Лоренту — наследницу славного рода Фелиссен, несправедливо лишенную той жизни и той судьбы, которую она заслуживала по праву рождения.

Лорента опешила. Именно эти слова она жаждала услышать всю жизнь — и меньше всего она ожидала их от смутьяна и мятежника.

Хотя какое это имеет значение, когда люди, что находились в зале, были именно тем обществом, в которое она мечтала вернуться.

Бастард, по сути, ведь и сам один из них — на его знамени красовался дворянский герб, а в псевдониме крылась горечь изгнания. Кому, как не ему, понимать все то, через что пришлось пройти им с бабушкой?

— Надеюсь, вы уже имели честь пообщаться с ней, — Продолжил Бастард, обернувшись к Лоренте и пригласив ее встать рядом с ним. Девушка отыскала одобряющий взгляд бабушки и только тогда подчинилась.

— Конечно! — Заявила одна из дам, госпожа Келси, кажется, — Большая радость видеть внучку Изольды целой и невредимой!

— Поздравляю. Теперь вы одна из нас, — Бастард склонил голову к Лоренте. Вблизи он выглядел чуть старше, чем показался девушке поначалу, но это ничуть его не портило. Смыть бы еще эти дурацкие полосы… — Аплодисменты прекрасной Хранительнице!

И все стали хлопать. Лорента никогда не ощущала ничего подобного — она словно оторвалась от земли и поднялась в воздух. Эти люди — благородные, образованные, прекрасные — чествовали ее, как одну из них, как равную, просто за то, что она есть. Больше не надо было притворяться, называться чужими именами и ухитряться удивить их. Оставалось просто быть собой.

Девушка почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

— Я не сомневаюсь, что леди Лорента поддержит все наши начинания, — Рука в перчатке мягко легла ей на плечо, — И докажет свою верность делу освобождения.

Слова Бастарда звучали как в тумане. Сквозь пелену слез девушка видела только его лицо и чуть неровную улыбку.

— Да, — Кивнула она, — Докажу.

Ей хотелось растянуть этот момент до бесконечности и перемотать его как можно быстрее одновременно. Как бы то ни было, он закончился — Бастард отпустил ее, и Лорента обессиленно опустилась в одно из кресел, пока со всех сторон ее обступили те дворяне, что еще не успели познакомиться и расспросить ее обо всем, что их интересовало.

— А это правда, что вы закончили юридическую академию и работали в адвокатской конторе? Должно быть, это страшная скука, — Допытывалась мадам Сантье, давняя знакомая бабушки.

— Вы видели гибель Чарли Алмаза? Как это случилось? — Вопрошал другой голос, на этот раз мужской.

Все их вопросы путались в голове и не давали сосредоточиться ни на одном из них. Лорента еще никогда не чувствовала себя такой уставшей — даже после боя с каторжанами на “Алмазе”.

— Нам надо поговорить, — Вырвался из потока вопросов другой голос — ясный и резкий, знакомый и далекий одновременно.

Лорента подняла к нему голову. Най возвышался над ее креслом с таким решительным видом, словно в случае отказа схватил бы ее на руки и силком вынес из зала. Впрочем, этого не понадобилось — Лорента встала сама.

— Прошу меня простить, — Обернулась она к новым знакомым, — Пару минут.

Най почти пулей вылетел из зала, а в коридоре стал оглядываться по сторонам так, словно думал, что к нему прикованы взгляды всей