Любовь оставляет отпечатки - Лена Коро

– Я уже выпила свою чашку.

– Кофе много не бывает, – попыталась шутить Надежда, будучи уверенной, что этим закончит неприятный для ее соседки разговор. Но не тут-то было. Вдруг, оторвавшись от книжки, Лина подбросила дровишек.

– Самый ужасный кофе, который я пила, путешествуя по миру, – это в Копенгагене. Жидкий и невкусный. Поэтому, друзья, давайте порадуемся, что у нас в автобусе он почти спешелти. Кому принести?

* * *

– Лин, давай в Бремен рванем, – Надежда задержалась у багажника автобуса, избегая демонстрировать всему честному народу свой перевязанный скотчем баул. – Когда еще будет шанс?

– Подожди, надо в номер загрузиться. И посмотреть, насколько мы далеко от Бёттхерштрассе. Ты же туда хочешь? – Лина стояла рядом, на парковке, вглядываясь в вывеску отеля. – Такое впечатление, что мы не совсем в центре. Вот Ловииса освободится, спросим.

Подружки потрусили к дверям скромного, но внешне вполне современного отеля. Получив ключи, зашли в лифт, который оказался без внутренних створок.

– Господи, это что? Почему дверей нет? – отпрянув от входа, заныла Надежда. – Точно Ловииса сказала – бюджетный вариант.

– Она имела в виду не лифт. А то, что туалет на улице, – улыбнулась Лина.

– Нет, ты шутишь. Прямо на улицу надо будет идти?

– Юмор. В комнате у тебя только раковина будет. Все остальное – по коридору налево. Или направо.

Номер, вопреки самым плохим ожиданиям, Надежде понравился. Очень маленький, две кровати и стол. Но светлый, с новой мебелью, не замызганный.

– Слава Богу, что хоть это не разочаровало. Давай распакуемся, и можно попробовать до темна увидеть осла, кота и петуха.

– Ты располагайся, а я в туалет. Заодно проверю, где номер наших соседей.

– Зачем?

– Если повезет, приглашу их прогуляться с нами.

– Надя, так нельзя. Мало того, что ты играешь с огнем, ты еще и пытаешься манипулировать. Чужим мужчиной, между прочим.

– Все нормальные особи, когда хотят завлечь противоположный пол, манипулируют. Кто-то пользуется внешностью, кто-то обеспеченностью, а кто-то и возможностью быть другом.

– То есть ты хочешь быть Никите просто другом?

– Это уж как получится. Но ты же видишь, жена ему не товарищ.

– Как ты это определила?

– Они не разговаривают. От слова «вообще». Он по отношению к ней просто рав-но-ду-шен.

– Может, поссорились перед поездкой.

– Слушай, ты какая-то странная. Защищаешь Веру?

– Нет, просто супруги могут не общаться на людях по разным причинам. Плюсом к ссоре можно предположить, что у них в паре это дело обычное. И предтеча, между прочим, как раз манипуляция. Может, Вера, чтобы заманить Никиту в сети, поначалу все обязанности, все решения брала на себя. И он эту заботу оценил. Так и потекло у них в семье. Она делает, он принимает.

– Не пыли. Ты же его видишь. Не похож он на мужика, который купился на легкую жизнь под крылом женщины. Тут скорее ситуация, когда она ему стала неинтересна. Включи-ка память. Чему нас учили? Сначала женщина в сексе перестает быть желанной, затем это распространяется на другие сферы. Ты же заметила, что он не ловит ее настроение, не слышит, что она говорит, на экскурсии и вовсе порознь.

– Это тебе выгодно сейчас так думать.

– Могу доказать эмпирическим путем. Если у Никиты окажется какое-то хобби типа рыбалки, которое не подразумевает участия жены, он большую часть времени проводит вне дома.

То есть стремится как можно меньше ее видеть. И это от равнодушия. Которое не лечится.

Увы.

– Надя, ну если и так, о чем это говорит? Только о том, что ему не нужно совместное времяпрепровождение. Тем не менее мы видим – они вдвоем поехали в Париж. Значит, не все в отношениях потеряно. Еще.

– Ох, Линка, ты опровергаешь, но доводы-то слабенькие. Ты словно поп на паперти, который в Бога не верит. Их узы совместная поездка не спасет. Это теория, подтвержденная многолетней практикой. Если люди могут сутками находиться вместе, но при этом перекидываются всего лишь парой пустяковых фраз, кто-то из них уже из отношений вышел. Даже без официального развода. Думаю, перед нами как раз такой случай. И тогда мой интерес к Никите ей тормозить нечем. А тебе – незачем.

Лина замолчала, так как решила, что пока Надежду мало что убедит. Она сосредоточилась на логистике перемещения по Бремену.

– Давай поедем трамвайчиком. Заодно посмотрим окрестности.

– А билеты сумеешь купить?

– Германия не Швеция. Здесь все проще. У водителя или просто в салоне карточкой. Так что собирайся, поужинаем в городе. Соскучилась по колбаскам, да и штоллен только у немцев правильный.

– Ты, я вижу, не просто так один кофе жучила. Голодала, можно сказать, чтобы в Германии налопаться.

– Тебе-то что переживать? Твоей фигуре кекс с изюмом не угроза. Обратно можно будет прогуляться.

– Думаешь, недалеко?

– Меньше пяти километров. Надо двигаться. Два дня сидели сиднем.

* * *

Надежда с удовольствием потягивала необычный для себя напиток. «Если не понравится, сама будешь пить», – фыркнула она в ответ на настойчивое предложение Лины заказать моккачино. Но, получив огромную чашку горячего и ароматного кофе, успокоилась – организм нуждался в обогреве. Прогулка по Шнору – старинному кварталу в центре Бремена – оказалась затяжной. Хотелось посмотреть и то, и это. Полчаса ждали бой музыкальных часов. Замерзли. Заскочили в знаменитый «Шпицен Гебель», однако пиво не согрело. Понравилась атмосфера бара. Хотелось балдеть в этом шумном и прокуренном мире подольше. Но наступивший вечер снова выгнал на холод.

Двинулись обратно к отелю пешком, хотя Надежда готова была запроситься на транспорт. Лина почувствовала колебания подруги, и тут же пообещала зайти в очень уютный «буфет», где можно перекусить с горячими напитками. Шли быстро, но Надежде казалось, что петляние по закоулкам старого города бесконечно. Видимо, Лина искала определенное место, потому что несколько раз, заходя в тесные улочки, поворачивала обратно. Наконец, отчаявшись возбудить память, достала мобильник и включила навигатор. И уже через несколько минут остановилась у маленького кафе.

– Это здесь, – сказала довольная.

– Ну, рассказывай, – немного отогревшись, начала Надежда. Ей не терпелось понять, зачем они искали именно это скромное заведение, когда кругом полно ресторанов. Понятно, что подруга в Бремене бывала и раньше, хотя и наскоками, экскурсионно. Могла и не сориентироваться. Но она явно хотела попасть именно сюда.

– Какая ты проницательная, – Лина со смаком жевала штоллен. Прищурилась, что выдало сомнение – говорить о чем-то тайном или нет. – В самом деле, я искала это