Любовь оставляет отпечатки - Лена Коро

И Надежда вновь обратилась к теме погасшего брака. Сначала она перечислила доводы, по которым заключила, что семья ее визави уже разрушена. Сюда вошла уже упомянутая скудость общения между супругами, а также нежелание Никиты проводить время рядом с женой.

– Надя, Надя, Надя, я вынуждена прервать поток твоего сознания, – не снижая темпа прогулки и не поворачиваясь в сторону товарки, заговорила Лина. – Ты не можешь делать каких-либо выводов, так как наблюдаешь эту пару мало того что со стороны, но и всего-то два дня.

– Видно же, что он избегает ее. Это ли не самый важный признак раскола? Наверняка, если копнуть глубже, выяснится, что он и на работе задерживается, и, придя домой, утыкается в компьютер. Я уже говорила, что собираюсь выяснить, нет ли у него хобби, что называется, на стороне. Это все из этой же серии. Это так очевидно. Влюбленному мужчине всегда не хватает времени на общение, нелюбящий – бежит от партнерши. На работу, к друзьям, по делам, так сказать. То есть за другим интересом.

– Ты права, но не в главном. Время любви течет по своим законам. На первых порах мчится, в браке может спотыкаться, на излете жизни становится тягучим.

– Это философия. А действительность штука жестокая. Разве тебе не приходилось перед разводом ощущать некую пропасть между вами? Ну, скажи, у меня ведь нет опыта. Я только в теории знаю про такое. Как эта самая нелюбовь проявляется?

– Первое, что приходит в голову: было раздражение, когда он моим полотенцем вытирался.

– Вот. Раздражение. Небось и звук у телевизора, который он смотрел, был слишком громким, и передачи глупыми, и книжки он не те читал?

– Не так радикально, конечно. Мы же культурные люди, из одной среды. Но комплименты, действительно, исчезли. Их заменили придирки, причем с обеих сторон… Но ты таких тонкостей в паре Никита-Вера видеть не можешь. Ты не знаешь, как они в доме себя ведут. Не на людях, а в состоянии комфорта.

– Я понимаю, к чему ты клонишь. Мужчина ленив, ему удобство всегда важно.

– Это из другой оперы – из той, почему он из разрушенных отношений не выходит. Я о доме. Там, в четырех родных стенах могут быть и общие интересы, и понимание…

– Не ври хоть себе-то. Комфорт и понимание – разные вещи. Я так вижу, что у них пропало доверие друг к другу.

– Как ты это вычислила, если не секрет?

– Не секрет. Все в открытом доступе. Мне кажется, что у них нет той легкости в общении, которая видна у счастливых пар. Им скучно вместе. Не могла ты это не просечь! Того, что нет некой гармонии во взаимодействии. Без которой, между прочим, все попытки изобразить успешную пару превращаются в плохой спектакль, в фарс. Прямо по Станиславскому: не верю.

– Твои выводы виртуальны.

– Хорошо. Будет тебе реальность. Ты заметила, что у них два совершенно одинаковых чемодана? Он везет свой, она – свой. Вот я, например, со своим Гериком, на отдых с одним чемоданом ездила. Все вместе – и его вещи, и мои. И никаких отторжений, что его грязные трусы в одном кульке с моими. Опровергни, если сможешь.

– Я об этом не подумала как-то. Два чемодана, конечно, показательно. В том смысле, что она тоже тянет, а не идет налегке. То есть он ей не помогает. С другой стороны, может, у них разделение не по принципу «мужчина-женщина», а в одном чемодане нижнее белье, в другом – обувь.

– Как-то не очень правдоподобно. Хотя Вера – человек, судя по всему, прямолинейный. Я хочу сказать, зависящий от общепринятых правил. Сапоги черные, значит, перчатки черные, сумка в цвет. Ты заметила за столом? Она берет в руки два прибора, хотя ест только вилкой, нож в руке бесполезен… То есть правила довлеют над привычкой.

– Так это о ее характере, который сформировался точно до встречи с Никитой. Но ты нащупала правильную точку – как раз ее нрав и может быть тем связующим звеном, что держит его в семье. Она может быть не просто правильной – верной, тихой, смотрящей в рот. Скорее, она предсказуема. А мужчинам это всегда на руку. С такими проще.

Не надо ничего объяснять, оправдываться. Потому что такие не скандалят и не выясняют отношений. Удобно.

– Что за сексизм такой во взгляде на Никиту?

– Мне казалось, что сексизм касается только женщин.

– Ок. Предвзятое отношение. Это потому, что ты его не восприняла как мужика. Или что-то еще?

– Давай свернем вот на ту дорожку и продолжим, если захочешь, через несколько минут уже в тепле.

Но дальнейшего разговора о Никите не получилось. И не потому, что Надежда не готова была его продолжить. Она уже прокрутила в голове несколько доказательных позиций по неудачному браку Веры. В основном это касалось рассуждений о том, что желания и интересы жены для Никиты малозначимы, что указывает на охлаждение чувств. А как он смотрит на нее? Точнее, вовсе не смотрит. Но ведь доказано – любящий мужчина способен глубоко и подолгу глядеть на свою избранницу. Еще акцент – его улыбка. Она постоянно блуждает на лице Никиты, но при этом не предназначается Вере. Улыбается другим так, что кажется – он способен обнять мир. Но как только остается наедине с женой – замыкается и становится скучным.

Прокручивая свою речь, как черновик, Надежда параллельно вспоминала своего жениха. Вот он любил ее точно. Потому что в любых компаниях среди шумных споров и балагана ловил каждое ее слово, не стеснялся прикасаться к ней, обнимать. Они вместе смеялись одним шуткам, говорили наперебой об одном и том же… Кажется, Никите такое поведение незнакомо. Во всяком случае, рядом с женой.

Но высказать все свои догадки Надежде не удалось. А все потому, что она неудачно зашла в диалог. Она вдруг ни с того, ни с сего предложила Лине подружиться с Верой.

– Ты в своем уме? Зачем это?

– Объясню. Вы сидите друг против друга как истуканы. Прости, ты не выглядишь болванчиком, но лишь потому, что постоянно читаешь. Но это одно и то же – ты делаешь вид, что все вокруг тебе неинтересно. На самом деле ты гасишь раздражение. Ты так радовалась шансу смотреть на дорогу. А теперь это невозможно. Сама виновата. Кто тебя дергал меняться местами? Так вот. Не надо показывать Вере свое превосходство. Типа я из-за тебя страдаю.

– С чего бы тебе так заботиться о Вере?

– А с того,