Клетка для лжецов - Сия Кейс

Неизвестно, каким образом, но ему все-таки удалось затормозить падение — по крайней мере, в нем лодка чуть замедлилась. Чарли Алмаз к тому времени успел приземлиться, и организаторы во главе с Эйприлом бросились к нему под оглушающий рев толпы, который скандировал “Чарли” с такой уверенностью, словно ни у кого с самого начала не было сомнений в его участии.

Лорента же не сводила глаз с лодки Вэйла. Она коснулась земли спустя пару мгновений всеобщего рева в честь победителя, и эту посадку трудно было назвать мягкой — лодка просто плюхнулась пузом на брусчатку, в какой-то момент напрочь заглушив все звуки вокруг.

Они проиграли. Проиграли. Проиграли!

Видя мучения, с которыми приземлялся Вэйл, к нему, подчиняясь регламенту, бросились врачи, а вместе с ними и Лорента, отчаянно пытавшаяся придать своей нервной походке вид безэмоциональности. Толпа перед ней неумолимо редела, ринувшись к Чарли, так что в ход даже не пришлось пускать локти.

Вэйл, насквозь мокрый от пота и белый, как полотно, оказался цел и невредим. Он судорожно выбрался из лодки и, оглядев врачей совершенно безумными глазами, рявкнул:

— Пошли все нахрен! Со мной все в порядке!

Лорента солгала бы, если бы сказала, что не боялась его в тот момент. Но ситуация не оставляла ей выбора — и она бросилась к Вэйлу в каком-то слепом исступлении:

— Ты должен поговорить с ним! Должен объяснить ему, он поймет…

Вэйл даже не смотрел на нее. Он просто шел вперед с сигаретой в зубах, не видя перед собой ничего и никого. Тогда, набравшись смелости, Лорента схватила его за руку:

— Ты меня слышишь!?

— Да пошла ты к черту! — Он так резко развернулся, что девушке пришлось попятиться. В слезящихся глазах не было ничего, кроме ярости, — Это была твоя затея! Я тебя послушал!

— Ты второй, черт возьми! Не последний! — Рявкнула она в ответ, молясь, чтобы за ними никто не наблюдал, — Ты проиграл только Чарли Алмазу — лучшему пилоту в истории!

— А мог выиграть, — Вэйл откинул назад слипшиеся от пота волосы и сплюнул на брусчатку.

Лорента не понимала его, как бы не старалась. Она не ожидала, что Вэйл так близко к сердцу воспримет поражение в гонке, в которой он изначально даже не хотел участвовать.

Между тем на площадь приземлилась третья лодка — это был аппарат той девушки, что представилась Сесиль Койве. Вэйл даже не глянул на нее, потупив голову.

— Я никогда больше не буду потакать твоим прихотям, — Отчеканил он, — Поняла!?

— Да что такого случилось!? — Не выдержала Лорента, — Ты попытался, не получилось, со всеми бывает…

— Я мог сдохнуть! Я мог разбиться в этом чертовом ведре, и все ради твоего болезного идиота!

Мимо в сопровождении Эйприла и его людей прошел — точнее, почти пробежал — какой-то светловолосый человек. Он скрылся за дверями “мухи”, и галдящая толпа вмиг затихла, словно ей дали затрещину.

— Вы оба мне никто, — Прошипел Вэйл, — И я не собираюсь рисковать жизнью ради вас.

— Я тебя об этом и не просила, — Опешила Лорента, — Но мы должны были попробовать.

— Попробовали. Дальше сама. Делай со своим Алмазом что хочешь. Хоть потрахайся с ним, мне плевать…

С этими словами он оставил ее одну и устремился вниз по улице. Толпа зрителей стала потихоньку стихать — кто-то, переглядываясь, наблюдал за неудачником, проигравшим Алмазу, кто-то окружил вниманием Сесиль Койве, которая явно охотнее остальных шла на контакт, а кто-то, как и сама Лорента, устремился в “муху”, где Чарли должны были наградить десятью тысячами императорских номиналов.

Впрочем, никакого награждения либо не подразумевалось, либо не произошло по просьбе самого победителя — оказавшись в зале, Лорента увидела лишь сотрудников Эйприла, что сновали из стороны в сторону, парочку радостных зевак, чья ставка сыграла, и кучку особо обнаглевших поклонников, рвущихся к Алмазу через охранников салона. Но самое главное, что победитель все еще был здесь: по крайней мере, тот человек, которого Лорента приняла за Алмаза на площади, сидел сейчас за барной стойкой в глубине зала и потягивал что-то из стакана в полном одиночестве.

Молясь, чтобы охрана ее не завернула, девушка устремилась в его сторону, на ходу продумывая хоть что-то, что можно было бы выдать за правду. Ногти ее до боли вонзились в мокрые от волнения ладони — насколько проще все было бы, не окажись Вэйл последним ублюдком!

Стоящий за стойкой парень незамедлительно отреагировал на ее приближение.

— Боюсь, победитель гонки не желает давать интервью. Ничем не могу помочь.

Его взгляд буквально кричал: еще шаг, и я позову громил-охранников. Алмаз на своем стуле даже не шелохнулся — так и смотрел куда-то в одну точку, обнимая пальцами стакан.

— Я представительница пилота, занявшего второе место, — Отчеканила Лорента ровным голосом, — И мне нужно просто поговорить с господином… Чарли.

После этих слов Алмаз, наконец, соизволил обернуться. Оглядев девушку с ног до головы, он кивком указал ей на соседний стул, и она с напускным спокойствием приняла предложение присесть.

В жизни Чарли Алмаз оказался вовсе не таким благообразным, каким представляла его пресса или героические легенды. Лет тридцати пяти, коренастый и широкоплечий, он не казался ни героем, ни первооткрывателем. Обычный человек, мимо которого пройдешь и не заметишь — хотя, возможно, именно такими и были все настоящие герои…

Если в его лице и было что-то приятное, то явно не во вкусе Лоренты. Черты его хоть и можно было назвать точеными, но они скорее отдавали какой-то грубостью, приправленной нескрываемой неприязнью ко всему вокруг и страшной замкнутостью, граничащей с мизантропией. Оставаться один на один с таким человеком хотелось в последнюю очередь, но ради жизни Ная Лорента пошла бы и не на такое…

Рядом с Чарли на стойке покоился бумажный конверт — очевидно, с призовыми деньгами — и лежал он так небрежно, словно его хозяину не было до него совершенно никакого дела. Это, признаться, неплохо обнадеживало…

— Был бы он сам, я бы пожал ему руку, — Покосился на Лоренту пилот, — Сносно шел. Но раз здесь его нет…

— Он… участвовал в гонке не просто так, — Заговорила девушка, изучая скучающе-вопросительное выражение его лица.

— Никто не участвует в гонках просто так, — Хмыкнул Чарли, — Все хотят победить.

— Да, но в нашем случае… — Под пристальным взором этих ледяных серых глаз Лорента не могла связать и двух слов, — Это я попросила…

— Рид! — Крикнул издалека низкий женский голос, — Черт возьми, ни капли не изменился!