Книга стихотворений - Гай Валерий Катулл
![Книга стихотворений - Гай Валерий Катулл](https://cdn.rusbook.su/s20/2/8/2/6/5/2/282652.jpg)
- Категория: Старинная литература / Античная литература
- Название: Книга стихотворений
- Автор: Гай Валерий Катулл
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Гай Валерий Катулл Веронский
КНИГА СТИХОТВОРЕНИЙ
1Для кого мой нарядный новый сборник,Пемзой жёсткою только что оттёртый?Он, Корнелий, тебе: ты неизменноПочитал кое-чем мои безделки.5 Ты в то время, из италийцев первый,Нам дерзнул рассказать века в трёх книгах —Труд учёный, клянусь, и преусердный.Так, каков он ни есть, прими мой сборник!А твоим покровительством, о Дева,10 Пусть он век не один живёт в потомстве.
2Птенчик, радость моей подруги милой,С кем играет она, на лоне держит,Кончик пальца даёт, когда попросит,Побуждая его клевать смелее,5 В час, когда красоте моей желаннойС чем-нибудь дорогим развлечься надо,Чтоб немножко тоску свою рассеять,А вернее — свой пыл унять тяжёлый, —Если б так же я мог, с тобой играя,10 Удручённой души смирить тревогу!
3Плачьте, о Купидоны и Венеры,Все на свете изысканные люди!Птенчик умер моей подруги милой,Птенчик, радость моей подруги милой,5 Тот, что собственных глаз ей был дороже.Был он мёда нежней, свою хозяйкуЗнал, как девушка мать родную знает.Никогда не слетал с её он лона,Но, туда и сюда по ней порхая,10 Лишь одной госпоже своей чирикал.А теперь он идёт дорогой тёмной,По которой никто не возвращался.Будь же проклят, о мрак проклятый Орка,Поглощающий всё, что сердцу мило, —15 Ты воробушка милого похитил!…О слепая судьба! О бедный птенчик!Ты виновен, что у моей подругиПокраснели от слёз и вспухли глазки!
4Корабль, который здесь вы, гости, видите,Хоть мал, а говорит, что был он всех быстрей,Что ни одна громадина плавучаяНи разу не могла опередить его,5 На вёслах ли несясь, под парусами ли;Что это подтвердит и АдриатикиБурливой брег, и острова Кикладские,И Родос благородный с дикой Фракией,И Пропонтида, и лука Понтийская,10 Где — нынешний корабль — стоял он некогдаКосматым лесом. На киторском темениШироко он шумел листвой глаголющей.Понтийская Амастра, щедрый букамиКитор, все это знали вы и знаете, —15 Так говорит корабль. С времён запамятныхОн возвышался у тебя на маковке,В твоём он море вёсла в первый раз смочилИ через столько бурь с их злобой тщетноюХозяина доправил, слева, справа ли20 Юпитер кликал ветры иль, содействуя,Дул с двух сторон и ходу прибавлял ему.Обетов никаких береговым богамОн не принёс ни разу до прибытияМорями всеми к озеру прозрачному.25 Так было. А теперь он тихо старитсяВ укрытии, вам, братья, посвятив себя,Двойничный Кастор и двойничный Кастора.
5Будем, Лесбия, жить, любя друг друга!Пусть ворчат старики — за весь их ропотМы одной не дадим монетки медной!Пусть заходят и вновь восходят солнца, —5 Помни: только лишь день погаснет краткий,Бесконечную ночь нам спать придётся.Дай же тысячу сто мне поцелуев,Снова тысячу дай и снова сотню,И до тысячи вновь и снова до ста,10 А когда мы дойдём до многих тысяч,Перепутаем счёт, чтоб мы не знали,Чтобы сглазить не мог нас злой завистник,Зная, сколько с тобой мы целовались.
6Флавий! Верно, о ней, своей любезной,Будь она недурна, не будь нескладна,Ты сказал бы Катуллу, не смолчал бы.Но молчишь ты, стыдясь, и я не знаю,5 Ты с какой же связался лихоманкой?Но что ты не вдовцом проводишь ночи,Громко ложе твоё вопит венкамиИ сирийских духов благоуханьем;И подушки твои, и та, и эта,10 Все во вмятинах, а кровати рамаИ дрожит, и трещит, и с места сходит.Бесполезно скрывать, и так всё видно.Что? Да весь исхудал ты с перелюба,Значит много себе позволил дури.15 Лучше мне обо всём, и злом и добром,Сам скажи, — и тебя с твоей любовьюДо небес вознесу в стихах изящных.
7Сколько, спрашиваешь, твоих лобзанийНадо, Лесбия, мне, чтоб пыл насытить?Много — сколько лежит песков сыпучихПод Киреною, сильфием поросшей,5 От Юпитеровой святыни знойнойДо гробницы, где Батт схоронен древний;Сколько на небе звёзд в молчаньи ночиВидит тайны любви, блаженство смертных!Поцелуев твоих, чтоб было вдосталь10 Для безумца Катулла, нужно столько,Чтобы их сосчитать не мог завистник,Нечестивый язык не мог бы сглазить.
8Катулл несчастный, перестань терять разум,И что погибло, то и почитай гиблым.Ещё недавно были дни твои ясны,Когда ты хаживал на зов любви к милой,5 Которую любил я крепче всех в мире.Вы знали разных радостей вдвоём много,Желанья ваши отвечали друг другу.Да, правда, были дни твои, Катулл, ясны.Теперь — отказ. Так откажись и ты, слабый!10 За беглой не гонись, не изнывай в горе!Терпи, скрепись душой упорной, будь твёрдым.Прощай же, кончено! Катулл уж стал твёрдым,Искать и звать тебя не станет он тщетно.А горько будет, как не станут звать вовсе…15 Увы, преступница! Что ждёт тебя в жизни?Кто подойдёт? Кого пленишь красой поздней?Кого любить ты будешь? Звать себя чьею?И целовать кого? Кого кусать в губы?А ты, Катулл, решась, отныне будь твёрдым.
9Ты, Вераний, из всех мне близких первыйДруг, имей я друзей хоть триста тысяч,Ты ль вернулся домой к своим пенатам,Братьям дружным и матери старушке?5 Да, вернулся. Счастливое известье!Видя целым тебя, вновь буду слушатьОб иберских краях, делах, народахТвой подробный рассказ: обняв за шею,Зацелую тебя в глаза и в губы.10 О! Из всех на земле людей счастливыхКто меня веселей, меня счастливей?
10Вар мой с площади раз к своей подружкеСвёл меня посмотреть — я был свободен.Мигом я увидал, что потаскушка,Но собой недурна и не без лоска.5 Сели, стали болтать. Зашла беседаПро Вифинию — как, мол, там живётсяИ как много нажить сумел я денег.Отвечал я, как есть: ни с чем вернулисьВсе: и сам я, и претор, и когорта,10 Никому не пришлось принарядиться.Да и претор — свинья: свои же люди,А ни на волос к ним вниманья!.. — «Всё же, —Отвечают они, — ты, верно, добылТо, что там, говорят, вошло в обычай:15 Для носилок людей?» И захотелосьМне хвастнуть, что, мол, я других счастливей.«Уж не так, говорю, мне было худо,Хоть на долю мне край неважный выпал,Чтоб шести не купить верзил здоровых!»20 У меня же нигде, ни там, ни в Риме,Ни единого нет, кто мог бы ножкуСтарой койки моей взвалить на плечи…А распутнице что? Она сейчас же:«Мой Катулл, говорит, мне их на время25 Одолжи, дорогой! Добраться надоМне к Серапису в храм». — «Ну что же, можно…Завтра… только они… я спутал малость…Так сказать, не мои… их мой товарищЦинна Гай… так сказать… себе их добыл…30 Впрочем, он или я — совсем неважно:Ими пользуюсь вроде как своими…»До чего же груба ты и настырна,Человеку не дашь чуть-чуть забыться!
11Фурий и Аврелий, везде с КатулломРядом вы, хотя бы он был за Индом,Там, где бьют в брега, грохоча далече,Волны Востока, —5 Или у гиркан, иль арабов нежных,Или саков, иль стрелоносных парфов,Или там, где воды окрасил моряНил семиустый,Или даже Альп одолел высоты,10 Где оставил память великий Цезарь,Галльский видел Рен и на крае светаСтрашных бриттанов;Что бы ни послала всевышних воля,Все вы вместе с ним испытать готовы.15 Передайте ж ныне моей любимойГорьких два слова:Сладко пусть живёт посреди беспутных,Держит их в объятье по триста сразу,Никого не любит, и только чресла20 Всем надрывает, —Но моей любви уж пускай не ищет,Ей самой убитой, — у кромки поляГибнет так цветок, проходящим мимоСрезанный плугом!
12Ты рукой, Марруцин Азиний, левойЗа игрой и вином нечисто шутишь:Под шумок у зевак платки таскаешь.Это что ж? Остроумие? Нет, дурень,5 Ничего нет глупей и некрасивей.Мне не веришь? Спроси хоть Поллиона,Брата, он и талант отсыпать рад бы,Чтоб проделки покрыть твои, мальчишкаЗнает толк в развлеченьях и остротах.10 Значит, гендекасиллаб колких тристаПолучай иль верни платок сетабский.Нет, не сам по себе платок мне дорог —Мнемосины он дар и дружбы доброй.Он Веранием и Фабуллом прислан15 Из Иберии дальней мне на память.Я подарок друзей любить обязан,Как Веранчика милого с Фабуллом.
13Хорошо ты откушаешь, Фабулл мой,Если мил ты богам, на днях со мною,Только сам принеси с собой получшеДа побольше обед, зови красотку,5 Да вина захвати и острых шуток!Если так, хорошо откушать сможешь,Драгоценный ты мой, а у КатуллаВесь кошель затянуло паутиной.Но зато от души любовь получишь10 И подарок ещё, нежней и тоньше:Ароматную мазь, моей подругеПодношенье Венер и Купидонов.Как понюхаешь, вмиг богов попросишь,Чтоб ты стал целиком, Фабулл мой, носом!
14Если не был бы ты мне глаз дороже,Кальв мой милый, тебя за твой гостинецНенавидел бы я ватиниански.Что такого сказал я или сделал,5 Что поэтов ты шлёшь меня прикончить?Да накажут того клиента боги,Кто набрал тебе стольких нечестивцев!Небывалый подарок! Не иначе,Это Суллы работа грамотея.10 Что ж, оно хорошо, премило даже,Что не зря для него ты потрудился.Боги! Ужас! Проклятая книжонка!Ты нарочно её прислал Катуллу,Чтобы он целый день сидел, как дурень,15 В Сатурналии, лучший праздник года!Это так не пройдёт тебе, забавник!Нет, чуть свет побегу по книжным лавкам,Там я Цезиев всех и всех Аквинов,И Суффена куплю — набор всех ядов!20 И тебе отдарю за муку мукой.Вы же будьте здоровы, отправляйтесьВновь, откуда нелёгкая несла вас,Язва века, негодные поэты!
15И себя, и любовь свою, Аврелий,Поручаю тебе. Прошу о малом:Если сам ты когда-нибудь пленялсяЧем-нибудь незапятнанным и чистым, —5 Соблюди моего юнца невинность!Говорю не о черни, опасаюсьЯ не тех, что на форуме толкутся,Где у каждого есть свои заботы, —Нет, тебя я боюсь, мне хрен твой страшен,10 И дурным, и хорошим, всем опасный.В ход пускай его, где и как захочешь,Только выглянет он, готовый к бою,Лишь юнца моего не тронь — смиреннаЭта просьба. Но если дурь больная15 До того доведёт тебя, негодный,Что посмеешь на нас закинуть сети, —Ой! Постигнет тебя презлая участь:Раскорячут тебя, и без помехиХрен воткнётся в тебя и ёрш вопьётся.
16Вот ужо я вас <……..>Мерзкий Фурий с Аврелием беспутным!Вы, читая мои стишки, решилиПо игривости их, что я развратен?5 Целомудренным быть благочестивыйСам лишь должен поэт, стихи — нимало.У стихов лишь тогда и соль и прелесть,Коль щекочут они, бесстыдны в меру,И легко довести до зуда могут, —10 Не ребят, говорю, но и брадатых,Тех, которым не в мочь и ляжкой двигать.Из-за тысячи тысяч поцелуевПерестали меня считать мужчиной?Вот ужо я вас <…….>
17О Колония, хочешь ты на мосту своём длинномПорезвиться и поплясать, да боишься решиться:Стар мостишко, столбами слаб, да и строен из дряни,Бедный рухнет того гляди в тину кверху ногами.5 Пусть же мост, как желаешь ты, ветхий сменится крепкимИ окажется даже впрок для священных плясаний.Я, Колония, между тем, всласть хочу насмеяться:Есть у нас гражданин один — вот кого бы охотноЯ с моста твоего швырнул с головой и ногами;10 Только там, непременно там, где болотина шире,Где зловонная гуще грязь и бездоннее тина.Больно он не остёр умом, понимает не больше,Чем в дрожащих руках отца годовалый младенец.А у глупого есть жена в лучшем возрасте жизни,15 Избалованней и нежней, чем козлёнок молочный:Вот за ней бы и глаз да глаз, как за спелою гроздью,А ему-то и дела нет, пусть гуляет, как хочет,Он лежит, не подымется, как в канаве ольшина,Чей у корня подрублен ствол топором лигурийца,20 И не чувствует, есть жена или всё уж пропало.Точно так же и мой чурбан: спит — не слышит, не видит,И не знает, кто сам он есть, и живёт он, иль мёртвый.Вот его и хотел бы я с вашей сбросить мостины —Тут, авось, уж встряхнётся он, как хлебнёт из болота25 И оставит в густой грязи непробудную спячку,Как во вмятине вязкой мул оставляет подкову.
Стихотворения 18—20 отсутствуют