Книги автора - Леонид Александрович Машинский

И сразу же мы видим перед собой Владимира Высоцкого в образе шекспировского Гамлета… Вечные вопросы. Вопросы, которые человек задаёт Богу. Немало стихотворений, содержащих подобные страстные вопрошания, удалось мне выудить и из своих первых 25-ти Белогорских циклов (2010 – 2017). Но кто спрашивает? Рассудок – больше некому – единственная часть...

Настоящая подборка стихотворений целиком посвящена светлой памяти величайшего русского поэта. Автор из всех сил старается продолжить магистральную солнечную линию в отечественной поэзии, намеченную Александром Сергеевичем, и как бы дописать то, что сам Пушкин имел в виду, но не успел или, может быть, забыл воспроизвести....

Чего в России больше, чем в любой другой стране? Снега! А уж если посчитать на душу населения… Любите ли вы снег, как люблю его я? А может быть, вы любите его, как Пушкин и Пастернак? Вот для таких любителей я и выбрал весь снег из своих загашников, а именно из первых 25-ти Белогорских циклов (2010 – 2017). А давайте вспомнил ещё и Иова, Бог задал...

Автор сам удивлён и несколько смущён изобилием обнаружившейся в его произведениях дидактики. Но куда тут деваться? Стремление делиться собственными мыслями и настроениями почти ничем не отличается от желания поучать. Не думаю, чтобы подобных проявлений удалось вовсе избежать хоть кому-нибудь из поэтов… Итак, в данном сборнике – все наставительные...

В сборник входят все стихи из первых 10-ти Белогорских циклов (2010 – 2013), по тем или иным причинам не получившие названий и потому именующиеся в списках по первой строке. Книга, в силу такого чисто формального подхода к отбору, весьма эклектична. По этой причине она может быть рекомендована всем любителям неожиданностей. Некоторый порядок...

В книге собраны стихотворения за последние 8 лет (по большей части прожитых в деревне), в которых так или иначе упоминается или имеется в виду Москва. Взаимоотношения автора со столицей (его малой родиной) можно определить как любовь-ненависть....

Небо, со всеми его небесными телами, облаками, радугами и дождями – неотъемлемый и постоянный фон нашей жизни. Оно – не только над нами, оно – вокруг, и с той стороны Земли – тоже. В каком-то смысле – мы живём на небе.Хочу я того или нет, небо властно вторгается в мои стихи; оно – у меня в голове и у меня в сердце. В небе, как в зеркале, мы видим...

Вот бесстыдный Диоген, которому заступил солнышко император. Вот Страна лентяев Питера Брейгеля, где в общем сладостном забытьи сливаются представители всех сословий. А вот и наш гончаровский Обломов, вздыхает о своём утопическом детстве. Автор и сам любит полениться, и у него про это оказалось достаточно стихов даже в первых 20-ти Белогорских...

Вспомним Овидия! Но не в одних древних античных мифах тьма превращений. Вспомним Гёте! Но метаморфозы бывают не только у растений. И, наконец, вспомним и процитируем нашего Заболоцкого, разрабатывавшего в удивительнейшем 1937-ом ту же самую тему: Что было раньше птицей, Теперь лежит написанной страницей… По этому поводу автор осуществил выбор из...

Из видимых невооружённым взглядом созданий – насекомых на свете больше всего. Одних жуков – не то 350, не то 600 тысяч видов. Все мы, сами того не замечая, употребляем в нашей речи различные насекомые сравнения. Вот и я – кроме текстов, где напрямую упоминаются насекомые, обнаружил у себя немало насекомых метафор. Так родилась идея тематической...

Во 2-ой том Стихотворений без названий вошли все стихи из 2-ой десятки Белогорских циклов (2013 – 2016), не получившие от автора в качестве заголовков ничего, кроме трёх звёздочек. Впрочем, это совсем не значит, что автор ценит данные свои творения меньше других; напротив – он настолько был озадачен многозначностью вдруг получившихся коротких...

Подобрать стихи для этой книги мне любезно помог мой друг Николай Игнатович. Оба мы люди верующие, но он не в пример церковнее меня. Зато я живу на природе, в одиночестве, и мне знакома такая степень близости Бога, какую, может быть, далеко не всем приходится испытывать....

Стези, дороги… Мне тут, в первую очередь, вспоминаются Выхожу один я на дорогу… Лермонтова, Эх, дороги… Льва Ошанина и, пожалуй, Чужая колея Высоцкого. Всё песни, и какой русский их не знает? Немало стихов о самых разнообразных путях-дорогах обнаружил я и у себя, в первых 25-ти Белогорских циклах (2011 – 2017). Кое-что тоже поётся… Вспомнил ещё...