«Если», 2012 № 04 - Журнал «Если»

Ответы распределились следующим образом:

Да, из любопытства, чем отличаются замысел автора и идея режиссера — 36 %;

Да, чтобы вновь погрузиться в этот мир, но уже самому стать его «режиссером» — 19 %;

Да, чтобы узнать подробности, не уместившиеся в фильм — 28 %;

Нет, чтобы не портить впечатление от кинопросмотра — 4 %;

Нет, потому что я уже знаю, чем все закончится — 5 %;

Нет, потому что после спецэффектов книга покажется тусклой — 5 %;

Я лучше еще раз посмотрю фильм — 3 %.

Всего в голосовании приняли участие 435 человек.

Одну и ту же историю можно поведать разными способами, и человечество продолжает придумывать новые. С одной стороны, появление следующих возможностей не отменяет прежних. Первобытные пращуры слушали рассказчиков, собравшись у пещерного костра, и с тем же успехом наши современники травят байки у костерка в походе. Древние греки внимали драматическим диалогам в театре, и вот, тысячелетия спустя, театр все еще присутствует в нашей жизни. Кино не уничтожило театр, телевидение не прикончило кино, а компьютерные игры не подписали приговор всему вышеперечисленному.

С другой стороны, хотя прежние методы и не исчезают совсем, они изрядно сдают позиции под натиском современных. Поход в кинотеатр в наши дни — необязательная причуда, но кто из нас откажется посмотреть новинку кинопроката?

На первый взгляд, можно решить, что соперничество между книгой и фильмом относится к категории старого и нового. Почтенному изобретению Гутенберга идет уже шестой век, а братья Люмьер придумали свой аппарат только сто с лишним лет назад. Но и сотня лет — возраст внушительный, особенно на фоне самого свежего развлечения нашей цивилизации: компьютера со всеми его производными.

И литература, и кинематограф старательно рядятся в одежды нынешнего века. Компьютерные технологии подняли достоверность изображаемых на экране событий на небывалую высоту, а в Facebook прямо сейчас пишут коллективный роман, в котором может поучаствовать любой из пользователей этой социальной сети. Так что основное различие между фильмом и книгой не в «выслуге лет» данного метода повествования, точнее, не только в этом.

Кино предъявляет зрителю картинку, которая на вид почти не отличается от действительности. Чтобы попасть в реальность фильма, достаточно вообразить плоское объемным: этот фокус наши мозги проделывают без труда. А с развитием трехмерного кино даже такое минимальное усилие станет ненужным.

А вот действие книги полностью разворачивается в воображении читателя, и этот трюк посложнее преобразования двумерной картинки в 3D. Основываясь на собственном визуальном опыте, читатель создает пейзажи, интерьеры, внешность героев и прочий видимый мир книги, лишь в общих чертах намеченный писателем.

Помните, у Стругацких в «Понедельнике» есть путешествие в описываемое будущее. «То и дело попадались какие-то люди, одетые только частично: скажем, в зеленой шляпе и красном пиджаке на голое тело (больше ничего), или в желтых ботинках и цветастом галстуке (ни штанов, ни рубашки, ни даже белья), или в изящных туфельках на босу ногу. Окружающие относились к ним спокойно, а я смущался до тех пор, пока не вспомнил, что некоторые авторы имеют обыкновение писать что-нибудь вроде «дверь отворилась, и на пороге появился стройный мускулистый человек в мохнатой кепке и темных очках».

Лукавили классики, ой, лукавили! Автор и не может дать полное описание того, как выглядит каждый персонаж, иначе текст перестанет быть художественным и превратится в нечто другое. Условности жанра требуют от читателя умения — и желания — самому восполнять визуальные лакуны и достраивать книжный мир до приемлемой степени реальности.

Значит, можно сказать, что главная разница между книгой и фильмом кроется в задачах, которые они ставят воображению зрителя (он же читатель). Зритель может, хотя и не обязан, воспринимать информацию пассивно. Если же читатель откажется от активного участия в тексте, то его ожидают частично одетые люди, которые совершают разрозненные элементы действий посреди фрагментарно существующего мира. Чтобы получить удовольствие от книги, читателю необходимо стать ее соавтором!

Приятно узнать, что читатели журнала «Если» в абсолютном большинстве люди с тренированным воображением, и их эта перспектива не страшит, а привлекает.

Фантастический жанр между тем добавляет остроты соперничеству фильма и книги, а мы ведь говорим именно о фантастике. Компьютерные спецэффекты позволяют показать в ярких подробностях то, чего зритель никогда не видел в натуре: Терминатора, Чужих, Матрицу, Звездные войны… Список уже весьма немаленький и продолжает расти. Вряд ли кто-то, не кривя душой, станет утверждать, что его персональное воображение способно нарисовать все эти картины без подсказки с экрана.

Итак, дано: понравившийся зрителю фантастический фильм, в основе которого лежит литературное произведение. Станет ли зритель еще и читателем?

Подавляющее большинство участников опроса ответило «Да!», что, безусловно, делает честь нашим любителям фантастики.

Среди причин, которые способны подтолкнуть благодарного зрителя к прочтению исходного текста, больше трети от общего числа опрошенных назвали желание сравнить замысел автора книги с идеей режиссера фильма. Это действительно любопытно: взглянуть, как разные творцы преломляют под углом собственной индивидуальности одну и ту же историю, разыгранную в одних и тех же декорациях. Ну, приблизительно одну и ту же, ведь порой режиссер уходит далеко от литературного первоисточника. Иногда в таких случаях честно указывают «по мотивам».

А вот 28 % ответивших на анкету прочтут книгу, чтобы узнать подробности, которые не попали в фильм. Логично. Даже если в основе киноленты был короткий рассказ, из текста можно почерпнуть дополнительную информацию. А уж если фильм снят по роману, и говорить не о чем.

И дело даже не в том, что с книгой читатель может провести гораздо больше времени, чем перед экраном, а при желании вернуться к любой странице и перечитать ее. Литературный текст показывает читателю мысли и чувства героев изнутри, дает обоснования их поступков, чертит логическую линию событий и расставляет вехи, отчего рассказанная в книге история предстает связной и законченной. И если читателю приходится напрягать воображение, представляя то, что на экране демонстрируют «за так», то зрителю взамен достается работенка домысливать логику сюжета и характеров, пунктирно показанных в ключевых сценах и символических моментах. Иногда только прочтя книгу, можно понять, что именно произошло в некотором эпизоде фильма и почему.