Купите даме монстра (СИ) - Сокол Алена

Я во все глаза уставилась на новоприбывшего. Кто он и откуда взялся? На узком, заросшем щетиной лице горели огромные глаза, длинные чёрные волосы доходили до плеч. Я никогда прежде его не видела. Почувствовав мой взгляд, он повернулся в мою сторону и едва заметно поклонился.

– Представишь меня сестре? – усмехнулся он. – Хотя, мы в некотором роде уже знакомы.

– С радостью, дорогой! – тётя Эля не пыталась скрыть ликования. – Это Лина! Последние пять лет она самоотверженно спасала тебя от забвения, позволив погостить в собственном теле. А это…

– Ты жив! – воскликнула Бруня, не отводя недоверчивого взгляда от моего новоявленного братца. – Это, правда, ты?

Ухмылка сползла с худого лица, когда он повернулся к Бруне.

– Я, – его голос дрогнул.

Влад не успел удержать сестру. Она бросилась к колдуну, не замечая ничего вокруг. Вспышка света отбросила её в сторону – тётя опустила руки, на которых мерцала остаточная магия.

– Мама, нет! – закричал колдун, падая рядом с Бруней на колени.

Стоило ему подхватить её на руки, Бруня оплела руками его шею, прижалась к слабой груди. Она вздрагивала всем телом, всхлипывая время от времени. Я опустила глаза. Не покидало ощущение, что мы стали свидетелями чего-то очень личного. Может, братец не такой уж упырь? Надо дать ему шанс. Хотя бы ради Бруни. Кто бы мог подумать, что в то время, как она пыталась извести меня, любовь всей её жизни пряталась где-то внутри меня! Забавно!

Влад замер, не мешая сестре изливать слёзы и душу вновь обретённому возлюбленному.

– Что это значит, Эд?! – кажется, одна тётя осталась недовольна таким неожиданным финалом.

– Всё кончено, – ответил он, поднимаясь на ноги, заботливо придерживая Бруню. – Мы должны прекратить это. Спасибо, что вернула меня к жизни, но я не собираюсь заканчивать начатое.

– Из-за какой-то змеи ты отказываешься от матери? – тётя гневно раздула ноздри, тяжело дыша. – Теперь, когда он так слаб? Когда ты получил половину его силы? Оглянись! Я уже всё сделала! Осталось только…

– Нет! – прервал её Эд. – Я сказал, этого не будет! Мы и без того сделали слишком много непоправимого! Остановись! Я здесь! Жив, благодаря тебе и Лине! Мы можем начать всё с начала!

– Эта драконья тварь околдовала тебя! – тётя указала пальцем на Бруню. – Я не позволю потомственному магу соединить судьбу со змеёй!

– Она наследница Чёрного Дракона! – рявкнул Эд.

– Нашего врага!

– Твоего, – устало поправил её сын. – И, к моему огорчению, ты, кажется, уже успела свести с ним счёты.

– Я убила его! – тётя гордо вздёрнула голову. – Нашла по твоему оповестителю, заманила в горы и убила!

Теперь зарычал Влад. Он бросился к тёте, на ходу разворачивая боевое плетение. Эд тут же оказался рядом с матерью, закрывая её собой. Бруня осталась в стороне, беспомощно наблюдая, как два её любимых мужчины схватились в поединке.

– Не надо! Пожалуйста! – она плакала, в отчаянии заламывая руки. – Остановитесь!

Я заметила, как тётя, воспользовавшись моментом, закрыла глаза, раскачиваясь из стороны в сторону, словно в трансе. Плетёт заклинание. Но какое? Сомневаюсь, что безобидное, учитывая, что вокруг неё вдруг сгустились тени. Я попыталась встать, но ноги не хотели слушаться.

– Влад! – хрипло позвала я. – Остановитесь! Сзади! Эд!

Влад отступил, бросив на меня раздражённый взгляд: ну да, оторвала мужчин от такого важного занятия, как посмела, женщина! Я указала на тётю Элю, успевшую всего за несколько мгновений устроить Армагеддон местного масштаба: ветер задувал с такой силой, что деревья жалостливо скрипели, а сгустившиеся тени ожили и теперь тянули голодные щупальца ко всему живому.

– Мама! Что ты наделала? – глаза Эда округлились от ужаса.

Кажется, тётя вызвала что-то очень злое. Земля под ногами задрожала, с обрыва сорвалось несколько крупных камней. Стало темно. Тяжёлые тёмно-сизые тучи плотно окутали небосвод.

– Пусть пропадут пропадом эти драконы! – она истерично расхохоталась. – Вместе со своими землями и первородной магией! Нас больше не будет сдерживать горстка ящериц, возомнивших себя королями мира! Настала эра чародеев!

– Слишком тёмная магия, с ней не совладать ведьме… – Веда с трудом подняла голову. – Все погибнут… Она разрушит целый мир…

Она закашлялась и продолжила совсем тихо:

– …нет обратного действия… только смерть призвавшего мага…

Подруга вновь отключилась. Я хотела встать, когда заметила, как Эд целует Бруню, а затем, брыкающуюся и плачущую передаёт Владу. Она кричала, но вой ветра уносил её слова.

Только смерть призвавшего… Кажется, Эд тоже это понял. Неужели решил пожертвовать собой? Вот, что с человеком любовь делает!

Я из последних сил двинулась к обрыву. Нельзя, чтобы влюблённые дураки так бездарно погибали!

Эд приблизился к матери. Она и не думала отворачиваться, любуясь сыном. Когда он обнял её, крепко прижав к себе, она рассмеялась, а когда, поцеловав в макушку, сделал шаг к обрыву, на её лице промелькнуло понимание и удивление.

Бруня закричала так, что даже ветер не смог заглушить её, когда Эд, сжимая мать в объятиях, шагнул в пропасть. Я была готова, стоя на самом краю. Страха перед бездной больше не было. Во мне жил чужой страх, поняла я. Страх Эда, которого однажды пожрала пропасть. Только тогда у него не было сестры – потомственной чародейки. Сейчас перед лицом опасности во мне проснулось что-то новое. Сила наполнила меня изнутри, вселив уверенность, что всё получится.

Я закрыла глаза и протянула руку, посылая вспыхнувшую силу одному-единственному магу. Её хватило, чтобы оплести худое тело всего за миг до касания с землёй. Нить плетения едва не утянула меня следом, но я оказалась сильнее. Едва не теряя сознания от напряжения, потянула нить вверх. Я продолжала борьбу, пока не почувствовала, как магия Эда откликается, помогая выдохшейся мне. Спустя бесконечное мгновение он показался на краю пропасти и тут же упал на землю, иссушенный не меньше, чем я.

– Эд! – истерично закричала Бруня и, вырвавшись из рук брата, бросилась к возлюбленному.

А я поняла, что в крови не осталось магии – я истратила её всю до последней капли. Потеряв равновесие, я чуть не сорвалась в пропасть. От падения меня спас дракон, вовремя подхвативший на руки.

– Ты мои крылья, – прошептала ему, улыбаясь, и тут же зажмурилась от яркого солнца, показавшегося из-за облаков.

Эпилог

Зелёный фургон временно превратился в медпункт. Здесь царила суматоха, радостные голоса смешивались со звоном посуды и лязгом дверей. Но для меня безумная какофония звучала волшебной симфонией жизни. Я до сих пор не могла поверить, что всё закончилось.

Повернув голову, я нашла глазами брата. Брат. Непривычное слово, несущее в себе огромный смысл: я больше не одна! Думаю, мы с ним поладим. Зря, что ли, столько лет хранила его душу в собственном теле? Хочется верить, что он всё это время не наблюдал мир моими глазами, а то неловко как-то.

Словно почувствовав, что я на него смотрю, Эд обернулся и, заметив мой взгляд, попытался улыбнуться. Вышло плохо. Только что проведённый ритуал переливания драконьей силы, которую он забрал у меня, переродившись, дался тяжело: на бледном лице живыми казались только глаза, а тёмные тени вокруг них очарования не добавляли. Чёрные волосы, наспех собранные в неряшливый хвост, выбивались в разные стороны, но даже это казалось мне милым. Братик.

Ему многое пришлось перенести, зато теперь ни у драконов, ни у ведьм к Эду претензий не было: сила Влада, которая помогла брату возродиться, вернулась к законному владельцу, а Вера Андреевна пообещала похлопотать в Ковене о возвращении блудного мага в ряды добропорядочных чародеев.

Кстати, о Вере Андреевне. Бабуле сильно досталось при падении, но сейчас она полностью пришла в себя и теперь, румянясь, словно скромница на первом свидании, журила Рататуя за излишнюю опеку. Демон прописался у её кровати, норовя исполнить любое желание. Бедняга чувствовал свою вину за случившееся и всячески старался её загладить. Глядя на них, трудно было сдержать улыбку.