Перекресток прошлого: Холод войны - Даниил Витальевич Протасов

– Он тот еще хлыщ, хитрый как черт. Только дай возможность, и он тут же проведет тебя вокруг пальца – сказал Мефодий.

– А не вы ли рассказывали мне, как хорошо жили, пока воровали для него? – спрашивал я их.

– У нас не было выбора – сказал Мефодий.

– Да он давал нам столько, сколько нам хватало. Но мы знали, что то, что мы для него находим, стоило в разы больше – говорил Кирилл.

– Он всегда давал нам жалкие крохи от того что обещал и никогда не платил нам деньгами. Нам конечно грех жаловаться, но это была недостойная плата – сказал Мефодий.

– Но тут речь идет о целом грузовике с оружием – сказал я – Даже если мы получим хотя бы часть от того что добыли, этого нам уже надолго хватит.

– Но ведь нам придется как-то проникнуть на оружейный склад – возразил Кирилл – Мы с Головой уже как-то пытались его ограбить и едва ушли оттуда живыми.

– Это настоящая база, с кучей охраны – сказал Мефодий – Туда так просто не проникнуть.

– А их грузовики, отправляются под вооруженным конвоем – сообщил Кирилл.

– Насчет этого не волнуйтесь, я что-нибудь придумаю – сказал я.

– Даже если у нас все получиться, Марк не тот человек, чьему слову можно безоговорочно верить – сказал Мефодий – Он обязательно, как-нибудь попытается нас обдурить.

– Пусть попытается – спокойно заявил я.

– Но мы не шутим!

– Я ЗНАЮ! – раздраженно воскликнул я – А теперь заткнитесь и слушайте, мне Марк не нравиться, также как и вам, его словам я не верю, не на грош. Но пока у меня нет не единой зацепки о местонахождении ключа, его влияние и люди мне нужны позарез. А значит, нам придется пока работать на него нравиться вам это или нет. Вам ясно?

Да, Исход – смиренно сказали они.

После этого они замолкли, и сегодня мы к этой теме больше не возвращались.

Глава 7

Тихийск, улица Октябрьская, дом №5.

21 октября 1941 года.

11:02

Меня разбудил рокот оглушительных выстрелов, прозвучавших за окном. Я испуганно вскочила с кровати и подбежала к окну, чтобы узнать, в чем дело. У меня в голове стали кружиться самые тревожные мысли: неужели к нам во двор ворвались вооруженные грабители или того хуже немцы под покровом ночи вошли в наш город? Но едва заглянув в окно мое сердце, тут же отлегло, оказалось это просто Руслан с Артемием и его сыном стреляли из пистолетов по бутылкам, на заднем дворе.

«Твою мать им, что больше заняться нечем!» – выругалась про себя я: – «Так можно и до инфаркта довести!»

Убедившись, что ничего страшного не произошло, я спокойно оделась и спустилась вниз.

В кухне сидели Дима, Мария и Зинаида, и задумчиво пили чай. Когда же вошла я, они обратили на меня свои взоры.

– С добрым утром, Лера – поздоровались они со мной.

– С добрым утром – ответила я, и тут же решила спросить про Руслана – А что это за стрельбище устроили на заднем дворе?

– А, это Руслан с Артемием решили научить Петю стрелять из пистолета – объяснила Зинаида – Чтобы, когда он вырос, стал солдатом красноармейцем и защищал родину

– Это они так говорят, на самом деле они просто развлекаются. Они этим чуть ли не каждые выходные занимаются – рассказала Мария – Прости, что не предупредила об этом заранее, надеюсь, эти выстрелы тебя не напугали?

– Ничуть» – отмахнулась я – Я просто так спросила.

Я села рядом с Димой и поинтересовалась здоровьем Робина и Нины.

– Порадовать нечем – с печальной ухмылкой сообщил Дима – У них обоих высокая температура и сильный кашель, должно быть они подхватили воспаление легких.

– Александра дала им лекарство, прежде чем уйти на работу, но сказала, что если им не станет легче, то придется отвезти их в больницу – сказала Мария.

– Понимаю – согласилась я, но это новость меня обеспокоила. Не было ничего страшного, если бы они заболели в нашем времени. Они бы поболели да поправлялись. Но в сорок первом году воспаление легких пусть уже и не было смертельной болезнью но, тем не менее, оставалось очень серьезным заболеванием, особенно в условиях жесткого дефицита качественных медикаментов. Да и ладно Робин, взрослый крепкий мужчина, но Нина была еще маленькой девочкой, и в воде пробыла гораздо дольше.

После завтрака мы с Димой пошли навестить Робина. Они с Ниной все также лежали возле печки и слушали радио, из которого вещал смутно знакомый голос, который я слышала когда-то давно по телевизору:

ГОВОРИТ МОСКВА! ОТ СОВЕТСКОГО ИНФОРМБЮРО!

В течение ночи на 21 октября на всем фронте продолжались бои. Особенно напряженные бои шли на Калининском, Можайском и Малоярославцем направлений.

В Ленинградской области положение такого, что после захвата Кириши, Оборона 52-й армии оказалась прорвана, и 54-й армии не оставалось ничего иного как перейти в наступление на Синявино.

Тем временем наши войска храбро держат оборону под Большой Вишерой и Будогощью, не позволяя немцам…

– Слушаете новости? – спросила я Робина, наблюдая за тем, с каким интересом он слушал радио.

Он обернулся ко мне, выглядел он ослабленным и изможденным.

– Ну, знаешь ли, без интернета, приходиться себя занимать тем, что есть» – хрипло произнес он.

– А что такое интенет? – с любопытством спросила Нина, лежавшая рядом с Робином.

Мы немного заколебались с ответом:

– Это журнал такой, очень интересный – придумала я.

– А он с картинками? – с еще большим любопытством спрашивала она.

– Конечно – с улыбкой сказала я.

– Здорово, я давно не читала журналы, надо попросить дедушку, чтобы он достал мне, этот Иненет – сказал она.

– А это радио тоже твой дедушка принес? А то я раньше его здесь не видела – поинтересовалась я.

– Да, это дедушка сегодня утром принес – подтвердила Нина.

– А откуда он его взял? – поинтересовался Дима.

– У моего дедушки много друзей, с которыми он воевал, когда был молодым. И теперь они ему помогают, посылая ему самые разные подарки – рассказывала она – Но дедушка не любит, когда я об этом рассказываю, так что отныне это наш с вами секрет.

– Хорошо мы обещаем, что никому об этом не расскажем – сказала я.

А тем временем диктор на радио, все продолжал рассказывать громким, пафосным голосом разжигать боевой дух советских людей:

Трудящиеся Советского Союза своим героическим трудом на фабриках и заводах, в колхозах и совхозах, хранят