Воскрешение - Николай Андреев
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Теперь все решал голос Храброва. Три — за, три — против, один воздержался. Именно Олесю суждено перевесить одну из чаш весов. Внимание всех разведчиков было приковано к русичу. Тяжелая это доля. Если их постигнет неудача — гибель группы неминуема. Мутанты с вражескими воинами не церемонятся и в плен берут только послушных и терпеливых.
— Властелины пустыни… — задумчиво проговорил Храбров. — Их организм приспособлен к пескам. Однако в оазисе преимущества мутантов исчезают. Остается только физическая сила, но ведь можно держать их на расстоянии. С одним воином мы разобрались без проблем. Если верно организовать бой и напасть неожиданно, у нас появятся хорошие шансы на победу. Группе необходим перевалочный пункт. Без отдыха и пополнения запасов мы будем обречены на жалкое существование. Наши силы не беспредельны. И где гарантия, что властелины пустыни не заметят группу среди песков? Ее нет. А потому я говорю — да!
Кайнц поднялся на ноги и лишь тяжело вздохнул. Решение принято. Оно может кому-то и не нравиться, но выполнять его обязаны все. Даже командир. Подозвав мальчика к себе, граф негромко сказал:
— Олан, тебе придется показать нам дорогу к Клону. Мы можем, конечно, и сами найти деревню, но надеемся на твою помощь. Ни один мутант не должен заметить группу.
— Вы все сошли с ума, — недоверчиво вымолвил ребенок, отступая на шаг назад. — Это же властелины пустыни! Они не знают пощады. Вы обрекаете себя на смерть. Нет… нет… я этого не сделаю…
— А как же твоя мать, родственники, друзья? — вмешалась Олис. — Тебе их не жалко? Ты ведь знаешь, какая судьба ожидает людей в плену. Они станут рабами, домашним скотом, который можно в любое время зарезать и съесть. Олан, ты же предаешь их!
— Нет! — истерично выкрикнул мальчик. — Мне очень жаль всех клонов, однако мне жаль и вас. Таких воинов я еще не видел. Так живите же, радуйтесь, что уцелели! Справиться с мутантами не может никто.
— С нами тоже, — ласково улыбнулся Аято. — Ты не бойся. Мы победим, обязательно победим. Все жители деревни будут свободны.
Олан недоверчиво поднял глаза на японца. Однако он не увидел ни страха, ни лжи. Самурай был уверен в своих словах.
— Хорошо, — согласился наконец мальчик.
Терять время больше не стали. Группа и так задержалась почти на час. Это было слишком много. К счастью, Олан оказался весьма выносливым парнем. Он двигался довольно быстро и уверенно. Сразу было видно, что пустыня для него не чужая. Примерно через полкилометра разведчики увидели среди песков распростертое тело.
— Мой брат, — всхлипнув, произнес мальчик.
Наемники подошли ближе. Холсу было лет семнадцать, и, наверное, своей красотой он свел с ума немало девушек. Впрочем, сказать это с уверенностью воины не могли, Мутант своей палицей буквально раскроил бедняге череп. Смерть была мгновенной. Широко раскинув ноги, зажав в руке короткий нож, юноша навсегда остался в этой пустыне. Разжав клону пальцы, Ридле вытащил оружие и протянул его Олану. Мальчик понял этот жест и прижал лезвие к груди. Никто из разведчиков не вымолвил ни слова. К сожалению, времени на похороны не осталось, и группа двинулась дальше. Они прошли еще около двадцати километров, когда Генрих остановил людей на короткую ночевку. И аланцы, и земляне здорово устали. Так бывает всегда, когда к физическим трудностям добавляются моральные. У каждого в уме мелькали эпизоды из рассказа Олана. Таскона стала настоящим кошмаром за двести лет. Озверевшие тапсаны, рыбы-убийцы, одичавшие до животного состояния люди, и вот теперь — мутанты-людоеды. Каждый из группы хотел уничтожить этих мерзавцев, однако понимал, что может заплатить собственной жизнью за подобное желание.
Отдых длился от силы два часа, За это время разведчики успели перекусить, немного вздремнуть и даже поболтать. Впрочем, темы предстоящего сражения никто не касался. Разговоры в основном затрагивали чисто личные интересы. Их тоже было немало. Что ни говори, а за прошедшие почти тринадцать суток мировоззрение многих кардинально изменилось. Теперь аланцы уже по-другому смотрели на добро и зло. Из их оценок исчезла убежденность и категоричность. Между этими двумя понятиями оказалась слишком тонкая грань.
Примерно за час до рассвета группа двинулась дальше. Впереди шли Ридле, Лунгрен и Олан. Мальчик ориентировался очень уверенно, землянам не приходилось даже заглядывать в карту. Позади оставались все новые и новые барханы. Лишь изредка Кайнц останавливался и отмечал пройденный путь. Пять километров, десять, двенадцать… Опять наступила ужасающая жара. И хотя Сириус только-только оторвался от линии горизонта, он светил просто нещадно. В какой-то момент разведчики заговорили о дневном привале. И тут произошло неожиданное. Олан упал на колени и начал ползать по песку. Он что-то внимательно рассматривал. Удивленный таким поведением, Лунгрен тревожно спросил:
— Мутанты? Их следы?
— Нет, — ответил мальчик. — Гораздо хуже. Я могу ошибаться, но, по-моему, рядом песчаный червь.
— Кто? — переспросил Свен.
— Песч… — начал было Олан, но тотчас вскочил на ноги.
— Бегом за мной, немедленно! — отчаянно закричал он.
Вся группа дружно развернулась на восток и устремилась за подростком. После столь длительного марша это было очень нелегко. Люди буквально выбивались из сил, но никто не останавливался. Один раз Салан упала, но Тино и Освальд подхватили ее под руки. А Олан все бежал и бежал. Вскоре перед разведчиками вырос огромный бархан. Именно на него и начал карабкаться мальчишка. Наемники пытались от него не отставать. Все понимали, что просто так парень не станет убегать. Лишь спустя несколько минут совершенно обессилившие люди добрались до вершины. Только здесь Олан наконец остановился.
— Теперь мы здесь в безопасности, — выдохнул он.
— А что нам угрожало? — спросил Виола, опускаясь на колени.
Вместо ответа мальчик показал на запад. Разведчики повернулись и удивленно замерли. В том месте, где они находились недавно, образовалась гигантская воронка. С каждым мгновением она росла в размерах. Тонны песка осыпались вниз и словно исчезали в бездне. Вскоре этим процессом была охвачена огромная площадь, диаметром не менее пятисот метров.
— Что происходит? — воскликнула Олис.
— Песчаный червь, — пояснил подросток, — он почувствовал людей и начал охоту. Еще немного, и из его ловушки нам бы уже живыми не выбраться. Я однажды видал, как человек попадает в такое положение. Страшное зрелище. Бедняга перебирал руками и ногами, а песок все сыпался и сыпался. В конце концов, он скатился вниз и исчез в пасти этого чудовища.
— Оно большое? — поинтересовался Олесь.
— Этого никто не знает, — пожал плечами Олан. — Но судя по воронке, по количеству утрамбованного песка и появляющейся пасти червь просто гигантских размеров. Впрочем, вы сейчас это и сами увидите.
Все внимание людей теперь было приковано к центру воронки. Постепенно скорость осыпания начала снижаться. В какой-то миг процесс даже остановился, и тотчас на поверхности показался огромный зубастый рот. Его ширина была не менее четырех метров. Щелкнув вхолостую, чудовище исчезло, и словно по мановению волшебной палочки, воронка начала затягиваться песком.
— Матерь божья, — вырвалось у Освальда. — Подобная мразь даже в кошмарных снах не приснится. А ведь она существует! Этот червяк может сожрать целый город и даже не почувствует сытости.
— Да, это, действительно, впечатляющее существо, — вымолвила Кроул. — За двести лет природа Тасконы изменилась весьма существенным образом. Я примерно предполагаю, какой тип организмов мог развиться до таких размеров, и все же эволюция на этой планете слишком быстрая.
— Разве это так важно, — усмехнулся Аято. — Самое главное, этот мальчишка всем нам спас жизнь. Мы бы просто исчезли в пасти червя. Теперь я точно знаю, что без проводника нам в пустыне делать нечего. Слишком коварное и опасное место. Здесь заражение было более сильным, а потому и мутации происходили гораздо интенсивнее.
— А песчаный червь не двинется за нами? — спросила Салан. — Честно говоря, не хочется чувствовать за спиной дыхание такого чудовища.
— Нет, — покачал головой мальчик. — Мы уже избежали опасности. Это существо движется крайне медленно и всегда нападает на свои жертвы с помощью ловушек. Даже до бархана, на котором мы стоим, червь доберется лишь через несколько часов…
— И тем не менее, нам следует подальше убраться от этого места, — сказал Кайнц, поднимая рюкзак. — Оставаться на дневной отдых рядом с подобным гигантом мне не хочется. Тем более, что Олан не может знать все о природе этого существа…
Возражать никто не стал. После всего увиденного люди были просто потрясены. Опасности, которые подстерегали группу на Тасконе, уже перешли все мыслимые границы. Ничего подобного на Алане никто даже представить себе не мог. Однако природа бывает очень коварна. Она жестоко наказала людей за их необдуманные поступки. Жизнь на Оливии стала подлинным кошмаром.