Крест - Ингар Йонсруд

Борозды на лице говорящего будто были вырублены за ночь отбойным молотком и зубилом, а судя по голосу, он проглатывал Библию так, как алкоголики заглатывают спиртное. С этим священником Бенедикте работала — как-то зимой она снимала репортаж о бездомных.

Фредрик особо не слушал его речь, так как знал, что растрогается, а он не для того сюда пришел. Поэтому он рассматривал собравшихся. В столовой канала ТВ2 на поминках Бенедикте собралось большинство ее коллег. В такой обстановке странно было видеть знакомые по экрану лица — знаменитости, болтуны и всезнайки, взявшие на себя задачу заполнять эфир между рекламными паузами.

После речи священника наступила очередь Виктории Пителль. Ее седые волосы, заплетенные в косу, делили пополам спину в черном платье. Ручеек слезы еще блестел на ее лице, когда она, взяв башню из белых пластиковых стаканчиков и раздав их пришедшим, открыла фляжку и плеснула всем по капельке.

— Мне нужно немного подзаправиться, — сказала она. — Так любила говорить Бенедикте, когда мы гуляли с ней по лесам и полям. Большую часть всегда выпивала она. — Все засмеялись. Фредрик пригубил светло-желтую, с ароматом лимона жидкость.

— Она всегда носила с собой фляжку. Добираясь до цели — неважно какой — горной вершины или маленького лесного озера, она непременно наливала в пробку лимончелло, приготовленное по лучшему рецепту, который достался ей от отца. — И снова смех. Виктория подняла стаканчик.

— Как всегда говорила Бенедикте, тост за приятное путешествие и счастливый конец. — Виктория повернулась к фотографии любимой. — Счастливого конца не получилось, Бенедикте. Но мы желаем тебе продолжить путешествие. Я люблю тебя. — Последние слова утонули в плаче, и она опустилась на стул и сидела так, пока собравшиеся друг за другом приносили свои соболезнования и уходили по делам.

Обычно болтливый новостной редактор Карл Сулли, скользнув за свой стол, явно чувствовал себя некомфортно. Он жестом пригласил Фредрика и двух женщин — Викторию и шеф-редактора Хелену Мурк сесть на гостевые стулья. Вытерев слезы, убитая горем Виктория накинула на плечи шаль и выпрямила спину. Фредрик уже такое видел. После убийства страшна не горечь потери. Страшно незнание того, кто убийца и почему он это сделал.

— Я попросил вас побеседовать со мной, так как у меня есть к вам несколько вопросов, — начал Фредрик. — И кажется… сейчас представилась возможность всем нам немного поговорить. — На языке все еще ощущался вкус спиртного и, прежде чем продолжить, полицейский сделал большой глоток кофе из кружки. — Представьте, что кто-то пришел на ТВ2 и сообщил, что у него есть секретная информация, тайны Обороны, которые он хочет продать. Документы, способные произвести эффект разорвавшейся бомбы. Сколько бы вы заплатили за такое?

Сулли фыркнул.

— И как этот человек раздобыл информацию?

— Он ее украл.

— Ни копейки. Мы никогда бы не заплатили за украденное. На что вы вообще намекаете? Что Бенедикте…

— Нет, — перебил его Фредрик и кивнул Виктории, как бы извиняясь. — Но теперь, когда не осталось никаких сомнений, что ее убили, я должен знать, над чем она работала.

Журналисты переглянулись. Сулли тяжело вздохнул.

— «Темное время», — наконец сказал он. — Это вовсе не официальное название. Просто рабочее. До того. Как Бенедикте… — длинная пауза подчеркнула боль утраты, — отняли у нас, этот проект не был в приоритете. Как известно, документальные фильмы снимать дорого, а ресурсов на все не хватает. Бенедикте дала нам понять, что тема довольно деликатная и нужно держать ее в тайне.

— «Темное время»? — спросил Фредрик. — Что это был за проект?

Сулли подыскивал слова.

— Чуть больше года назад с Бенедикте связался один… человек. Анонимный источник. Он утверждал, что обладает информацией о проектах, которые, по его словам, велись еще со времен войны. Управляла ими скрытая сеть, не подвластная контролю общества. — Он поднял руку прежде, чем Фредрик задал вопрос. — Детали мне неизвестны. Но речь шла о тайных агентах, тайных военных операциях и нездоровых связях властей с поставщиками тайных услуг. Противозаконных связях. Бенедикте договорилась о встрече с тем источником, но он так и не появился. С тех пор она ничего от него не слышала. — Редактор потер ладонями щеки. — И что же делать с такой наводкой? Наверняка в военной среде и правда хватало чокнутых. И мы с ней решили, что она попробует покопаться в этом. Выяснить, кем же был тот источник. Я бесконечно доверял Бенедикте, — сказал он, и дождался, пока на него посмотрит Виктория, — так что дал ей полный карт-бланш, если это не будет мешать ее остальной работе. И если Бенедикте не будет подвергать себя опасности.

— Слушайте… но она ведь вела записи? Она что, не сохранила вообще никаких материалов?

Фредрик снова увидел, как редакторы переглянулись.

— Сохранила. Перед Рождеством у нас с Бенедикте был разговор. Она тогда нашла новый источник. И этот источник не только подтвердил часть уже известной нам информации, но и дополнил ее новыми данными. За неделю до исчезновения Бенедикте предоставила черновик ролика с темой для первой серии. Несколько минут видеоматериала. Сказала, что это только крошечная часть всего, что она снимет.

Источник номер два. Беата Вагнер.

— Можно я посмотрю?

Рот Сулли превратился в жесткую линию.

Внешность шеф-редактора Хелене Мурк была не из запоминающихся. Среднего роста, средне седая, среднего телосложения и средне красива. Но тут внезапно в ее глазах появилась решительность.