Голос крови - Нина Еперина

Андрей вместо письма примчался сам. Они целый вечер просидели в скверике, и Таня в подробностях повторила ему все, что он уже прочел и даже о предупреждении Эрлиана. Андрей обеспокоился не на шутку.

– Может, ну ее, эту работу! Может, ты уволишься и уедешь куда-нибудь? Например, за границу. А?

– Там они меня еще быстрее достанут!

Тетя Маша тоже прислал письмо. Ее разум не до конца понял все, что написано в документах, но ее женское сердце поняло остальное. Она написала, что теперь не ходит в церковь, что купила большую, деревянную икону, на которой Иисус на Кресте. Так вот. Тетя Маша сама лично сняла его с креста, то есть выпилила из креста, раны на руках и ногах замазала елеем, и каждый день молится перед ним и просит прощения за весь род людской! Таня читала этот письмо и плакала!

«Вот на что способен русский человек!» – думала она. – Он способен и помочь, и понять, и стать на колени, и просить прощения! Разве же какой-то рептилоид способен на такое?»

Глава тридцать седьмая

Контора

Шли по длинному, пустому коридору, по зеленой ковровой дорожке с красными полосами по бокам, потом завернули за угол, вошли в огромную секретарскую, где молодой адъютант с очень умным выражением профессора гордо кивнул головой и гордо выдал:

– Генерал просил подождать несколько минут. Я вас приглашу. Присаживайтесь. – и соизволил предложить кресла.

Через несколько минут он действительно пригласил их в кабинет.

Генерал был сама любезность ровно на первые две минуты знакомства с Таней и крепким, дружеским рукопожатием с отцом. Он от души обрадовался Евгению Петровичу и ласково улыбался Танюшке, как своей старой знакомой, хотя они увидели друг друга только что. Потом пригласил их садиться, а когда сам уселся за свой рабочий стол, вдруг резко изменился. Он тут же превратился в задумчивого, серьезного человека, которым и являлся на самом деле.

– Я ознакомился с вашими заметками и собранными в интернете, и не в интернете за много лет, данными. – начал он медленно – Впечатляет! Если подобную информацию ушатом вылить на голову обывателя, может быть шок или вас сочтут человеком не в своем уме. Но я-то знаю, что это все чистая правда. Знаю! – он посмотрел на Евгения Петровича и утвердительно покачал головой. – Да! Женя! Твоя дочь права, и это не сон, и не бредни сумасшедшего. Я помню, каким голосом ты говорил мне об этом по телефону. Наверное, думал, что у дочери того! – он покрутил пальцем у виска. – А у нее с головой все в порядке, мой родной! Мы сами очень обеспокоены имеющейся у нас информацией. А она, уж поверьте, намного объемнее вашей, Татьяна Евгеньевна. Единственная разница, это ваше общение с, так скажем, потусторонними силами. Скажите. А вы действительно общаетесь с вашим Ангелом?

– Как, это не покажется странным, да! Мало этого, это ОН посоветовал мне найти силы, которые сейчас объединяются в борьбе с мировым злом. Именно ОН. И предупредил о возможной опасности от них.

– Тогда вы пришли по адресу. Я вас познакомлю с моим заместителем именно по этом вопросу. – генерал нажал на селекторе кнопку вызова. – Мы ведь уже создали отдел, и его ведет серьезная группа людей, в которую входят ученые, экстрасенсы, психологи, ясновидящие и еще многие необходимые нам люди. Да! Не удивляйтесь! И ясновидящие и экстрасенсы. Сейчас я вас передам с рук на руки человеку, полностью владеющему всей информацией. Кстати. Мы приняли решение, после ознакомления с вашими бумагам, пригласить и вас влиться в наш коллектив. Нам очень нужен ученый гематолог, который может именно на вашем уровне заниматься проблемами крови. Таким образом, решим и вторую проблему. Вашей безопасности. Я сейчас вызову Вадима Вадимовича и в дальнейшем вы будете поддерживать именно с ним все контакты. Согласны?

– Хорошо. Я понимаю вашу занятость. А потом. У меня есть выбор? – Таня заулыбалась и генерал тоже. – А про ваше предложение я должна подумать. Трудно бросить клинику, когда это твое детище! Согласны со мной? Нужно четко понять, а кто меня будет замещать. А потом, у каждого человека есть дом, привязки к быту, и прочее. Ведь, дав согласие, я буду вынуждена сменить место жительства. Так?

– Мало этого, вы вынуждены будете просто пропасть из этой жизни!

– Как это, пропасть? – удивилась Таня.

– Уже два года мы ведем нашу работу вдали от глаз, ушей и любой возможности прослушивать и любым иным путем знакомиться с нашими разработками. Наши лаборатории находятся под землей, на Алтае. Если вы дадите согласие на совместную работу, вам тоже придется перебраться на Саяны.

Таня не ожидала такой развязки разговора и даже испугалась. Она не могла себе представить такого поворота событий и с вопросом в глазах повернула голову к отцу. Тот молча развел руками, а потом выдал:

– Танюшка. За что боролась, на то и напоролась, дорогая моя! Сама влезла в совсем запрещенную тему, сама и решая свою дальнейшую судьбу. Ты девочка достаточно взрослая. А за нас не волнуйся. У нас все будет хорошо.

– Не исключено, что для всех вы можете даже умереть. – продолжал генерал. – Например, в аварии или еще как-то. Чтобы ваши следы затерлись в этом мире.

– А как же мои друзья или мои родные? Моя клиника?

– Родные уже в курсе. Да? Евгений Петрович? Вы же в курсе? А клиника? Клиника серьезно стоит на ногах и в вас уже не очень нуждается, я так думаю. Из ваших близких друзей, которых не так уж и много, трудоголик вы наш, нас интересует Андрей Николаевич Студенцов. Мы хотим пригласить его вместе с семьей, перебраться к вам, если вы будете согласны, в новую лабораторию. То есть на Саяны. Как вам мое предложение? Я думаю, что он вам и нам очень пригодится в дальнейшем.

– Но я же хотела приступить к новым разработкам! Искусственное оплодотворение резус отрицательных рожениц! Плюс обещала Генриху Степановичу Ивановскому заняться проблемами СПИДа.

– Этими проблемами вы сможете заниматься по мере их поступления и в новой лаборатории, а сейчас есть более важные вопросы.

– Все вопросы всегда самые важные. Это я уже давно поняла. – Таня заулыбалась своим мыслям.

– Минуточку. Вы хотите участвовать в проблеме спасения всего Мира или будете участвовать в размножении будущих рабов, пищи для рептилоидов? Вы для себя решите.

– Ну, да. Вы правы. А сколько времени вы мне дадите, чтобы закончить свои дела?

– Думаю, что двух недель вам будет достаточно. Согласны?

Раздался стук. Дверь в кабинет открылась, и в нее вошел красавец мужчина! Высокий, стройный, подтянутый и с благородной сединой на висках. Он гордо прошел мимо нее к столу. Таня вдруг вся вспотела и занемела изнутри. Красавец подошел и пожал руку генералу, а потом развернулся в их сторону и собрался что-то сказать, но увидел Таню, и, как и она, вдруг совершенно онемел и замер с открытым ртом.

Они молча смотрели друг на друга, и не могли вымолвить ни слова! Перед Таней стоял Вадим собственной персоной!

Генерал и Евгений Петрович переглянулись друг с другом, и генерал спросил, наклонившись в сторону Евгения Петровича:

– Женя. Ты что-то понимаешь?

– Понимаю. – отец кивнул головой. – Это Танина первая любовь.

– Не может быть? Это надо же!

Теперь и обо вынужденных зрителя немой сцены тоже молча уставились на Таню и Вадима.

Кабинет у Вадима тоже был большой и с секретарской, в которой тоже сидел молодой адъютант. Мода у них была такая, что ли, у конторы очень глубокого бурения. Он подскочил, как ужаленный, и сделал вопросительное лицо.

– Кофе? – спросил Вадим у Тани, проводя ее под локоть в кабинет.

– Лучше чай с молоком. – ответила Таня, следуя за Вадимом. Отец остался у генерала. Они хотели потрепаться «по-стариковски», под рюмочку чая.

– Слыхал! Чай с молоком и быстро. – кинул Вадим адъютанту через плечо.

Они уселись в кресла у окна и стали рассматривать друг друга.

– Боже мой! – прошептала Таня. – Кто бы мог подумать, что через столько лет может быть такая ирония судьбы, как у Рязанова в фильме «С легким паром». Это злая шутка Богов или улыбка Фортуны. Меньше всего я ожидала в этой жизни увидеть именно тебя и в такой страшный момент! Моя судьба, можно сказать, в этот момент решается. Я же должна принять решение. А какое? Ты как думаешь? Да! О чем это я? Как ты?

– Танюша! Я просто безумно рад нашей встрече. Представляешь, всю мою жизнь я вкалывал, как проклятый. Спорт, потом спорт, потом опять спорт. А потом вдруг оказалось, что спорт резко закончился и я оказался никому не нужен. Хорошо, что спортом я занимался в вооруженных силах. Вот! Предложили военную карьеру в органах. Я согласился и поменял спорт на работу. И тут началось. Работа, работа и еще раз работа. До полковника дослужился, а так и остался одиноким, без семьи, без детей, без близкого человека. Я только в эту минуту понял, когда увидел тебя, что с тех самых юных лет я любил только тебя! Даже сердце защемило, как тебя увидел. Однолюб я, оказывается! Никогда бы не подумал! Это для меня самого открытие!!! А ты как? Замужем?