Поселок в глуши - Александр Грек

Посреди комнаты встал дед, которого они решили подвезти до деревни. Одет он был в робу священника с железным крестом на груди. В месте со священником в подвал спустились еще два человека, все кроме Андрея их узнали. Именно они вытаскивали ребят из машины.

– Что вам нужно уроды, отпустите нас, – выкрикнул Андрей, – вы идиоты хоть знаете кто мой отец.

Один из парней, молча, подошел и пнул ногой в живот Андрея. Андрей, задыхаясь, упал на спину и начал кашлять.

– Поднимайте их наверх, – сказал старик и первым покинул подвал.

Парни подошли к Андрею. Он еще лежал на земле, но уже не кашлял. Связав руки за спиной, с него сняли ошейник и помогли подняться из подвала. Через десять минут в комнате вновь появились парни и вывели Игоря. Когда они подошли к Вике, она тихо прошептала, – пожалуйста, отпустите нас.

– Ам незя, – произнес он.

Из-за дефектов речи парня, Вика не сразу поняла, что он произнес.

– Прости, что ты сказал?

– Ам незя, – повторил парень, – ас бует уать папа.

– Вас будет ругать папа? – Повторила Вика. Парень широко открывал рот, стараясь говорить максимально понятно. Вика поняла, почему он так разговаривает, у него не было языка.

Второй парень, что-то сказал своему товарищу еще более непонятно, но тот его понял, а Вика услышала только набор звуков.

– Я и не аговаиваю, – грубо ответил он.

– Пожалуйста, – вновь произнесла Вика и у нее на глазах появились слезы. Она взяла отвечавшего ей парня за руку, – ты же хороший, я вижу.

Парень замер, не отводя взгляд от Вики. Со стороны на него смотрел его товарищ и ехидно улыбался. Он что-то сказал также непонятно и схватив Вику за шею, сам вывел ее.

Парень проводил взглядом Вику и подошел к Маше. Она злобно смотрела на него, но не произнесла ни слова когда ее выводили.

Дверца подвала закрылась, оставив в темноте девушку у которой хоть и не долго, но были гости. Глубоко в душе она была рада, что ее не забрали.

***

Двери и окна церкви были открыты. Дневной свет освещал каждый уголок помещения. Андрей в полной мере смог разглядеть место, где еще совсем недавно его вырубили.

В церкви стояло восемь лавок. Между лавками проход, на котором лежал красный ковер.

В церкви было много народу. На лавках сидели женщины и дети, мужчины стояли у стен.

Ребят поставили на колени перед трибуной. Дети, сидевшие на первых рядах, начали плеваться, соревнуясь, кто точней попадет в лицо узникам.

Остальной народ в церкви что-то обсуждал, постоянно поглядывая на ребят.

В церковь вошел священник, он прошел вдоль лавок и с тал за трибуну. Все замолчали и встали с лавок.

Он произнес молитву и попросил всех сесть.

– Сегодня мы разделим дар, который нам преподнес наш великий спаситель и защитник. Мы благодарны нашему богу Атору за его дары.

– Отпустите нас, – закричал Андрей, перебив священника.

– Дитя мое, сейчас тебе лучше помолчать, ибо я общаюсь с господом нашим. И его речи буду доносить до вас нечистых и до народа очищенного волей его.

– Да мне посрать на твоего бога, когда мой отец найдет меня, вас ублюдков никакой бог не защитит.

Священник посмотрел на одного из парней выводивших ребят, тот подошел и ударом кулака отправил Андрея в нокаут.

– Кто-то еще хочет что-нибудь сказать?– Ребята молча переглянулись.

– Братья и сестры, распределение даров будет согласно приказу нашего великого бога Атора. Сегодня утром мне было видение.

Эта девушка, – он показал на Вику, – получит брат Сизов.

Двое братьев переглянулись, – паибо ам, – сказал один из них, второй просто кивнул.

Стоящий у стены одноглазый мужчина поклонился в ответ.

– Парень, который пришел в чувство,– он с улыбкой посмотрел на Андрея, – получит всеми любимая баба Нина.

Все переглянулись, но бабы Нины не было в церкви.

– Последнего мужчину мы как положено, вечером завтрашнего дня, вознесем к нашему великому Атору в знак благодарности. Аминь.

Все хором повторили аминь.

– Святой Виктор, – обратился мужчина, стоявший у дверей к священнику, – а почему девушку опять получат Сизовы, они в прошлый раз получали дары.

Его обращение к священнику поддрержали люди короткими и тихими перешептываниями "Да", "Точно".

– Брат Иван, ты же знаешь, что не я распределяю дары, а наш господь, или ты сомневаешься в его слове?

Люди посмотрели в сторону Ивана ожидая продолжения. Мужчина  немного поежился под взглядами односельчан, но решил не останавливаться.

– Нет конечно, просто хочется знать, чем Сизовы так снискали благодать нашего любимого Атора. Всем нам тоже хочется получить его благословение, верно братья и сестры? – Обратился он к людям.

Люди начали переговариваться вполголоса о нечестности распределения даров. Виктор посмотрел на Ивана, тот смотрел на него. – Иван, не туда ты лезешь,– подумал Виктор.

– Я сейчас ответить не могу на твой вопрос брат Иван, но обещаю, что при следующем видении я обязательно уточню у Атора этот вопрос.

Речь священника прервал вошедший в церковь Олег Сизов. За его спиной стояли два его сына. Ребята сразу узнали этого огромного мужчину разбившего им машину кувалдой.

– Все в порядке святой отец? – Обратился Сизов к священнику.

– Да все хорошо брат Олег, эта девушка ваша, можете забирать, – Виктор указал на Вику.

– Замечательно, седьмой забирай ее и пошли,– обратился он к своему сыну.

Седьмой подошел к Вике, взял ее под руку и повел на выход, – ховофо фо ы попава к ам, мы буем юпить ебя.

Вика оглянулась на ребят, Маша плакала, Игорь и Андрей беспомощно смотрели на нее.

Она поняла, что больше не увидит своих друзей.

***

К вечеру церковь полностью опустела. Ребят развели по новым домам согласно распределению священника. Только Игоря отвели обратно в подвал церкви.

Виктор сидел в своей комнате и листал огромную книгу. На обложке красовалась золотая надпись библия.

В дверь постучали, Виктор быстро закрыл библию.

– Войдите.

Дверь открылась, на священника смотрел Сизов. – К вам можно святой отец,– он взглядом осмотрел комнату.

– Заходи, я один.

– Отлично, – Олег закрыл дверь и сел на стул.

– Ну как тебе новая девка, – Виктор улыбнулся.

– Хорошая, но я к тебе по другому вопросу. Сыновья мне рассказали, что Громов сегодня опять был недоволен распределением. Это уже не первый раз, если первые разы люди молчали, то сейчас они уже начинают соглашаться с ним. А это уже опасно.

– Ты прав,