Трое в джунглях, не считая блондинки (СИ) - Нарватова Светлана "Упсссс"

— Мне очень нужно в Вилья-де-Лейва, — подтвердила француженка. — И как можно скорее. А куда нас отвезут?

Это вопрос.

Я открыл карту и запустил определение геолокации. До ближайшего города было километров восемьдесят. Но ближайших городов было три. Вилья-де-Лейва был одним из них, хотя расстояние до него было немногим больше, чем до двух других. Но на автомобиле плюс-минус пять километров — погоды не делает.

— Думаю, что в связи с авиакатастрофой будет расследование, — произнес я вслух. — Поэтому нам пока лучше устроиться в одном городе. Я не возражаю против Вилья-де-Лейва, — и посмотрел на Додсона.

— Я как все! — радостно заулыбался тот. — Даже приятно будет еще какое-то время провести вместе.

Мне оставалось только связаться с Мануэлем и внести коррективы. Тот, как водится, мне обрадовался, и, наверное, уже сообщил о моем воскрешении всем вышестоящим, но бурной деятельности по нашему вызволению развивать не торопился. «Маньяна, транкила!». Я намекнул, что оплачу машину из своего кармана, и коллега внезапно воспылал энтузиазмом. Но его энтузиазма мало. Мануэль сейчас в Тунхе. А ему нужно поднять ноги такого же неторопливого водилу в Вилья-де-Лейва.

Остальные терпеливо наблюдали за моей перепиской.

— Я всё уладил, — заверил спутников я.

Хотя вовсе не был в этом уверен. Даже деньги — не гарантия, что в Колумбии ради тебя кто-то оторвет драгоценную задницу от любимого кресла. Но я надеялся. В конце концов, Отавиу прав. Можно отдать их и водителю попутки. Лично я был за то, чтобы идти. Меня трясло от близости нормальных, человеческих условий, и я готов был к ним бежать, идти, ползти — если это приблизит миг встречи.

Через полтора часа мы добрались до небольшой деревеньки и совершили набег на продуктовый магазин. Еще через полчаса нас подхватил там отправленный Мануэлем водитель. По разбитым колумбийским серпантинам восемьдесят километров за два часа — это мировой рекорд [2]. Приятель скинул, что обещал премию за скорость. За мои деньги-то что не пообещать… Но я был не в обиде. Отавиу загрузился на переднее сиденье к шоферу, и их диалог не прекращался ни на минуту в течение всей дороги. Эндрю, Келли и я втиснулись сзади. Тесновато, но однозначно лучше, чем общественным транспортом [3]. Через час мы вышли на нормальное покрытие, и блондинку перестало забрасывать на меня на каждой яме. Жаль, что в Колумбии занялись дорожным строительством…

Так как руки и зубы трястись перестали, я залез в телефон на сайт бронирования. Отавиу сразу сказал, что будет жить у родственников. Я боялся, что Келли тоже откажется, но она, напротив, выразила желание участвовать в выборе отеля. Эндрю заявил, что он не привередлив, если в номере есть Интернет и ванная с горячей водой. И цены разумные. Я хмыкнул. В Колумбии нужно очень постараться, чтобы найти неразумные цены. По европейским меркам.

Мы какое-то время спорили с Келли на предмет необходимости бассейна и вида из окна. Мне было всё равно, где жить. Просто нравилось строить совместные планы. Было в этом что-то интимное.

— О, а сейчас мы будем проезжать мимо парка Монкира, известного как Эль-Инфернито [4], - Келли перегнулась через меня к окну, щекоча волосами нос.

Я чихнул.

— «Инфернито», — хмыкнул американец. — Там привидения водятся?

— Нет, там члены стоят, — радостно заявила блондинка. — Много огромных каменных членов.

— Келли, тебе что, наших членов мало? — обернулся Отавиу.

Эндрю тихо хрюкнул.

— Но они же каменные, — пояснил он колумбийцу.

— И огромные, — значительно поддержал его я.

— Ну вас. — Блондинка сложила руки на груди. — Нет в вас тяги к высокому!

— Да, я — низменное существо, — признался я. — К высоким каменным членам меня не тянет совершенно.

Отиву и Эндрю поддержали меня хохотом.

Келли надулась, как мышь на крупу.

Вскоре впереди показались постройки Велья-де-Лейва. Я надеялся, что француженка обрадуется. Но, увы, печальное выражение не покинуло ее лица.

[1] Коломбиано — наименование жителя страны на испанском.

[2] Дороги Колумбии не уступают российским. Гугл-карта подскажет вам, что 100 км в районе действия данной главы займет от 3,5 до 4,5 часа на автомобиле.

[3] Общественный траспорт Колумбии:

[4] Археологический парк Монкира — памятник, в котором выставлены каменные члены. Это правда. Это творчество народов, проживавших на территории Колумбии в эпоху до муисков. «Эль-Инфернито» его назвали испанские священники, поскольку видели в нем дьявольский умысел. Многие члены были разрушены, а некоторые (не пропадать же добру камню) уложены в фундаменты местных соборов.

45. Келли.

Какое счастье — ванная! И гель для душа. И шампунь. И белоснежный махровый халат.

Благословенны будьте горничные, которые за скромную мзду готовы пробежаться до ближайшего магазинчика и вернуться оттуда со свежей сменой белья и бесформенным балахоном в лучших традициях матриархов индейцев-гуахиро [1]. Испив кружечку черного кофе, чтобы прочувствовать все блага цивилизации, я собралась до ближайшего бутика. Завтра Рамона выскажет мне за то, что не позвонила и не приехала к ней. Но, подъезжая к городку, я внезапно поняла, что не готова. Не готова войти в дом, где все дышит отцом. А его нет. И уже никогда не будет.

Не готова.

Я встряхнулась и подошла к зеркалу. В приличном месте я ни за что бы не позволила себе выйти в люди в ночной сорочке, практически. Но это же Вилья-де-Лейва. А «вилья», она и в Колумбии «деревня». Я вспушила волосы щеткой. Шопотерапия еще никогда не подводила. Особенно, если нужно заткнуть образовавшуюся внутри дыру.

Через пару часов местные «бутики» закрылись, заметно опустев. По завершении терапевтического сеанса я испытала облегчение. Кошелька. Денег у меня было немного. Но одежда и обувь стоили здесь сущие копейки, поэтому я ни в чем себе не отказывала. Вещи должны были доставить в отель. Я возвращалась в приподнятом настроении. На мне были удобные сабо, укороченные джинсы и этническая разлетайка с ярким принтом, вышитым по вороту. Жизнь налаживалась. Пусть не в полной мере, но налаживалась.

С Брайаном я столкнулась на подступах к отелю. Нас заселили в соседние номера, встреча была неизбежна, вопрос лишь во времени. Британец был великолепен. Хотя мне было немного жаль брутальной щетины. Он тоже приоделся. Ну что значит колумбийское «приоделся» в сравнении с пошитой на заказ одеждой с Сэвил-Роу? Так, купил несколько тряпок, которые в приличном обществе не наденешь. Но это же Вилья-де-Лейва…

Заметив меня, Уэйд расплылся широкой улыбкой, будто с момента возвращения из сельвы только и делал, что меня искал.

— Что ты думаешь по поводу ужина? — поинтересовался он.

— По поводу ужина я думаю, что даже не обедала, — призналась я.

— В таком случае приглашаю. — Брай предложил мне локоть. — Где тут можно отведать местной экзотики?

— Вроде попугаев с арахисом? — по-дурацки хихикнула я. — Или бушмейстера, запеченного на углях?

— Нет, что-нибудь не настолько экзотическое, — энергично помотал он головой. — Идем?

И мы пошли.

Я прекрасно отдавала себе отчет в том, на что рассчитывает британец. В конце концов, он спас мне жизнь. И честь. И здоровье. А еще он умен, красив, благороден во всех смыслах. Разве можно устоять против такого него?

Я шла и думала: устоять или не устоять?

Брайан Уэйд, виконт Эшфорт, умел быть очаровашкой на пути к цели. Любимые в Южной Америке герои аниме [2] вянут рядом, как фиалки без воды. После ужина мы пошли гулять. Я укуталась в теплое пончо, предусмотрительно прихваченное из отеля. Брайан подмерзал, но держался. Герой он или погулять по сельве вышел?

Чем ближе к отелю мы подходили, тем острее становился вопрос. Устоять или не устоять?

Сердце отстукивало по два раза на один шаг. Брай рассказывал очередную байку времен буйной молодости, — может, даже не его, — но я слушала его в пол-уха. Пять шагов. Три. Два. Один. Дверь моего номера. Я остановилась. Словно это было продолжением его рассказа, Уэйд провел носом по моей шее и шепнул в ухо: