Аквамарин (часть 2): по моим правилам - Наталия Матвеева

– Лив. – выдохнул голос Джонни. – Ты как?

Лив вздохнула и с трудом посмотрела на него, висящего, как и она, вниз головой на ремнях безопасности.

– Нормально. Для моей жизни подобные ситуации давно перестали быть чем-то, из ряда вон выходящим. – горько съязвила она.

– Боже… Мои ручки… – со слезами в голосе сзади простонала Аврора.

– Милая, все заживет, не волнуйся, а вот нам пора выбираться, тут сейчас все взлетит на воздух! – быстро проговорил Макс, и Лив, Джонни и Аврора одновременно отщелкнули ремни безопасности, упав на засыпанную осколками крышу машины.

Лив ногами толкнула дверь, морщась от боли и видя свои штаны, порванные и окровавленные в нескольких местах, но дверь плохо поддавалась, смятая кузовом авто. А жара и треск усиливались… Огонь добирался до бензобака.

В эту секунду две сильные руки снаружи вцепились в дверь и чуть не оторвали ее: с такой силой и спешкой рванули, пытаясь спасти хрупкую горе-блондинку. Лив улыбнулась, увидев взволнованное лицо зеленоволосого, и протянула к нему свои руки. Марти в ответ тоже выдал очаровательную улыбку и весело заявил:

– Рано еще умирать, мисс Оливия! Идемте!

Через мгновение Лив уже была на газоне, метрах в десяти от поверженного «Кадиллака».

– Оливка! – растревоженные зеленые глаза налетели на нее, а горячие руки с облегчением прижали к себе. Лив вздохнула, уткнувшись носом в его толстовку и просто вдыхая его запах, морской, родной, успокаивающий…

– Бежим! Сейчас рванет! – воскликнул Эдди откуда-то сзади, и Лив понеслась вслед за Джонни, увлекаемая им за руку, словно машинка на веревочке.

Как только они отбежали вглубь парка, «Кадиллак» грохнул и выпустил в небо столп огня, поставив фееричную точку в их дурацком и бессмысленном преследовании.

Лив обнимала Джонни за талию и смотрела, как горит их автомобиль, на минуту уйдя в свои мысли. Очнувшись, она посмотрела в теплые, заботливые глаза Джонни, которые недовольно оглядывали царапины, покрывшие ее руки и ноги, и вдруг нежно прижалась к его груди щекой, чувствуя, что он сейчас хочет сказать. И он не обманул ее ожиданий. Прижав ее к себе, он наклонился и шепнул ей в волосы:

– Прости меня, малышка. Я подверг тебя опасности… И опять на тебе эти чертовы царапины!

Лив улыбнулась и посмотрела на него.

– Брось, ерунда это все. Вся наша жизнь опасна, Джонни. А это… Не более, чем эпизод. И мы опять ему проиграли. – горько добавила она, думая об Эрнесто, и посмотрела налево, туда, где стояли Макс и Аврора.

Аврора всхлипывала, с ужасом глядя на такие же, как и у Лив, царапины, покрывавшие ее руки и ноги, запачканное и кое-где порванное платье, свои туфли… Макс нежно смотрел на нее с огромной тревогой, а на лице его играла невероятно теплая и заботливая улыбка…

Лив вздрогнула. Она вспомнила… Однажды ей уже приходилось видеть этот взгляд… Он смотрел на нее такими глазами… Когда они встречались в ресторане «Шесть огней», куда Лив, в прямом смысле, приползла после операции удаления селезенки, сбежав из больницы доктора Калеба. Макс жалел ее… и она была ему небезразлична. Лив покраснела, отчего-то испытав ревность. Видимо, в глубине души, ей ужасно хотелось одной обладать правами над этим мужчиной… Только зачем? Зачем? Зачем? Как же это сложно.

Аврора подняла заплаканные глаза на Макса и шмыгнула носом. Сейчас она выглядела милой, слабой девушкой, нуждающейся в сильном, уверенном парне, его утешительных словах, его крепких объятиях… И ее беспомощный взгляд поразил Лив. Оказывается, уверенная и наглая женщина-кошка боится физической боли. А еще в ее взгляде на Макса было что-то затаенное… Лив нахмурилась. Кажется, между ними что-то было… Что-то, что не осталось для нее пустым воспоминанием…

В этот момент Макс повернул голову и посмотрел на Лив. И в его взгляде не было нежной жалости. Он прекрасно знал, что царапинами Оливию не испугаешь… Только беспокойство и странное, еле уловимое чувство… Из тех, что пригвождает к месту…

– Ты в порядке, Лив? – серьезно, но с тревогой спросил он.

– Душа не пострадала. Только бренная оболочка. – с ухмылкой ответила Лив, и Макс тепло подмигнул ей.

– Макс… – простонала Аврора, которой явно не понравилось, что он отвлекся от нее. – А я не умру? Мне кажется, я литров десять крови потеряла… И платье мое любимое порвалось…

Макс рассмеялся и нежно погладил Аврору по щеке. Лив отчего-то внимательно проследила за этим жестом, будто чувствуя, как рука Макса дотрагивается вовсе не до этой расклеившейся брюнетки с большими голубыми глазами, полными трагичных слез, а до ее сердца, еле заметным, но чертовски болезненным касанием… Ее внимательный взгляд не укрылся от глаз Джонни: Лив ощутила, как его руки чуть сильнее прижали ее к себе, будто он не желал ее выпускать…

– Аврора, не говори глупостей! Ты не умрешь, и, тем более, не потеряла десять литров крови… Ты вообще знаешь, сколько в человеке крови? А насчет платья… Когда ты теряешь очередное из тысячи, что висят в твоем гардеробе, то оно почему-то всегда оказывается любимым…

Они вместе рассмеялись, и Лив, наблюдая за ними, резко почувствовала огромное опустошение и тянущую усталость… Она не хотела больше на них смотреть, не хотела находиться в чьем-либо обществе… Ей нужно было разобраться в себе. Подумать. И насчет Эрнесто в том числе.

– Поедем к Эйдену? – спросил Джонни у Макса, и тот кивнул.

Лив посмотрела на Джонни и вцепилась в его толстовку, умоляюще проговорив:

– А меня – домой, ладно, Джонни? Ладно?

Джонни улыбнулся и потрепал ее по волосам.

– Все, что пожелаешь, моя королева! – и уже более удрученно посмотрев на догорающий «Кадиллак», собравший толпу зевак вокруг себя, и на еле виднеющийся вдали разбитый авто Марти и Эдди, вздохнул:

– Ну вот. Теперь придется такси вызывать.

Через полчаса Лив, наконец-то, с облегчением добралась до дверей своей квартиры, чувствуя жуткий сумбур в голове и смертельную усталость, как будто какой-то вампир всю ночь пил и пил ее кровь, не останавливаясь.

Но сладкий сон в девять утра пришлось еще отложить. Из соседней квартиры вдруг выглянула миссис Портер и вздохнула с облегчением, увидев девушку:

– Оливия! Слава Богу, наконец-то! Ты… ты… – она вдруг заметила множество ссадин и размазанную, запекшуюся кровь на руках девушки, испачканную и в нескольких местах порванную одежду, и в ужасе прижала ладони ко рту. – О, Боже! Что случилось, милая??? Что с тобой??? Я думала, это дурацкий розыгрыш…

Лив ошарашено и тупо уставилась на испуганную пожилую женщину, схватившую ее за руки и принявшуюся с особым беспокойством разглядывать степень ее «повреждений».