Не верь никому - Джиллиан Френч

— Конечно. Пока.

Когда Бриджес и девушки доехали до имения Спенсеров, в большом доме было темно, но крыльцо при их приближении осветилось. Бриджес остановил машину и вышел, чтобы открыть дверцу для Перл, но она уже выбралась сама, глядя на череду фонарей вдоль подъездной дорожки к коттеджам. Всего несколько часов назад они были там с Бриджесом, целовались, разговаривали о том, чтобы подняться наверх.

Теперь она сказала:

— Мне нужна моя машина, — таким тоном, что он оторвал взгляд от изможденного лица Хэдли.

— Перл…

— Я хочу домой. Немедленно.

Бриджес сделал короткий телефонный звонок, видимо тому слуге, что забрал ключи от ее машины. Ему ответили сразу же, несмотря на поздний час. Вероятно, вызовы среди ночи были в Спенсервилле обычным делом.

Перл чувствовала, как Бриджес смотрит на нее, ждет, когда она на него взглянет, однако не обернулась. Из-за поворота дорожки вырулил автомобиль. Бриджес попросил:

— Зайди в коттедж. Всего на пару минут.

«Сивик» остановился около Перл, и из него вышел слуга в такой же, как и днем, тщательно выглаженной одежде, словно спал стоя в кладовке.

— Нет. — Перл взглянула на Хэдли. — Ты нужен ей. — Она села в свою машину и уехала.

Когда она добралась домой, отцовский пикап стоял у крыльца. Отец оставил для нее свет кое-где в доме. Его храп слышался даже из гостиной. Можно было сделать вывод, как он провел время после возвращения от Янси: на журнальном столике валялся полупустой пакет кукурузных чипсов, стояли пустые банки из-под пива, пульт от телевизора завалился между диванными подушками. И к чувству вины Перл прибавилось другое — она вдруг до ужаса заскучала по тому, как шла жизнь, пока она не повадилась уходить из дома этим летом. Может, все было и не идеально, но предсказуемо, как всегда. Девушка выключила всюду свет и закрыла за собой дверь своей комнаты.

Кто-то в черном стоял у стенного шкафа. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, но потом Перл узнала в зеркале себя — в огромной куртке Тристана отражение ее было искаженным и вытянутым. Она скинула куртку, потом всю остальную одежду и пинком отбросила влажную кучу подальше.

В одном белье Перл завернулась в одеяло и никак не могла согреться. Телефон ее лежал в сумочке, и она подумала о единственном человеке, которому могла сейчас позвонить. Девушка закрыла глаза, и перед внутренним взором встали призрачный полусвет озера в пещере и ритмичное, завораживающее движение гребневиков.

Для воскресенья утро в «Зелье» выдалось относительно спокойным. На улице было серо и сыро, и пока Перл бежала от машины до кафе, дождевые капли успели замочить ей лицо. Девушка сняла капюшон и осмотрела зал в поисках Риза. Никаких признаков.

Джовия стояла за барной стойкой, перекладывая булочки с корицей с противня, выстеленного пергаментной бумагой, на прилавок. Заметив Перл, она поздоровалась:

— А, привет.

Что ж, прием лучше, чем Перл рассчитывала. Девушка заранее представляла, что Джовия холодно поинтересуется, что случилось на балу накануне и почему Риза уволили, или вообще станет ее игнорировать. Волноваться было довольно глупо: Риз так скрытен насчет своей личной жизни, что, скорее всего, ничего не сказал бывшей мачехе.

Джовия оставила булочки и внимательно присмотрелась к Перл.

— У тебя все хорошо?

— А у тебя? Ты выглядишь… — Перл вгляделась в покрасневшие глаза женщины. — Ты звонила отцу Риза?

— Это очевидно, да? — печально отозвалась Джовия. — Тебе как обычно?

— Сегодня два кофе. — Перл подумала. — И два шоколадных круассана.

Джовия никак не прокомментировала ее слова и проворно пробила чек.

— Старая песня: у него сейчас туговато с деньгами, но он обязательно выполнит свои обязательства, как только сможет. — Джовия усмехнулась. — Видимо, просрочил выплату за свой «порше». Только не спрашивай, почему мне не пришло в голову заставить его подписать официальные документы. Ну ладно. — Она пожала плечами, пристроила крышки на стаканы, поставила их на картонный держатель и дала Перл сдачу.

— А Риз еще не приходил? — Попытка спросить об этом обыденным тоном провалилась самым жалким образом.

— Нет. У него сегодня выходной. Скорее всего, он не вылезет из своей берлоги раньше одиннадцати. — Джовия поджала губы. — Если увидишь его… — Она криво улыбнулась. — С тобой Риз будет разговаривать, а со мной — нет. Удачи. — И она подвинула к Перл кофе.

Озадаченная ее словами, Перл направилась к каретному сараю. Сверху доносилась музыка. Перл поднялась по лестнице и, сделав глубокий вдох, постучала в дверь.

— Да!

Перл вошла. Риз запихивал грязную одежду в сумку, собираясь в прачечную самообслуживания. Обернувшись и увидев, что это не Джовия, он молча продолжал одной рукой сминать рубашку от униформы. А потом снова повернулся к девушке спиной.

— Что, молодые республиканцы не пускают тебя в свой клуб без секретного стука?

Перл оглядела его — босой, в рваных джинсах и футболке; она ожидала увидеть последствия вчерашней драки с Акилом — синяки или царапины, — но он выглядел просто как Риз в выходной день.

— Тебя не выгнали с работы? — ровным голосом поинтересовалась она.

Он тихо фыркнул и покачал головой.

— Что сказала наша нацистка? — Странно, но она с трудом произнесла прозвище Меривезер, словно утратила на это право.

— Чего она только не говорила. Я не особо слушал.

Перл с облегчением вздохнула и поставила кофе на импровизированную тумбочку, заметив, что Риз изучал на экране ноутбука сайт по аренде квартир.

— Ты переезжаешь? — Ответа не последовало. — Почему?

— Потому что пора уже. Школа кончилась. Мне больше не нужен опекун, чтобы следить, выучил ли я уроки. — Он сунул в сумку еще какую-то одежду. — Я не могу вечно жить у Джовии.

— Но… что ты собираешься делать? Ты уходишь из клуба?

— Какая тебе разница, Перл? Тебе не все равно?

— В отличие от некоторых, я не говорила, что мне на тебя плевать.

— Ну, знаешь, как гласит народная мудрость: важны не слова, а поступки.

— Тебе даже неинтересно, что происходит на самом деле? Я пыталась рассказать тебе с самого начала. Ты должен был… — Девушка замолчала и