Любовь оставляет отпечатки - Лена Коро

– Не помню.

– Ты же только что сказала об этом. Хотя и с видом на другой берег. О том, что у него возникло чувство опустошенности, так как Вера постоянно что-то требовала. То есть тянула, ничего не отдавая.

– А что она могла отдать? Видимо, с самого начала у нее за душой ничего не было. Она же сама говорила, что ни подруг у нее, ни увлечений…

– Ну как же? Йогу она исповедует, шопинг любит.

– Мели, Емеля, твоя неделя… лишь бы мне перечить. Единственное увлечение Веры в жизни – это Никита. И тут два варианта. Либо она на заре их брака была по сути пустой и к тому же самовлюбленной, и это не позволило ей стать лучше. Сама понимаешь, ноль на что ни умножь – нолем и останется. Либо она отказалась от всего, что могло наполнять ее, кроме Никиты. Что по сути то же самое. Гормоны счастья, должна тебе доложить, – штука замечательная и должна быть у личности вне зависимости от партнерства. Вот я, когда иду на занятия танцами, еще в раздевалке становлюсь такой счастливой. А она что, на рынке, выбирая помидоры, такое испытывала?

– Все, давай прекратим, этот разговор не нужен ни мне, ни тебе. И уж тем более не поможет нам в общении с Никитой. Не забывай, мы с тобой на три дня его гости. А гостям положено улыбаться, быть довольными и не надоедать хозяевам.

– Интересно, а какие такие товарищи у него в Финляндии? Как думаешь, холостяки или семьями придут?

– Ой, Надька, тебя не переделать. Но это в нашем случае даже здорово.

– Смотри, Никита приехал. Ни фига себе у него машинка. То-то Вера цеплялась.

– И ты норовила.

– Так я же из-за человеческих качеств, я же не знала о материальной стороне ничего…

– Это делает тебе честь. Раскусила…

– Да не по зубам оказался. Мы для него простоваты, выходит. Наверное, там дамочка, из-за которой он жену бросает, будьте-нате… Фрагонара запах ему не нравится. То есть та, на которой что-то нравится, Веру обскакала. Ладно, молчу… Никита, мы здесь.

* * *

Ловииса сидела на переднем сиденье мицубиси в пол-оборота, чтобы подружки, утопавшие в креслах второго ряда, слышали ее рассказ. Для нее это было чрезвычайно важно – вызвать любовь к тем местам, что были дороги ей самой.

– До Ловийсы нам ехать где-то час. Это крохотный по меркам России городок, где сохранилось много исторических домов, а еще есть крепость восемнадцатого века, которую брали русские войска, когда воевали со шведами. К слову, измором брали. И когда Швеция уступила Финляндию русским, в крепости разместили тюрьму. А во времена Крымской войны англичане ее сожгли. Тогда же сгорела и половина города. Вот такая вроде бы печальная история. Тем не менее сегодня все, что можно было восстановить, восстановлено. В городке есть что посмотреть: и музеи, и театры, и блошиные рынки. Есть даже своя пивоварня.

– Это очень даже неплохо. Живое пиво имею в виду.

– Да в Ловийсе все неплохо. Люди, главное, замечательные. Открытые и жизнерадостные. И им все мало – постоянно придумывают, как стать еще более добрыми. Например, праздник проводят «Старые дома Ловийсы». Открывают для всех свои сады и двери.

– Я тоже купил такой дом, в который надо всех пускать?

– Нет, только в старинные, старше ста лет. А ваш достаточно новый. Но сад там замечательный. Поэтому сможете и сами радоваться, и туристов привечать.

– Посмотрим, посмотрим.

– А еще у нас снимали очень популярный фильм про Оннели и Аннели. Слышали о таких?

– Это не те ли книжные героини, которые всем помогали? – Лина попыталась выцарапать из памяти хоть какие-то знания о финской литературе.

– Да-да. Угадали. Кстати, обе подружки мечтали о собственном домике и чудом его получили.

– Почти как мы с Линой? На три дня?

– Надя, ты что-то раздухарилась, – Лина подругу не узнавала. Казалось, она вытаскивала сейчас на свет все свои детские прихоти – вести себя как хочется, шмыгать носом, когда приспичило, говорить банальности и самой над ними смеяться.

– Я просто тащусь, – Никита, наоборот, подзадоривал. – Если понравится в Ловийсе, добро пожаловать. А то, действительно, за три дня не все успеете.

– Я принимаю приглашение, но, если вы не против, на лето. Ловииса, какой месяц посоветуете, чтобы со вкусом отдохнуть?

– Здесь всегда что-то происходит. Сама удивляюсь, насколько земляки творческие и изобретательные. Одних только экскурсий на паруснике около десяти. А сколько разных летних игр проводится, и не сосчитать. Ой, помню, как своих туристов привезла на ярмарку, а в этот день в городском саду проводился костюмированный день по-королевски. Суперские впечатления у группы остались. Нафотографировались, натанцевались под блюграсс.

– Это что такое?

– Музыка кантри.

– Не очень люблю, – Надежда вроде всерьез уже прикидывала программу своих будущих визитов.

– Значит, Ловийса предложит вам музыкальный фестиваль по вкусу. Не сомневайтесь. Сибелиуса помните? Так вот, он жил и творил здесь по молодости. Поэтому музыканты постоянно приезжают сюда с концертами. Это, кстати, привлекает много поклонников классики.

– А мне самым привлекательным в Ловийсе все же кажется ее расположение, – Никита говорил голосом человека, находящегося в состоянии полного покоя и умиротворения. Конечно, такое впечатление может создаться и при разговоре с водителем, который внимательно следит за дорогой. Но в данном случае решающим было все-таки настроение. – Я всегда мечтал о домике на краю песчаного пляжа. С видом на море и корабли.

Сидишь на веранде, пиво потягиваешь… тишина, покой… рядом никаких политиков и синоптиков.

Только близкие, только любимые.

– Почему же тогда мечту свою предали? – видимо, Надежда отреагировала на последние слова.

– Не предал, а слегка подкорректировал. Потому что любимая моя мечтает не столько о море, сколько о лесе. О домике с красной черепицей и маленьком старинном городке. Где не жарко и люди знают всех по именам.

– Познакомите? – вопрос прозвучал дерзко. Но Никита спиною напор не ощутил.

– Всему свое время.

Он резко вывернул руль, так как чуть было не пропустил поворот. Крякнул с досады, но навигатор не разразился упреками.

– Ой, давайте я помогу, – Ловииса приняла возглас на свой счет. – Проще свернуть в город у Лидла. Видите вывеску? Перед ней. Там дорога поуже, но короче. И церковь нашу замечательную увидим.

Надежда с ужасом смотрела на окруживший их пейзаж. Он ее не вдохновлял. Фантазии о прекрасной вилле в старинном европейском городке никак не сочетались с увиденным. Скромные домики в сайдинге, то тут,